Полюс своего времени: Шейх Сиди Али ат-Тамасини

Именем Аллаха, Всемилостивейшего, Милостивого.

Вся хвала принадлежит Аллаху, Господу миров, Всемилостивейшего, Милостивого, Властелину Дня воздаяния! Тебе одному мы поклоняемся и Тебя одного молим о помощи. Веди нас прямым путём — путём тех, кого Ты облагодетельствовал, не тех, на кого пал гнев, и не заблудших.

О Аллах, благослови нашего Господина Мухаммада, открывшего то, что было закрыто, завершившего то, что предшествовало, помощника истины посредством Истины и ведущего к Твоему прямому пути, а также его семью, сообразно его достоинству и великому положению.

Источники: «Кашф аль-хиджаб амман талака маа аш-Шейх ат-Тиджани мин аль-асхаб» Шейха Ахмада Сукайриджа аль-Фаси¹, исследование Али ибн Халифы «Шейх аль-Хаджж Али ат-Тамасини. Его жизнь и наследие. 1766–1844»².

Содержание

• Имя и происхождение
• Детство, юность и нрав
• Начало пути и первая встреча
• Рядом с Шейхом Ахмадом ат-Тиджани
• Любовь к Шейху и его семье
• Смирение и основание завии
• Преемство и забота о семье Шейха
• Столкновения с Бану Джаллаб
• Знание, труд и служение людям
• Духовное воспитание и ученики
• Видения и чудесные события
• Наставления и адаб
• Последние годы и кончина
• Семья и потомки
• Память о нём и продолжение служения
• Примечания

Имя и происхождение

Абу-ль-Хасан Сиди аль-Хаджж Али ибн аль-Хаджж Иса ат-Тамасини, да будет доволен им Аллах, родился в 1180 году хиджры (1766 год) в Тамасине, в оазисе Уэд-Риг близ Туггурта, на юго-востоке Алжира.

Он был младшим ребёнком нашего господина аль-Хаджжа Исы ибн Мухаммада и нашей госпожи Фатимы бинт аз-Зайн.

Сиди Али — шариф, потомок Посланника Аллаха ﷺ через аль-Хасана, сына Али и Фатимы, да будет доволен ими Аллах.

Его полная родословная в «Итхаф ахль аль-маратиб аль-ирфания»:⁴

Абу-ль-Хасан Сиди аль-Хаджж Али ибн аль-Хаджж Исы ибн аль-Хаджж Мухаммада ибн Мухаммада ибн Мусы ибн Яхьи ибн Исмаила ибн Мухаммада ибн Ахмада ибн Али ибн Мухаммада ибн Али ибн Хасана ибн аль-Касима, известного как Бузара, ибн Мухаммада ибн Абу-ль-Касима ибн Мухаммада ибн аль-Хасана ибн Абдаллаха ибн Мухаммада ибн Арафы ибн аль-Хасана ибн Абу Бакра ибн Али ибн аль-Хасана ибн Ахмада ибн Исмаила ибн Касима ибн Мухаммада ан-Нафс аз-Закийи ибн Абдаллаха аль-Камиля ибн аль-Хасана аль-Мусанны ибн аль-Хасана ас-Сибта ибн Али, супруга нашей госпожи Фатимы аз-Захры аль-Батуль, дочери Посланника Аллаха ﷺ. Да будет доволен ими Аллах.

Детство, юность и нрав

Отец стал его первым учителем: приучал к Корану, общинной молитве и Сунне. Сиди Али с детства любил уединение и поклонение, а повзрослев, соединял их с трудом ради дозволенного пропитания.

Когда родные не могли найти мальчика, отец говорил: «Он — маджзуб, идите к нему», — и его находили у могил. Позднее Сиди Али вспоминал: «Мёртвые разговаривали со мной, когда я был ещё маленьким. Теперь же не разговаривают».

С юности Сиди Али сажал пальмы на заброшенных засолённых землях Тамаллахта, которые жители считали непригодными. Первые два года работал тайно, даже от отца, чтобы избежать возражений. Узнав о его успехе, земляки изумились и отпраздновали это событие. Вслед за ним они тоже стали осваивать эти земли.

Отец передал ему руководство аззабой — общиной, читавшей по хизбу Корана утром и вечером. Сиди Али возглавлял молитву, примирял спорящих, разбирал наследственные дела, составлял брачные договоры и документы сделок.

Его духовным наставником стал Шейх Ахмад Абу Дархам, праведник, погребённый в Тамасине. Сиди Али постоянно сопровождал его, их привязанность сохранялась до кончины наставника.

Сиди Али был высоким и крепким, ни худым, ни тучным. У него были смуглая кожа, румянец, тёмная отметина на левой щеке, борода средней длины, небольшие глаза и нос средней величины. Один малый коренной зуб почернел.

Его отличали смирение, правдивость, неторопливость и твёрдость в истине. Он просто одевался, довольствовался доступной пищей, кормил голодных, защищал соседей, при необходимости — с оружием. Не искал главенства и расположения богатых и властителей, не умалял достоинства бедняка.

Начало пути и первая встреча

Начало его связи с Шейхом Ахмадом ат-Тиджани относят к 1202 году хиджры (1788 год). Наставник доверил Сиди Мухаммаду ибн аль-Мишри сокровенную тайну, велев передать её лишь тому, кто сам попросит.

Сиди Ибн аль-Мишри сперва посещал родственников-шарифов, надеясь, что кто-нибудь попросит тайну. Но среди них её получателя не нашлось.

В Тамасине он встретил Сиди Али, шедшего в сад, и принял приглашение на ночлег. После общей молитвы и ужина Сиди Али попросил его отдать доверенное Шейхом. Гость сначала отрицал, что что-либо принёс, но настойчивость хозяина открыла ему, кому предназначен дар. Он передал тайну и признал:

«Никто не может воспрепятствовать тому, кому Аллах даровал. Поистине, милость — в руке Аллаха: Он дарует её кому пожелает».

В 1203 году хиджры (1789 год), ещё до личной встречи с Шейхом, Сиди Али принял направлявшихся к нему жителей Гумара во главе с Сиди Мухаммадом ас-Саси. Несмотря на бедность, он зарезал единственную козу и сам молол пшеницу, а жена готовила пищу и двое маленьких сыновей поддерживали огонь. Поехать с гостями он не мог, но обещал присоединиться к ним на следующий год, если будет угодно Аллаху.

Сиди ас-Саси напомнил спутникам о бедности хозяина, его высокой устремлённости и усердии всей семьи и призвал отблагодарить их. На обратном пути гости привезли припасы и вещи. С тех пор дом Сиди Али стал приютом для ехавших к Шейху и возвращавшихся от него.

Гумарцы посещали наставника ежегодно на праздник жертвоприношения. В зу-ль-хиджже 1204 года хиджры (1790 год) Сиди Али отправился с ними в Айн-Мади. При первой встрече он с любовью стал целовать Шейха, а тот взял его за край одежды и посадил рядом, тогда как остальные держались поодаль. Когда спутники собрались домой, Сиди Али не смог расстаться с наставником. На напоминание о семье ответил: «Они под его (Шейха) присмотром, и он лучше знает их положение». Спутники оставили его возле Шейха, охваченного духовным состоянием.

Начались годы служения и духовного воспитания. Сиди Али возвращался к семье на время сбора фиников, затем вновь спешил к наставнику.

Рядом с Шейхом Ахмадом ат-Тиджани

Путь обычного путника

После переезда Шейха Ахмада ат-Тиджани в Фес Сиди Али навещал его чудесным «шагом» (аль-хутва).

Так Сиди Али приходил на строительство завии Феса: трудился с рабочими и возвращался домой.

Шейх запретил ему поступать так и сказал:

Если хочешь сохранить связь со мной ради Аллаха, то приходи ко мне, как приходят обычные люди: в сандалиях, с посохом и со спутниками, испытывая в дороге всё то же, что и они, — жажду, изнеможение, страх и прочее.

С чудесным «шагом» связан и случай с Сиди Махмудом ат-Туниси. Когда Сиди Махмуд направлялся в Тунис через пустыню Тамасина, на него напали местные разбойники и похитили часть его вещей.

Разгневавшись, он посредством «шага» вернулся к Шейху, чтобы пожаловаться на них. Ат-Тамасини узнал об этом и, опасаясь, что Шейх призовёт погибель на жителей его родины, поспешил к нему тем же способом.

По предопределению Аллаха он прибыл прежде своего товарища, рассказал о случившемся с Сиди Махмудом и сказал:

Господин мой! Если вы призовёте на них зло, от моего дома не останется следа: ведь они — стена и крепость моего дома.

Вслед за ним прибыл Сиди Махмуд, да будет доволен им Аллах, в крайнем гневе и негодовании, жалуясь на жителей Тамасина. Шейх Ахмад ат-Тиджани, да будет доволен им Аллах, сказал ему:

Уккаша опередил тебя в этом.

Доверие наставника

По свидетельству Сиди Ибн Саиха⁵, в Фесе Шейх Ахмад ат-Тиджани поручал Сиди Али возглавлять молитву в завии даже в присутствии выдающихся учёных и достойных людей.

Однажды у одного из присутствовавших возникло сомнение в действительности молитвы за Сиди Али. Шейх разъяснил:

Это человек, которому даровано раскрытие, а молитва за тем, кому даровано раскрытие, принимается.

Об особом положении Сиди Али свидетельствовал и Шейх Мухаммад ат-Таййиб ас-Суфьяни⁶, ведавший расходами дома наставника.

Однажды Шейх Ахмад ат-Тиджани спросил его о заболевшей невольнице:

— Купил ли ты ей лекарство?

— Господин мой, мы купили ей несколько лекарств, но ни одно не помогло. Быть может, полезнее всего для неё было бы написанное, — ответил Сиди ас-Суфьяни, имея в виду рукью в письменном виде.

— А кто ей это напишет? — спросил Шейх. — Я не видел никого, кто годился бы для этого, кроме Сиди аль-Хаджжа Али ат-Тамасини, будь он здесь.

Сиди ас-Суфьяни продолжил:

— А я хотел бы, чтобы вы дали разрешение на это мне, господин мой. Всякий, кому вы дадите такое разрешение, — всё равно что Сиди аль-Хаджж Али.

Шейх несколько раз повторил:

— И где найти подобного Сиди аль-Хаджжу Али, о такой-то!

Сиди ас-Суфьяни пожалел о сравнении, столь решительно отвергнутом наставником.

Когда некоторые сподвижники стали ревновать к особому положению Сиди Али, Шейх сказал: «Один волос с голени Али ат-Тамасини перевешивает сорок святых».

Когда Сиди Абд аль-Кадира аль-Бути спросили: «В чьё попечение ты оставляешь своих детей?», он ответил: «В попечение Шейха аль-Хаджж Али ат-Тамасини». По другому преданию, Сиди Абу Талиб аль-Гали избегал владений Сиди Али, опасаясь лишиться духовной тайны. Сиди Умар ибн аль-Кашкаш из Константины, турок, называл его «Львом Сахары», указывая на духовное величие.

Гроздь фиников

Близкий сподвижник рассказывал: однажды Шейх Ахмад ат-Тиджани совершал послеполуденную молитву у своего дома с примерно восемьюдесятью людьми.

После молитвы среди них упала гроздь фиников. Заметив недоумение, Шейх сказал: «Это дело того человека», — и назвал Сиди Али ат-Тамасини.

Позднее, встретившись с Сиди Али, Шейх спросил:

— Что побудило тебя к этому?

— Господин мой, простите меня. В тот момент я был в своём саду, а работники собирали финики. Я увидел эту гроздь, и она мне понравилась. Мне захотелось, чтобы она такой, как есть, попала в ваш дом. Тогда я бросил её и сказал: «Иди, пока не опустишься перед моим господином».

Шейх сделал ему замечание и запретил повторять подобное.

Мать Сиди Мухаммада аль-Хабиба в тот день пожелала фиников. Зная это, Сиди Али отправил гроздь в дом наставника.

Любовь к Шейху и его семье

Однажды Шейх Ахмад ат-Тиджани позвал Сиди Али, шедшего позади сподвижников. Свою любовь к нему он сравнил с радостью человека, всю жизнь молившего Аллаха о сыне и получившего его в глубокой старости:

Таково моё положение с этим Шейхом аль-Хаджж Али.

«Я — Али, сын Сиди Ахмада ат-Тиджани»

Однажды один из сыновей Шейха Ахмада ат-Тиджани спросил Сиди Али об имени отца.

— Иса, — ответил Сиди Али.

— Господин мой, а он чей сын?

— Сын такого-то.

— Господин мой, а тот чей сын?

— Ты спрашиваешь меня о моей родословной?

— Да.

— Я — не кто иной, как Али, сын Сиди Ахмада ат-Тиджани, — произнёс Сиди Али и умолк.

Чётки наставника

После пятничной хайлялы один из близких сподвижников по велению Шейха объявил: «Знайте: эта эпоха принадлежит Аллаху, Посланнику, Ахмаду ат-Тиджани и Али». Сиди Али добавил: «Али Харазиму». Шейх промолчал. Когда глашатай повторил слова, Сиди Али вновь назвал Сиди Али Харазима. Тогда наставник бросил ему свои чётки и сказал:

Аллах и Его Посланник говорят: «Али ат-Тамасини», а ты говоришь: «Али Харазим».

Сиди Али сохранил эти чётки. Впоследствии они хранились в тамасинской завии вместе с посохом наставника и другими реликвиями.

Смирение и основание завии

Однажды у входа в шатёр наставника Сиди Али ожидал поручений. Человек, прибывший с дарами, принял его за слугу: «Эй, слуга!» — «Да, да, господин мой!» — отозвался он.

Услышав это, Шейх позвал Сиди Мухаммада ибн аль-Мишри и Сиди Махмуда ат-Туниси и сказал:

Приготовьте этому человеку — аль-Хаджж Али ат-Тамасини — дорожные припасы, чтобы он ушёл от меня прямо сейчас и после сегодняшнего дня никогда более не оставался со мной.

Не в силах вынести разлуку, Сиди Али смиренно просил: «В чём моя вина, за которую вы взыскиваете с меня, господин мой?»

Шейх ответил: «Тебе осталось лишь отнять у меня мою тайну!» Затем, удивляясь его самоуничижению, продолжил:

Что это с тобой? Приходит человек, зовёт тебя: «Эй, слуга! Эй, слуга!» — а ты отвечаешь: «Да, господин мой!» Уходи же от меня и устрой себе завию.

Я даровал тебе духовное распоряжение при жизни и после смерти от аль-Ассафии до Туниса. Ни один из святых, наделённых распоряжением, не будет делить его с тобой там. Я вложил ключи всех миров в твою ладонь. Неужели после такой милости ты желаешь взять и то, что я сохранил для моих детей?

В другом рассказе женщина принесла к шатру молоко для Шейха. Приняв Сиди Али за слугу, позвала: «Эй, слуга!» Он поспешно ответил: «Да, да». Шейх сказал ей: «Женщина! Он не слуга, он шариф», — и обратился к нему:

Ты обладаешь степенью перед Всевышним Аллахом. Что это за уничижение, до которого ты низводишь себя? Неужели ты хочешь завладеть моей тайной, пока я ещё жив?

В 1217 году хиджры (1803 год), в возрасте не более тридцати семи лет, Сиди Али получил великую иджазу — разрешение на духовное воспитание. Шейх поручил ему:

Когда благополучно вернёшься в свой Тамасин, поспеши расширить дом. Устрой место для молитвы и зикра, а также помещения для приезжающих к тебе. Возводи побольше строений, ибо ты станешь целью, к которой люди будут стремиться со всех сторон. Не бойся нужды от Владыки Престола и проси помощи у Аллаха.

Шейх говорил и о единстве их духовной связи: «Всё от аль-Ассафии к востоку принадлежит аль-Хаджж Али. Всякий, кто связан с ним, связан со мной. От аль-Ассафии к западу — моё».

С помощью соседей и сыновей — Хмайды и ат-Тахира — Сиди Али расширил отцовский дом и мечеть у Зелёного купола, на улице Минджах в старом Тамасине. Дальнейшее строительство стесняло бы соседей, поэтому в том же 1217 году хиджры (1803 год) он начал строить в Тамаллахте, возле своего сада, летней хижины и небольшой мечети. В 1220 году хиджры (1805 год) переселился в новую завию.

С ним переехали семьи аль-Хаджжа Кудейры, аль-Хаджжа аль-Мишри, аль-Хаджжа ас-Саси, аль-Хаджжа Аббаси и Мухаммад Джура из Тамасина, Ахмад ибн Билькасим ибн Тлили, известный как Майда, Уляд-Ханиш и некоторые из Уляд-Абд-ас-Садик из Гумара, Мухаммад ибн Ахмад ибн Сулейман Хамму и Иси с сыновьями из Тагзута. Для тамасинцев он построил дома восточнее завии, на будущей улице Сиди Маамара, для остальных — западнее, на улице Зукак-ас-Сувака.

В завии были Большой и Малый дома, гостевой дом и Хауш-аль-Абид — Двор рабов с внутренней мечетью. Ворота, около трёх метров высотой и двух метров тридцати сантиметров шириной, изготовили из абрикосового дерева из Тозера, в Джериде. Купол мечети покрыли зелёной черепицей из Нефты. Возле ворот стояла ещё одна мечеть, напротив — «саджжада», возвышение для проповедей, наставлений и приёма гостей.

Сиди Али продолжал навещать Шейха Ахмада ат-Тиджани и совершил четырнадцать поездок во главе делегаций.

Преемство и забота о семье Шейха

Последний визит Сиди Али к наставнику состоялся в шаввале 1230 года хиджры (сентябрь 1815 года). За три дня до кончины Шейх собрал Сиди Махмуда ат-Туниси, Сиди Абдаллаха Бадду, Сиди ат-Тахира ибн Абд ас-Садика, Сиди Ахмада ибн Сулеймана и Сиди Али и сказал последнему:

Это наше дело передаётся от живого к живому из уст в уста. Ты — мой преемник в нём после меня.

Сиди Али ответил: «Я не способен нести его, господин мой». Шейх сказал: «Таково решение Аллаха и Его Посланника ﷺ».

Шейх Ахмад ат-Тиджани устно и письменно поручил ему попечение о семье и возвращение сыновей — Сиди Мухаммада аль-Кабира и Сиди Мухаммада аль-Хабиба — из Феса в Айн-Мади.

Прощание с Сиди Махмудом ат-Туниси

После кончины наставника и траура Сиди Али устроил дела его сыновей и собрался в Тамасин. Сиди Махмуд ат-Туниси просил подождать, чтобы похоронить и его: он вскоре последует за Шейхом. Сиди Али ответил: «Я не поеду в Сахару с двумя вестями — о смерти Шейха и о твоей смерти». Сиди Махмуд передал ему всё, что хранил, включая коня.

Сыновья Шейха не хотели уезжать. Из адаба к ним и их отцу Сиди Али не принуждал их и отправился в Тамасин. В пути он остановился, поднял руки и попросил спутников молиться вместе с ним. После долгой беззвучной молитвы произнёс:

Я прошу Всевышнего Аллаха и Господина бытия ﷺ повелеть султану притеснить дом нашего господина, чтобы его сыновья почувствовали тягость и согласились уехать с нами из этого города.

Сперва Сиди Али вёл коня под уздцы. Ещё до его прибытия в Тамасин Сиди Махмуд скончался, и именно в тот день Сиди Али сел верхом. Дома он принимал делегации с соболезнованиями по обоим наставникам и присягой ему как халифу.

После кончины Шейха Ахмада ат-Тиджани у Сиди Али проявилось великое раскрытие. Он принял на себя духовное воспитание (тарбия) последователей Пути.

Сам Сиди Али говорил приближённым, что стал Полюсом после Шейха Ахмада ат-Тиджани.

Он переживал обильное духовное излияние и экстатическое состояние, свойственные совершеннейшим наставникам. Из разных краёв к нему приходили принять Путь и получить благословение.

Возвращение сыновей Шейха в Айн-Мади

Эмиру Ибрахиму, сыну султана Сулеймана, понравилась лошадь Сиди Мухаммада аль-Кабира. Он попросил её, чтобы поездить и осмотреть, обещая вернуть. Опасаясь, что лошадь присвоят, Сиди Мухаммад аль-Кабир отказал. Разгневанный эмир написал отцу в Марракеш, будто семья Шейха уезжает, и попросил её дом Дар-Мрайя. Султан поверил ему и согласился.

В праздник жертвоприношения семью выселили. С имуществом они перебрались в завию у могилы отца, но там было тесно. Тогда сыновья написали Сиди Али, прося приехать и увезти их в Айн-Мади.

Когда Сиди Али приготовился к отъезду, жители Феса обратились к султану, чтобы остановить его. Тот сказал: «Сыновья Шейха ещё малы, и не подобает увозить их из столицы в Сахару». Сиди Али ответил: «Они происходят из Айн-Мади. Источник их духовной поддержки не в этом городе, а в Сахаре». Султан продолжал возражать.

Тогда Сиди Али предложил: «Наш господин султан! Реши это наше дело по тому, что увидишь сегодня ночью во сне». Султан увидел Шейха Ахмада ат-Тиджани, велевшего предоставить Сиди Али исполнить задуманное. Он разрешил отъезд и запретил жителям Феса препятствовать ему.

На привалах Сиди Али ложился между братьями и спал на спине. Он объяснял свой адаб:

Если повернусь направо, огорчу того, кто слева, если повернусь налево, огорчу того, кто справа. Поэтому мне следует спать между ними на спине, чтобы оба были для меня в равном положении и я не огорчил ни одного.

К 1231 году хиджры (1816 год) Сиди Али построил для семьи наставника завию и жилища в Айн-Мади. Прежде завии там не было — лишь дом, где родился Шейх.

Забота перед лицом опасности

Бей Орана приглашал сыновей Шейха якобы ради благословения. Он намеревался задержать или убить их, подобно тому, как были задержаны Шейх Мухйи ад-Дин и его сын Абд аль-Кадир.

Мнения мукаддамов разделились. Сиди Али убедил их не принимать приглашение и увёз Сиди Мухаммада аль-Кабира в Тамасин на год и шесть месяцев. Сиди Мухаммад аль-Хабиб отправился в Абу-Самгун. Так Сиди Али стремился уберечь братьев и предотвратить войну.

Беседа с Сиди Мухаммадом аль-Кабиром

Сиди Али стремился удержать Сиди Мухаммада аль-Кабира, да будет доволен им Аллах, от вооружённого выступления.

После того как семья Шейха поселилась в Айн-Мади, а Сиди аль-Хаджж Али, да будет доволен им Аллах, обосновался в Тамасине, тарикат стал распространяться ещё шире. Айн-Мади и Тамасин привлекали посетителей со всех сторон.

Один путешественник даже сказал:

Когда я проходил через Тамасин, то застал более двухсот человек, прибывших из далёких краёв для посещения Полюса ат-Тамасини. Они просили у него разрешения и назначения мукаддамами тариката, поскольку желающих вступить в Тиджанийю было много.

Это усиливало опасения турок, а вместе с ними — их произвол в отношении тиджанийцев в особенности и племён Сахары в целом.

Сиди Мухаммад аль-Кабир, сын Шейха ат-Тиджани, да будет доволен им Аллах, решил поднять восстание против турок на западе Алжира. Между ним и Сиди аль-Хаджжем Али состоялись беседы на эту тему.

Сиди Мухаммад аль-Кабир:

— О Сиди аль-Хаджж Али! После долгих размышлений я решился на то дело, о котором мы говорили прежде.

Сиди аль-Хаджж Али:

— Какое же это дело?

Сиди Мухаммад аль-Кабир:

— Восстать против этих чужеземцев, которые распространили на земле нечестие, погубили посевы и потомство и не правили согласно ниспосланному Аллахом исламскому шариату. Они убивали лучших из нас, наших учёных и праведников; других притесняли до тех пор, пока те не покидали родину; наших бедняков, земледельцев и торговцев обременили поборами.

Вы, господин мой, знаете, что они сделали с нашим отцом, да помилует его Аллах и да будет им доволен, знаете об их неоднократных нападениях на наше селение и об их отвратительных деяниях против наших близких, особенно в 1189 году хиджры (1775–1776 гг.) и в 1213 году хиджры (1798–1799 гг.), а также в последний раз, когда земля содрогнулась.

Теперь они следят за нашими караванами, подстерегая их, чтобы несправедливо и враждебно грабить. И этим они не ограничиваются: сейчас они подстерегают меня и моего брата, стремясь лишь убить нас, и только из ненависти к тем, кто трудится ради исправления положения на родине.

Скажите мне, ради вашего Господа, господин мой: какую пользу наш народ в Алжире получил от присутствия турок? Да, им принадлежит заслуга в отражении нападений христианских крестоносцев. Но без помощи сынов нашей родины, без их мученической гибели и жертв турки не смогли бы совершить в этих войнах ничего значительного.

Наш Владыка, Всемогущий и Великий, повелел нам удерживать от порицаемого и бороться с угнетателями, и мы обязаны повиноваться Его повелению. К этому меня побудили и племена окрестностей Маскары и Гриса. Между нами шла переписка, и мы договорились действовать сообща, чтобы покончить с ними.

Сиди аль-Хаджж Али:

— После нашей последней беседы об этом я долго размышлял и несколько раз обращался к Аллаху, Всемогущему и Великому, с истихарой. В моём сердце утвердилось, что Всевышний не дал дозволения на восстание, которое ты собираешься поднять. Оставь это дело.

Сиди Мухаммад аль-Кабир:

— Но, господин мой, у нас есть безусловное и постоянное дозволение пречистого шариата. Многочисленны коранические аяты, повелевающие бороться с теми, кто не правит согласно ниспосланному Аллахом, и противостоять угнетению. Известны и пророческие хадисы об этом.

Если же мы промолчим перед таким злом и несправедливостью, турки лишь усилят свою тиранию, а мы будем причислены к ним — да убережёт нас от этого Аллах.

Сиди аль-Хаджж Али:

— Противодействие правителям, даже если они несправедливы, имеет условия и правила, подробно изложенные в книгах фикха. Среди них — чтобы удерживание от порицаемого не приводило к ещё большему злу.

Последствия восстания, которое ты намерен поднять, неизвестны и могут оказаться тяжёлыми. Ты знаешь, что наш господин, твой отец, да освятит Аллах его тайну, за некоторое время до своего переселения в Фес запретил жителям Айн-Мади сражаться с турками, побуждал их к примирению и предупреждал: если они ослушаются его, то будут побеждены силой.

Повторяю тебе: я обращался к Всевышнему Аллаху с истихарой относительно этого твоего дела и обрёл твёрдую уверенность, что предпринимаемое тобой совершенно не послужит тебе во благо.

Сиди Мухаммад аль-Кабир:

— Я ищу не собственной пользы, а пользы нашего народа и нашей родины, повинуясь повелению нашего Господа и следуя Сунне нашего Пророка ﷺ.

Если Аллах предопределит победу, мы просим Его помочь нам возвысить Его религию на этой земле. Если же Он предопределит мученическую гибель — сколь прекрасна эта милость от нашего Господа! Я желаю лишь исправления, насколько могу. Мой успех — только от Аллаха; на Него я уповаю и к Нему обращаюсь.

Сиди аль-Хаджж Али:

— Моё последнее слово: у тебя нет дозволения на то, что ты намереваешься сделать. И ещё раз: нет дозволения. И ещё раз: нет дозволения. И ещё раз: нет дозволения. Аллах властен над Своим делом, однако большинство людей не знает.

Переписка с Сиди Мухаммадом аль-Хабибом во время осады Айн-Мади

Среди многочисленных писем, которыми Сиди Али обменивался с Сиди Мухаммадом аль-Хабибом, да будет доволен им Аллах, были послания об осаде Айн-Мади эмиром Абд аль-Кадиром и его войском.

В 1254 году хиджры (июнь 1838 года) войско эмира Абд аль-Кадира осадило Айн-Мади. Оно насчитывало 6000 всадников, 3000 пеших воинов, шесть мортир и три полевых орудия. Осада застала Сиди Мухаммада аль-Хабиба врасплох: он не был к ней подготовлен.

События тяжело давили на него. После многократного обмена письмами он всё же не выходил сражаться, повинуясь Сиди аль-Хаджжу Али, который велел ему терпеливо принимать течение предопределения и прибегать к Всевышнему Аллаху с мольбой и смиренным обращением.

Когда бедствие стало особенно тяжёлым, а кольцо вокруг его города сжалось, он тайно отправил из Айн-Мади, под покровительством Аллаха, ещё одно письмо Сиди аль-Хаджжу Али. Его содержание было следующим:

Аль-Хаджж Абд аль-Кадир подошёл к Айн-Мади и тесно осадил нас снаружи селения. Сейчас я собрал у себя все ключи от селения, опасаясь того, о чём вам известно, да будет доволен вами Аллах.

Я уже неоднократно сообщал вам о нашем положении. Долго продолжался обмен письмами между нами, ибо я надеялся, что вы придёте мне на помощь, зная ваше сострадание и нежность ко мне. Но теперь я оказался под тяжестью врага, между его зубами, в полном окружении. И произошло это лишь потому, что вы отдалились от меня.

О отец мой, Сиди аль-Хаджж Али! Неужели вы довольны тем, что оставляете меня добычей, брошенной перед врагом? Я не ожидал от вас этого. Если бы я был вашим родным сыном, вы не отстранились бы от меня и не оставили бы меня до нынешнего часа: ваше сердце смягчилось бы ко мне.

Но если в вашем сердце нет сострадания и нежности ко мне самому, то что вы скажете о женщинах дома Шейха, если неприкосновенность его дома будет поругана?

Я уже не в силах продолжать письмо из-за смятения, в котором нахожусь. Скажу кратко: за всё, что произойдёт с женщинами дома Шейха, отвечать перед Всевышним Аллахом, Его Посланником ﷺ и Величайшим Полюсом, назначившим вас своим преемником, придётся вам. Ведь Всевышний Аллах даровал вам способность защитить их, предоставив вам распоряжение в мироздании.

Когда Сиди Мухаммад аль-Хабиб дошёл в письме до этих слов, его сердце смягчилось, а глаза переполнились слезами, так что письмо намокло. Тогда он добавил:

Вот мои слёзы непрерывно льются — посмотрите, как они пропитали это письмо. По ним вы можете судить, насколько тяжким и тесным стало наше положение.

Вы, отец мой, да будет доволен вами Аллах, знаете мой нрав: мои слёзы не текли от страха смерти за самого себя. Нет, клянусь Аллахом и вашим правом! Это лишь страх за то, что будет нарушена неприкосновенность женщин дома Шейха.

Я оказался под тяжестью врага, окружившего нас, а вы, да будет доволен вами Аллах, сколько бы я ни сообщал вам, всё велите терпеть. Я повиновался. Если бы вы приказали мне выйти к нему и встретить его сопротивлением, я бы не оставался терпеливо перед ним. Мы не придали бы значения ни их многочисленности, ни их силам, ни вооружению.

До каких же пор вы будете говорить: “Терпи, терпи, терпи”? От терпения уже не осталось даже малой доли. Я больше не могу медлить, если ваша забота не поспешит мне на помощь. Мир.

Когда Сиди аль-Хаджж Али, да будет доволен им Аллах, прочёл это письмо, он не смог сдержать слёз. Он тотчас отправил ко всем сподвижникам приказ явиться к нему без промедления, а Сиди Мухаммаду аль-Хабибу послал письмо следующего содержания:

Терпи. Я сам иду к тебе с войском в сто тысяч всадников, а пеших воинов, возможно, будет ещё больше. Ничего не бойся — с помощью и силой Аллаха.

Он завершил письмо приветствием мира и велел посланцу торопиться. Сиди Мухаммад аль-Хабиб обрадовался его содержанию и воспрянул надеждой на победу.

Осаждавшие тем временем начали рыть подземный ход, дошли до городской стены и проникли под дом Сиди Мухаммада аль-Хабиба. Тот приказал своим людям вскрыть землю. Там они обнаружили группу воинов эмира и взяли их в плен. Подкоп оказался в распоряжении Сиди Мухаммада аль-Хабиба.

Он написал эмиру, сообщив о случившемся с его людьми, о том, что простил их и вернул невредимыми, и добавил:

Нет пользы в войне между нами, тем более что ты заявляешь о джихаде на пути Аллаха, тогда как мы — верующие мусульмане.

Однако после этого послания осада лишь усилилась.

Между тем у Сиди аль-Хаджжа Али собралось множество добровольцев для джихада. Он велел приготовить обед в честь прибывших и попросил их старших собрать всех перед ним, чтобы сообщить им достоверную весть и разъяснить предстоящее.

Затем он попросил выбрать из собравшихся только тысячу лучших и наиболее способных к сражению всадников. После этого велел выбрать из тысячи сто человек. Они исполнили это. Затем он сказал:

Выберите мне из ста десятерых.

Остальных он отпустил, оставив лишь десять человек, и обратился к ним:

Я намеревался совершить одно дело, но теперь мне открылось сокровенное, противоположное тому, что я собирался предпринять. Моё место займёт мой сын Сиди Хмайда. Он присоединится к этим десяти, и вас станет одиннадцать.

Среди них был Сиди ат-Тахир ибн Абд ас-Садик, да будет доволен им Аллах.

Затем он свернул шёлковое знамя и своей благословенной рукой передал его сыну вместе с письмом к Сиди Мухаммаду аль-Хабибу.

Он велел им распространять весть, что Сиди аль-Хаджж Али идёт другим путём на помощь Сиди Мухаммаду аль-Хабибу с огромным войском численностью более двухсот тысяч. Сиди Али дал им следующее поручение:

Эта весть должна разойтись по всем уголкам Сахары. Распространяйте её, пока не достигнете Айн-Мади.

Когда прибудете к нашему господину, передайте ему письмо и вручите знамя. Когда он успокоится после вспышки гнева, изложите ему план.

Либо Сиди Хмайда выйдет во главе десяти человек. Впереди них будут знамя и паланкин на мулах с письмом внутри.

Либо наш господин выйдет сам, один, взяв знамя; с ним будет паланкин с письмом внутри.

Сиди Мухаммад аль-Хабиб вышел один и с помощью Аллаха одержал победу. Сражение завершилось.

Столкновения с Бану Джаллаб

По мере распространения Тиджанийи авторитет Сиди аль-Хаджжа Али укреплялся в Уэд-Риге и других областях Сахары. Это тревожило Бану Джаллаб, правивших в Туггурте: они видели в его влиянии угрозу собственной власти и искали повод открыто выступить против него.

О непосредственном поводе к столкновениям сохранились две версии⁷.

По первой, член правящей семьи Тамасина убил человека из семьи Джаллабидов. Правитель Туггурта решил истребить родственников убийцы, укрывшихся в завии Сиди Али. Шейх возразил: «Шариат позволяет тебе казнить лишь того, кто совершил умышленное несправедливое убийство». Правитель отверг это и решил воевать против всех.

По второй, Ибрахим аль-Джаллаби хотел захватить в Тамасине восставшего брата и просил Сиди Али не вмешиваться. Но Шейх не мог оставить свой город без защиты. Получив отказ, правитель решил напасть на завию.

Бану Джаллаб осадили дом Сиди Али, намереваясь воевать с ним и его ближайшими сподвижниками. Столкновения продолжались долго. Шейх организовал защиту и выбрал людей, которым мог её доверить.

Серая кобыла и освобождение завии от налогов

Ибн Джаллаб был убеждён, что победы ат-Тамасини связаны с серой кобылой, которую тот привёз из Феса. Через одного из приближённых он отправил Сиди Али письмо:

До меня дошло, что у вас есть серая кобыла. Она очень мне понравилась, и я прошу вас, настойчиво прошу продать её мне за ту цену, какую вы пожелаете.

Сиди Али ответил: лошадь подарена Шейхом Ахмадом ат-Тиджани, и он не думал с ней расставаться. Однако он согласился уступить её эмиру своей земли, предпочтя его желание собственному, и напомнил о повиновении Аллаху и Его Посланнику ﷺ. Вместо денежной платы попросил:

У нас в этом краю есть пальмы, принадлежащие нам и нашему Шейху. Я прошу, чтобы ты распорядился освободить всё имущество Шейха и наше имущество от всех требований казны, причём навсегда, на все времена. В обмен на это мы отдадим тебе лошадь.

Ибн Джаллаб выдал документ об освобождении имущества завии от налогов. Освобождение оставалось в силе до последних лет французского правления.

Получив кобылу, Ибн Джаллаб уверился, что победит в следующем сражении.

Сражение в Тулу

Конное и пешее войско Ибн Джаллаба внезапно напало на Тамасин. Жители вышли защищать окружённый город, и нападавшие не сумели проникнуть в дом Шейха.

Весть достигла Ат-Саид, Уляд ас-Саих и жителей Суфа. Сиди ат-Тахир ибн Абд ас-Садик, да будет доволен им Аллах, призвал их на помощь Сиди аль-Хаджжу Али, ручаясь за их благополучное возвращение к семьям. Сиди Ахмад ибн Саад обеспечил их средствами на мечи, ружья, порох и свинец, а также на припасы для семей и детей на всё время их отсутствия. При встрече Сиди Али возвестил им победу, как прежде Сиди ат-Тахир.

Когда ряды противников сошлись, среди защитников под предводительством Сиди Али находились его сыновья Сиди Хмайда, Сиди ат-Тахир, Сиди Мухаммад аль-Ид и Сиди Мухаммад ас-Сагир. Вместе с ними были Сиди ат-Тахир ибн Абд ас-Садик, Сиди Ахмад ибн Сулейман ат-Тагзути, Сиди Али ибн Ханиш, Сиди Абдаллах Бадда, Сиди аль-Ахдар ибн Хаммана, Сиди Ахмад ибн Мухаммад и Сиди Ахмад ибн Саад, да будет доволен ими Аллах.

Сиди Али встал и сказал:

Пройдите передо мной, чтобы я посмотрел на каждого из вас по отдельности.

Все исполнили повеление, кроме Ахмада ибн Халида ибн Бу-Хальхаля из племени Саид. Тот сказал:

Я покинул свой шатёр только ради мученической гибели.

После ожесточённой битвы все защитники остались живы, кроме него, а Сиди Али, да будет доволен им Аллах, одержал победу.

Письмо Ибн Джаллаба и осада завии

Ибн Джаллаб пытался также добиться нейтралитета Шейха, отделив его от жителей родного города. Он направил ему письмо:

Наш Шейх и наставник, познавший Всевышнего Аллаха, Полюс Сиди аль-Хаджж Али ибн Сиди аль-Хаджж Иса ат-Тамасини! Мир вам.

Жители Тамасина ослушались моего приказа и не перестали противиться мне. Сообщаю вам, что я выступаю против них с военной силой, чтобы сломить их могущество при помощи находящихся со мной всадников и воинов.

Вы же — марабут, человек, связанный с Аллахом, которого мы считаем своим господином. Ваше положение у нас высоко. Когда услышите о моём выступлении против жителей Тамасина, не тревожьтесь и не опасайтесь меня — ни вы, ни те, кто связан с вами.

Пусть ваши последователи не защищают жителей Тамасина, ибо наша цель — только Тамасин и его жители, а вы не принадлежите к жителям Тамасина…

Сиди Али устно ответил подателю письма:

Передай своему господину, пославшему тебя ко мне с этим письмом, такие мои слова:

Ты написал в своём письме: «аль-Хаджж Али ат-Тамасини», и там же написал: «Я иду на Тамасин с военной силой».

Жители Тамасина заняты своими делами и трудом. Они работают ради достойной жизни своих детей и жён. Это мирные люди, большинство из них — бедняки и нуждающиеся. Нет среди них ни мятежа, ни раздора.

Что до меня, то я говорю тебе: твоё письмо — довод против тебя самого. Ведь ты назвал меня в нём «аль-Хаджж Али ат-Тамасини». Значит, я из Тамасина, как ты сам и написал. Это моя родина, место, где живу я, мои жёны и дети, где находится моё имущество. Мне не подобает отказываться от этой принадлежности.

Далее он привёл резкую народную поговорку: «Старик, да ещё даёт себя обмануть — прижми и режь». Смысл этих слов поясняют так: долгая жизнь должна научить человека мудрости и распознаванию уловок. Шейх продолжил:

Я — старик, и это предостережение относится ко мне. Меня не обманут ни похвалы, которыми ты меня украсил, ни мягкость твоего обращения.

Если Аллах наставит тебя, оставь жителей Тамасина трудиться для себя и заботиться о пропитании.

Если он согласится — этого мы и желаем. Если же откажется, скажи ему: Тамасин бодрствует, а не спит. Всевышний Аллах — с угнетённым и укрепляет его Своей помощью.

Ибн Джаллаб воспользовался внезапностью и напал на Тамасин с конницей и пехотой. Сиди Али сказал защитникам:

Сохраняйте терпение, взывайте к Всевышнему Аллаху сердцем и вверьте дело Аллаху, Пречист Он и Возвышен.

Кольцо осады сжималось, и ружейный огонь достиг внутреннего пространства завии. От ужаса и сильного страха у некоторых невольниц случились выкидыши.

Божественная ревность побудила Сиди аз-Зави, сына Сиди Али, находившегося в состоянии джазба — духовной поглощённости, — защищаться необычайными средствами: он брал сухой козий помёт и бросал во врагов, причиняя им страшный урон. Многие в неприятельском войске были убиты. Заметив это, Сиди Али сурово одёрнул его и запретил продолжать:

Я велел вам терпеть, а вы ослушались моего повеления и погубили рабов Аллаха средством, от которого они не способны защититься.

Сиди аз-Зави ответил:

Вы запретили нам действовать внешним образом, и мы повиновались. Но это — внутренняя защита, к которой нас вынудила необходимость.

Сиди Али призвал на него лишение зрения, хотя обычно никогда не молился о зле, и Сиди аз-Зави тотчас ослеп.

Когда положение дома Шейха стало ещё тяжелее, к нему подошли десять познавших Аллаха, обладавших духовными степенями. Среди них были Сиди ат-Тахир ибн Абд ас-Садик и Сиди Ахмад ибн Сулейман; остальные происходили из Уляд ас-Саих и Суфа. Один из них сказал:

Терпение иссякло. Мы — ваши слуги. Нас побудило сострадание к детям и женщинам, а также тревога о том бесчестье, которое может коснуться вашей чести и разнестись по странам.

Раз вы не желаете вводить своих сподвижников в сражение, мы, благодаря вашей химме и заботе, избавим вас и их от зла войны. Мы сообщили вам об этом, чтобы вы отпустили нас со своего дозволения: ослушаться вас для нас слишком тяжело.

Они продолжали говорить мягко и кротко, пока у одного из них не вырвалось:

Мы — ваши ифриты, господин мой! Напустите нас на них — и увидите!

Шейх взглянул на сказавшего это и рассмеялся, но в его улыбке чувствовался гнев:

Я и не думал, что у меня есть ифриты, пока вы сами не представились.

Рассказчик приводит поговорку: «Когда лев смеётся — он пожирает». Затем Шейх сказал им:

Расскажите мне, как поступали праведные предшественники из сподвижников нашего господина, Посланника Аллаха ﷺ, о которых он сказал: «Мои сподвижники подобны звёздам: за кем бы из них вы ни последовали, вы обретёте верный путь».⁸

Защищали ли они его ﷺ внешними средствами, когда положение становилось тяжёлым, хотя обладали особой заботой, тайнами и высокими духовными стоянками? Или говорили: «Мы — твои ифриты, мы защитим тебя внутренней защитой, посредством тайны»?

И это при тех великих тяготах и многочисленных войнах, которые им пришлось пережить!

Где ваша стоянка в сравнении с их стоянкой? Разве ваша тайна равна их тайнам? Какая постигшая вас беда сравнится с постигшим их?

Вам Аллах даровал тайну лишь ради милосердия к Своим рабам, а не ради их погибели. Сражаться тем способом, каким хотите вы, — значит сражаться обманом, а не согласно шариату.

Какое же основание для притязаний у вас есть? Вы — самые немощные из творений Аллаха и более всех нуждаетесь в Нём, Пречист Он и Возвышен. Именно Он защищает нас, вас и детей, о которых вы говорите, что они сильно напуганы.

Сиди Али упрекнул их за этот порыв. Всех их немедленно постигло наказание: число пострадавших составило одиннадцать человек, включая Сиди аз-Зави и Сиди ат-Тахира ибн Абд ас-Садика, да будет доволен ими обоими Аллах. Последний не произнёс ни слова, но находился вместе с ними.

Тем временем на владения Ибн Джаллаба напали с другой стороны. Его войско было вынуждено снять осаду и вернуться для собственной защиты. Так завершилась осада завии.

Знание, труд и служение людям

Став наставником, Сиди Али продолжал трудиться в садах. Он оставил более четырнадцати тысяч пальм, посаженных им или при его участии.

Сады давали работу молодёжи и средства на завию, учеников и бедняков. Не желая жить за чужой счёт, Сиди Али расходовал подарки вместе со своим имуществом на пути Аллаха.

В хозяйстве помогали Сиди Ахмад ибн Сулейман, Сиди Абдаллах Бадда, Сиди ат-Тахир ибн Абд ас-Садик и Сиди аль-Ахдар ибн Абд аль-Кадир аль-Бути. Они ведали урожаем, привозом пшеницы и ячменя из соседних областей, включая Тунис, приёмом гостей и снабжением нуждающихся. Многих бедняков Тамасина кормили постоянно.

«Вот это и есть алхимия»

Сиди Ибрахим ас-Судани, живший в тунисском городе Тозере, услышал о величайшем преемнике, Полюсе ат-Тамасини, да будет доволен им Аллах, о его высоком положении среди мусульман, известности среди тиджанийцев и особых дарах.

Сиди Ибрахим решил посетить Сиди Али ат-Тамасини в большой завии в Тамаллахте и попросить разрешения заниматься алхимией, которую некоторые считали наукой, способной превращать неблагородные металлы в редкие и драгоценные.

Он сохранил это намерение втайне и никому его не раскрывал, пока не вошёл в завию и не стал гостем Шейха.

Благодаря духовному свету Сиди Али, да будет доволен им Аллах, ему открылась цель посещения. Оказав гостю подобающий приём, Шейх вывел его в один из своих садов, чтобы показать пользу труда и возделывания земли, и предложил ему разные сорта фиников.

Затем Сиди Али остановил гостя и сказал:

Смотри внимательно.

Сиди аль-Хаджж Али стал прокапывать землю от оросительного канала к пальме и сказал:

Вот это и есть алхимия, бедняга! Возделывай землю — и она даст тебе урожай.

Сиди Ибрахим последовал наставлению. Аллах благословил его труд: он стал одним из крупнейших земледельцев Джерида и оставил детям тенистые сады, которые, по свидетельству автора жизнеописания, сохранялись в его время.

Дом Корана и знания

Сиди Али приглашал учёных из разных земель и определял каждому служение. В завии его дети, внуки и приезжие ученики изучали Коран, хадисы, фикх и арабский язык.

Сиди Саид аль-Фаси, вольноотпущенник Сиди Махмуда ат-Туниси, преподавал Коран, семь чтений, фикх и язык.

Сиди Ахмад ибн Аммар ат-Тагзути, ученик Сиди Халифы ибн Хасана аль-Гумари, преподавал и выносил фетвы. Сиди аль-Ахдар ибн Хаммана аль-Гумари преподавал и судил.

Другой учёный, Сиди Али ас-Судани, погребённый в Тамасине, обучал фикху, хадисам, языку, алхимии, астрономии, тайнам букв и математике.

Преподавал здесь и Сиди ат-Тиджани ибн Бабу аш-Шинкити из Мавритании.

Сиди Али одаривал знатоков Корана и их учителей. Когда Сиди Махмуд ибн ат-Тахир первым из его внуков окончил школу завии, он устроил торжество с учёными и знатными гостями, подарил ему пальмовый сад и сказал: «Сегодня завия обрела полноту».

Сиди Махмуд владел семью чтениями Корана, знал правила его написания и отличался прекрасным почерком. В семьях сохранялись переписанные им рукописи Корана и хадисов.

Между сыновьями Сиди Али распределил обязанности: Сиди Мухаммад аль-Ид возглавлял молитву вместо отца, Сиди Мухаммад ас-Сагир вёл домашние дела и снабжение, а их брат Сиди Али отвечал за земледелие. Сиди аль-Ахдар преподавал Коран и религиозные науки и мог выносить фетвы. Сиди Маамар (также Муаммар) советовал братьям, старший сын Хмайда (Ахмида) принимал гостей.

Примирение и защита соседей

Сиди Али примирил племена Труд и Уляд-Сууд в земле Суф: «Мы выкопали яму для смуты и похоронили её. Кто из вас извлечёт её оттуда, пусть пеняет только на себя».

Ибадитские торговцы Алжирской Сахары попросили его поручить заботу о них соседям — последователям Сиди Али из Уляд-Саид. Он дал такое наставление. Торговля наладилась, караваны обрели безопасность. Благодарность к нему передавалась поколениями: ибадитские делегации участвовали в торжествах завии, а Шейх Байюд пользовался почётом у тиджанийцев.

Духовное воспитание и ученики

Мукаддам и духовный воспитатель

Во время хаджа один из собратьев Сиди Ибн Саиха получил разрешение передавать вирд от мукаддама, назначенного Шейхом Ахмадом ат-Тиджани.

На обратном пути он попросил Сиди Али разрешения на некоторые зикры. Тот спросил:

— А есть ли у тебя разрешение передавать вирды тем, кто попросит их у тебя?

— Да, мукаддам такой-то уже дал мне это разрешение, — ответил паломник.

— А он духовный воспитатель — мурабби?

Шейх повторил вопрос, но паломник не знал ответа. Лишь после расставания понял: Сиди Али указывал на себя как на духовного воспитателя.

Продолжатели его служения

Когда Сиди ат-Тахир ибн Абд ас-Садик обрёл раскрытие в присутствии наставника, тот сказал: «Иди в Ифрикию и открой её посредством “Аль-Фатих ли-ма углик”». Ученик распространил Путь и этот салават в Тунисе и его областях. Погребён он в Тозере.

Сиди Абдаллаха ибн Укбу аль-Гумари Сиди Али направил в область Константины и соседние земли. Странствуя и передавая вирд, ученик привёл к Пути многочисленные группы жителей.

Получив разрешение передавать вирд, Сиди Мухаммад ибн Мансар ан-Наммуши попросил явных божественных знамений для своего невежественного и сурового народа. Сиди Али ответил: «Иди: я разрешаю тебе проявлять любые чудесные явления, какие пожелаешь». В Тебессе ученик прославился караматами и распространил Путь среди шавия, или намамша.

Сиди Абдаллаху Бадде Сиди Али разрешил духовное распоряжение сообществами джиннов.

Сиди Мухаммад ибн аль-Ильми, услышав повеление наставлять людей, признался: «Господин мой, пасти верблюдов в летнюю пору мне милее, чем нести бремя людей в наше время». Ему были милее неизвестность и служение Шейху. Сиди Али ответил:

Бедняга! Кто придёт к тебе с востока, назовёт тебя отцом, кто придёт с запада, назовёт тебя отцом, кто придёт справа, назовёт тебя отцом, кто придёт слева, назовёт тебя отцом.

Всё сбылось: Сиди Ибн аль-Ильми стал любимым наставником Эль-Алии, сохранив смирение и благоговейный адаб перед своим Шейхом.

Шариф Сиди Мухаммад ибн ас-Сиддик ас-Саихи много лет смиренно служил Сиди Али. Когда Аллах раскрыл его сердце, стал наставлять людей в Эт-Тайбате. Со всех сторон к нему приходили за благословением и духовной пользой.

Сиди Али отправил Сиди аль-Маннуби аль-Ифрики передавать Путь своему народу на тунисском побережье. Ученик опасался, что его не примут: жители следовали лишь тем, чьи чудеса видели воочию. Именно караматы привлекали многих в распространённый там тарикат Исавийя.

Придя в духовное волнение, Сиди Али разрешил ему проявлять те же чудеса, что и исавийские наставники, и передавать это разрешение другим. По «Гараиб аль-барахин», его последователи, в частности, лизали раскалённое железо без вреда. Зрители принимали их за исавийцев, пока не слышали имя Сиди Ахмада ат-Тиджани. Эти караматы привлекали людей к Сиди аль-Маннуби.

Сиди Мухаммад ибн Яма из Эль-Байяды в Вади-Суф часто посещал Сиди Али и любил оставаться при нём. Во время смуты жители Суфа проливали кровь и уничтожали чужие пальмы. Шейх велел ученику: «Иди и прочитай заклинание над землёй Суф: она обезумела».

Сиди Ибн Яма поспешил домой и по разрешению Шейха стал обходить землю с духовной сосредоточенностью, словно ограждая её. Аллах погасил смуту и вернул безопасность. С тех пор жители обращались к Сиди Ибн Яме в бедствиях и находили облегчение.

Среди других учеников известны Сиди аль-Ахдар ибн Абд аль-Кадир аль-Бути, Сиди Ахмад ибн Сулейман ат-Тагзути, Сиди Али ибн Ханиш аль-Гумари, Сиди Мухаммад аль-Ахдар ибн Хаммана аль-Гумари.

Среди его учеников также были Сиди Мухаммад ибн ан-Наср аль-Исави, Сиди Умар аль-Магриби, погребённый в Тунисе, и Сиди Умар аль-Алляни аль-Кайравани.

Сиди Мустафа ибн Аззуз

Сиди Мустафа ибн Мухаммад ибн Аззуз аль-Бурджи, наставник рахманийской халватийской традиции, приехал к Сиди Али по указанию своего Шейха Али ибн Умара, основателя завии Тульги. После духовного воспитания в Тамасине Сиди Али отправил его в Нефту на юге Туниса. Основанная там завия стала центром учёности и убежищем алжирских беженцев и повстанцев.

С обоими наставниками Сиди Али переписывался. Письма в Тульгу передавал уроженец Тамасина, живший там.

Видения и чудесные события

Сиди Сукайридж, вслед за Сиди Ибн Саихом, передаёт слова Сиди Али о частом видении Пророка ﷺ:

О такой-то, среди людей, живущих рядом с тобой в это время, есть тот, кто не делает ничего, ни малого, ни великого, иначе как с разрешения Пророка ﷺ, полученного лицом к лицу и воочию. Он даже не встаёт с постели, на которой спит, пока Пророк ﷺ не повелит ему.

Слушавшие поняли, что речь о нём самом. Сиди Ибн Саих добавляет: его духовное состояние подтверждало сказанное.

В «Итхаф» приводятся и другие его слова:

Вот уже восемнадцать лет я созерцаю Пророка ﷺ. Все свои движения и покой я получаю непосредственно от него. Даже когда хочу уснуть, он велит мне это ﷺ.

«Гараиб аль-барахин» сообщает и о беседе Сиди Али наяву с Шейхом Ахмадом ат-Тиджани, отвечавшим из могилы.

Пальма, нуждавшаяся в воде

По «Гараиб аль-барахин», гуляя по саду с Сиди Ахмадом ибн Сулейманом ат-Тагзути⁹, Сиди Али миновал пальму, затем вернулся, снял верхнюю одежду, прокопал канавку и пустил к ней воду. Он объяснил: «Она сообщила мне, что испытывает жажду: слуги её не полили».

Помощь в пути

Мауляй Ахмад аль-Абдалави, наставник Сиди Сукайриджа, рассказывал, как вёз с караваном три вьюка. Правитель города требовал по риалу за каждый. Денег не было, и он опасался лишиться груза.

Он обратился к духовной поддержке (химма) Сиди Али и просил Аллаха уберечь его в пути ради положения Шейха пред Ним.

С других взыскали плату, а он прошёл свободно: по его словам, Аллах скрыл его от сборщиков. Позднее Сиди Али спросил:

— Такой-то, заплатили ли люди французам риалы?

— Да, господин мой, кроме меня. Аллах скрыл меня от их глаз по благодати вашего положения пред Аллахом.

Залатанная одежда

По рассказу Мауляя Ахмада аль-Абдалави, посланец спешил предупредить Сиди Али о готовящемся нападении. Опасаясь разбойников, он надел залатанное рубище — мураккаа.

Застав Шейха среди старейшин племени и сподвижников, посланец постеснялся одежды и сел позади. Сиди Али обернулся:

Встань, подойди сюда. Если Аллах любит человека, Ему неважно, что тот одет в залатанное рубище, а если Он ненавидит его, Ему неважно, что тот одет в такое-то одеяние.

При этом Сиди Али назвал определённый вид дорогой одежды.

Разрешение, данное без просьбы

Мауляй Ахмад аль-Абдалави хотел попросить разрешения передавать вирд. Прежде чем он заговорил, Сиди Али сказал:

Тебе разрешено передавать Путь всякому, кто попросит его у тебя.

Сиди аль-Абдалави воздал Аллаху хвалу за эту великую милость.

Наставления и адаб

«Дощечка, мотыжка и чёточки»

Одно из его изречений соединяет учение, труд и поминание Аллаха:

Дощечка, мотыжка и чёточки — пока душа не выйдет.

Дощечка — для изучения Корана, мотыжка — для возделывания земли, чётки — для зикра. Он также говорил: «Кто воистину познал Аллаха, того не охватывает тревога» и «У меня нет врага, кроме шайтана».

Смирение и открытый дом

Одному из сыновей Сиди Али говорил:

Если окажешься в собрании, займи самое скромное место. Если тебя поднимут выше, это будет их милостью, если оставят, скажи: «Это моё место».

Всех детей он предостерегал:

Остерегайтесь ставить себя выше других, даже слуг: все вы — рабы Аллаха. Остерегайтесь думать, что вы лучше этих невольников: вы и они в равной степени рабы Аллаха. И остерегайтесь думать, что этот дом принадлежит лишь вам. Он принадлежит Шейху, и всё его имущество — имущество Шейха. У меня здесь нет ничего своего. Говорю вам: каждый, кто связан с Шейхом, имеет долю в этом моём доме.

О слуге по имени Саид он сказал:

Мой слуга знает наизусть «аль-Фатиху», «Салят аль-Фатих ли-ма углик» и «Джаухарат аль-Камаль». Его имя — Саид. Весь мир и всё, что в нём, не сравнятся с ним по ценности. Однако отправьте его в землю аль-Джарид.

О Шейхе ат-Тиджани

Его любовь к наставнику выражалась и в словах: «Кто является познавшим, пусть познает Сиди Ахмада, кто любит, пусть любит Сиди Ахмада, кто повествует, пусть повествует о Сиди Ахмаде ат-Тиджани. Что бы вы ни говорили о достоинствах Шейха, его достоинства превосходят ваши слова».

Он также говорил:

Кто обладает познанием, пусть познает Шейха. Кто говорит, пусть говорит о Шейхе. Кто служит, пусть служит Шейху.

И говорил:

Я говорю вам: эта эпоха принадлежит ат-Тиджани до Дня воскресения. Власть и распоряжение в ней принадлежат ат-Тиджани до Дня воскресения. Ни одному обладателю корзины или плетёной кошницы не осталось никакого распоряжения во владычестве ат-Тиджани.

И наставлял:

Не бойтесь никого, никакого создания в этом мире, какой бы степени оно ни достигло. Бойтесь лишь Аллаха, Пречист Он и Возвышен, Господина бытия ﷺ и Шейха.

О духовном служении своего дома

Сиди Али говорил¹⁰:

Всякое исцеление выходит из моего дома, всякое врачевание исходит из моего дома. Всякий, кто обрёл счастье, обрёл его через мой дом. Всякий, кто был лишён, был лишён через мой дом.

Мой дом — красильня для авлия. Всё, что происходит в этом бытии, имеет исток в моём доме — до самого трубного гласа.

Степени последователей Пути

Мауляй Ахмад аль-Абдалави рассказывал: объясняя степени последователей Мухаммадова Пути, Сиди Али указательным пальцем правой руки поочерёдно указал на безымянный, средний и указательный пальцы левой и сказал:

— Степени сподвижников этого Мухаммадова Пути — ближняя, средняя и дальняя — вот так.

Затем он пояснил:

Ближняя степень: язык Присутствия Печати говорит её обладателю: «Если ты воспротивишься мне даже мимолётной мыслью — умрёшь неверным», — да сохранит Аллах.

Средняя степень — это степень мукаддамов, ибо назначение относится к великим степеням.

Дальняя степень — это степень тех, кому недостаёт твёрдой решимости на Пути. Леность мешает им должным образом исполнять требуемые от них обязанности. Порой они по лености даже просыпают ночную молитву — иша.

Однако люди всех этих степеней входят под поручительство Пророка ﷺ, о котором сообщил наш господин, да будет доволен им Аллах.

Следование Книге и Сунне

О своих детях и следовании за ними он предостерегал:

Если увидите, что кто-либо из моих детей летает на своём молитвенном коврике, но противоречит Книге и Сунне, — не следуйте за ним.

Последние годы и кончина

По пятницам Сиди Али ездил на мулице в старый Тамасин на молитву, вазифу и хайлялу. Это продолжалось, пока правительница не потребовала от городского имама угодной ей фетвы. За отказ его убили на минбаре. Сиди Али сказал: «Я не буду жить среди людей, которые не запрещают порицаемого». В 1257 году хиджры (1841 год) он установил пятничную молитву в своей завии.

В 1259 году хиджры (1843 год) Сиди Али тяжело заболел. Болезнь началась в области пупка.

Письмо из Бискры

В 1260 году хиджры (1844 год), когда французские войска достигли Бискры, от их властей пришло письмо: «Мы — люди мира и благодеяния и желаем сближения и знакомства». У них было намерение подчинить Тамасин.

Не ответив ни буквой, Сиди Али завернул письмо в белую льняную ткань и отправил Шувейхе, главе общины Тамасина, замещавшей сына. Она сказала: «Это знак смерти: льняная ткань, в которую завёрнуто письмо, свидетельствует об этом».

В эти дни он повторял:

Уходим, уходим! Это время испортилось и оказалось в руках тех, кто его портит. Кто говорит «я не лгу» — лжёт, кто говорит «я не краду» — крадёт. Остались лишь истинный шариф да истинный тиджани.

Он говорил также: «Лучше джаллаби, чем даввади, лучше даввади, чем христианин». Автор связывает эти слова с нежеланием жить под французской властью. Сиди Али просил Аллаха упокоить его прежде, чем он увидит колонизаторов и окажется под их властью. Он скончался до занятия Туггурта и окрестностей.

Последнее посещение сада и прощание с семьёй

За день и ночь до кончины Сиди Али пришёл в сад. Под большой плодоносящей пальмой росла маленькая, словно дочь возле матери. Он велел срубить большую у основания, оставив маленькую. Работники просили сохранить красивое, плодоносное дерево, но он настоял.

Когда пальму повалили, он сказал: «Благословение — в потомке. Говорят: кто оставил дочерей, тот не умер». «Гараиб аль-барахин» видит здесь указание на его кончину и переход служения к сыну.

В последнюю ночь Сиди Али велел двум служанкам омыть его и впал в духовное отсутствие. Придя в себя, спросил: «Разве я не велел вам омыть меня?» Они ответили, что омыли. «Я не почувствовал. Повторите омовение», — сказал он.

Служанку Фатиму он послал за женой аль-Хальвией и сыном Сиди Мухаммадом ас-Сагиром. Сыну велел собрать братьев для наставления:

Слушайте! Завещаю вам заботиться друг о друге. Завещаю вам поддерживать дела завии — молитву, чтение Корана и зикр. Кто в чём-либо нуждается, пусть придёт ко мне: если я не исполню его нужду, пусть призовёт меня к ответу перед Аллахом. Тому, кого я оставил на своём месте, принадлежат ключ, руководство молитвой, пальмовый сад и всё остальное.

Знайте, что я жив в своей могиле: отвечаю миром тому, кто приветствует меня миром. Я — привратник у дверей моего дома. При моей жизни распоряжался Шейх. После моей смерти буду распоряжаться я. И всё, чего достиг Шейх, достиг и я, кроме сокрытой стоянки. Завещаю вам доброе отношение к дому Шейха. Соблюдайте адаб с Шейхом Мухаммадом аль-Хабибом.

Аль-Хальвии он оставил два письма: Сиди Мухаммаду аль-Хабибу и своему сыну Сиди Мухаммаду аль-Иду. Повторял: «Мы уходим в Суф». Затем сказал: «Ступайте к своим ложам».

Сиди Мухаммад ас-Сагир предупредил братьев: «Эта ночь велика. Берегитесь сна: Шейх непременно уйдёт. Если жители Тамасина узнают о его смерти, они силой заберут его». Желая похоронить отца в Тамаллахте, где он жил, сыновья остались у внутренней мечети Хауш-аль-Абид.

Сиди Мухаммад ас-Сагир принёс, как обычно, воду для ночного омовения, но отец велел не приближаться. Через некоторое время сын вернулся и позвал: «Господин мой! Господин мой!» Ответа не было. Коснувшись сердца, он понял, что отец ушёл к Аллаху, и поспешил к братьям.

Сиди Али ат-Тамасини скончался во вторник, 22 сафара 1260 года хиджры (12 марта 1844 года), да помилует его Аллах.

Он был похоронен в завии в Тамаллахте возле Тамасина.

Ахмад ибн Билькасим ибн Лили, известный как Майда, из Гумара и любимый Шейхом Муса аль-Васиф, позванные одним из сыновей, омыли его и положили на циновку. После заупокойной молитвы читали Коран. Всё совершали тайно, опасаясь жителей Тамасина.

Из-за рыхлой почвы в могилу поместили деревянный ящик. Заперев наружную дверь, погребение завершили до рассвета. Утром пришедшие жители Тамасина узнали, что всё уже закончено.

Семья и потомки

У Сиди Али было пятнадцать сыновей и восемь дочерей¹¹.

Сыновья и дочери

Сын	Рождение и кончина	Сведения
Хмайда	Род. 1198 г. х. (1783–1784 гг.) Ум. 1277 г. х. (1860–1861 гг.)	Старший сын. Мать — Фатима ат-Тамасиния. Умер в Тамаллахте.
Ат-Тахир	Род. 1204 г. х. (1789–1790 гг.) Ум. 1280 г. х. (1863–1864 гг.)	Родной брат Хмайды, младше на шесть лет. Умер в Тамаллахте.
Аз-Зави	Род. 1212 г. х. (1797–1798 гг.) Ум. 1262 г. х. (1845–1846 гг.)	Мать — Халима ат-Тамасиния. Умер в Хиджазе.
Мухаммад аль-Ид	Род. 1230 г. х. (1814–1815 гг.) Ум. 1292 г. х. (1875–1876 гг.)	Родной брат аз-Зави, первый преемник отца. Погребён рядом с ним.
Мухаммад ас-Сагир	Род. 1232 г. х. (1816–1817 гг.) Ум. 1309 г. х. (1891–1892 гг.)	Мать — аль-Хальвия ас-Саихия. Погребён рядом с отцом.
Али Первый	Род. 1238 г. х. (1822–1823 гг.) Ум. 1300 г. х. (1882–1883 гг.)	Погребён в усыпальнице отца.
Мухаммад аль-Хабиб	Род. 1239 г. х. (1823–1824 гг.) Ум. 1280 г. х. (1863–1864 гг.)	Погребён в Эль-Хаджире.
Ибн Салим	Род. 1239 г. х. (1823–1824 гг.) Ум. 1273 г. х. (1856–1857 гг.)	Умер в Благородной Мекке.
Аль-Ахдар	Род. 1239 г. х. (1823–1824 гг.) Ум. 1292 г. х. (1875–1876 гг.)	Мать — аль-Хальвия, также названная ас-Сахией. Погребён рядом с отцом.
Маамар	Род. 1241 г. х. (1825–1826 гг.) Ум. 1310 г. х. (1892–1893 гг.)	Погребён в усыпальнице отца.
Хаддари	Род. 1243 г. х. (1827–1828 гг.) Ум. 1295 г. х. (1878 г.)	Мать — Фатима ат-Тамасиния. Умер и погребён в Тунисе.
Мухаммад аль-Кабир	Род. 1247 г. х. (1831–1832 гг.) Ум. 1291 г. х. (1874–1875 гг.)	Погребён в усыпальнице отца.
Мухаммад ас-Сули	Род. 1259 г. х. (1843–1844 гг.) Ум. 1314 г. х. (1896–1897 гг.)	Мать — аль-Джалля ас-Саихия. Родился за год до кончины отца, погребён в его усыпальнице.
Ахмад Зинкилю	Род. 1259 г. х. (1843–1844 гг.) Ум. 1260 г. х. (1844–1845 гг.)	Прожил шесть месяцев.
Али Младший	Род. 1259 г. х. (1843–1844 гг.) Ум. 1260 г. х. (1844–1845 гг.)	Прожил пять месяцев, скончался вскоре после отца.

Его дочерей звали Саадия, Фатима, Наджма, Футайма, Арабия, Мама, Хадда и Джума.

Родство с домом Шейха Ахмада ат-Тиджани

Сиди Али просил, чтобы его кровь и плоть соединились с кровью и плотью наставника. Эта просьба исполнилась в браках дочерей Сиди Мухаммада аль-Хабиба с его сыновьями и внуками.

Дочери Сиди Мухаммада аль-Хабиба, сына Шейха Ахмада ат-Тиджани, вышли за сыновей и внуков Сиди Али, дав начало многочисленному потомству:

Дочь аль-Хабиба	Кончина и погребение	Супруг и дети
Хадиджа Старшая	Умерла в 1299 г. х. (1881–1882 гг.), погребена в Айн-Мади.	Мухаммад аль-Ид
Фатима Барри	Умерла в Мекке в 1276 г. х. (1859–1860 гг.).	Мухаммад ас-Сагир. Сын — Мухаммад
Хадиджа Вторая	Умерла в 1301 г. х. (1883–1884 гг.), погребена в Тамасине.	Мухаммад ас-Сагир, после смерти сестры. Сын — аль-Ид
Фатима Кина	Умерла в 1290 г. х. (1873–1874 гг.), погребена в Айн-Мади.	Хаддари
Хафса	Умерла в 1298 г. х. (1880–1881 гг.), погребена в Гумаре.	Мухаммад аль-Хабиб
Мама Первая	Умерла в 1298 г. х. (1880–1881 гг.), погребена в Тамасине.	Маамар
Мама Вторая	Умерла в 1275 г. х. (1858–1859 гг.), погребена в Айн-Мади.	Аль-Ахдар
Аиша Хурра	Умерла в 1318 г. х. (1900–1901 гг.), погребена в Айн-Мади.	Али
Аиша Кина	Умерла в 1275 г. х. (1858–1859 гг.), погребена в Тамасине.	Мухаммад аль-Араби, внук Сиди Али. Сын — Мухаммад аль-Кабир
Кульсум	Умерла в 1289 г. х. (1872–1873 гг.), погребена в Тамасине.	Мухаммад ас-Сули
Рукайя	Умерла в 1287 г. х. (1870–1871 гг.), погребена в Тамасине.	Махмуд, внук Сиди Али
Халлюма	Умерла в 1317 г. х. (1899–1900 гг.), погребена в Тамасине.	Мухаммад аль-Араби, внук Сиди Али. Сын — Мухаммад аль-Ид
Мубарака	Умерла в 1307 г. х. (1889–1890 гг.), погребена в Тамасине.	Мухаммад, внук Сиди Али. Сын — Мухаммад аль-Башир
Ямина	Умерла в 1285 г. х. (1868–1869 гг.), погребена в Гумаре.	Ахмад, внук Сиди Али
Авиш	—	Хаддари. Сын — Араби

Преемники в Тамасине

После кончины Сиди Али служение в завии продолжили его сыновья, а затем потомки. Ниже приведены годы начала и окончания их руководства.

Наставник	Годы руководства
Сиди Мухаммад аль-Ид, сын Сиди Али	Начало: 1260 г. х. (1844 г.) Окончание: 1291–1292 г. х. (1875 г.)
Сиди Мухаммад ас-Сагир, сын Сиди Али	Начало: 1291–1292 г. х. (1875 г.) Окончание: 1309–1310 г. х. (1892 г.)
Сиди Маамар, сын Сиди Али	Начало: 1309–1310 г. х. (1892 г.) Окончание: 1310–1311 г. х. (1893 г.)
Сиди Хамма ибн Мухаммад аль-Ид	Начало: 1310–1311 г. х. (1893 г.) Окончание: 1330–1331 г. х. (1912 г.)
Сиди аль-Башир, сын Сиди Хаммы	Начало: 1330–1331 г. х. (1912 г.) Окончание: 1336–1337 г. х. (1918 г.)
Сиди Мухаммад аль-Ид	Начало: 1336–1337 г. х. (1918 г.) Окончание: 1345–1346 г. х. (1927 г.)
Сиди Ахмад ибн Хамма	Начало: 1345–1346 г. х. (1927 г.) Окончание: 1398–1399 г. х. (1978 г.)
Сиди аль-Башир ибн аль-Ид Второй	Начало: 1398–1399 г. х. (1978 г.) Окончание: 1420–1421 г. х. (2000 г.)
Сиди Мухаммад аль-Ид, сын Сиди Мухаммада аль-Башира	Начало: 1420–1421 г. х. (2000 г.) Окончание: 1448 г. х. (2026 г.)

После кончины Сиди Мухаммада аль-Ида в 1448 году хиджры (20 августа 2026 года) преемником стал Сиди Ахмад Шауки ат-Тиджани, потомок Сиди Али ат-Тамасини, вступивший в руководство завией в 1448 году хиджры (21 августа 2026 года).

Память о нём и продолжение служения

Усыпальница

В 1284 году хиджры (1867–1868 гг.) Сиди Мухаммад аль-Ид возвёл над могилой отца прочную, искусно украшенную усыпальницу с высоким куполом и шёлковыми тканями. Автор «Гараиб аль-барахин» описывает радость и душевный простор её посетителей.

Духовное наследие

Много лет спустя Сиди Сукайридж услышал от своего наставника Мауляя Ахмада аль-Абдалави рассказ о том, как Сиди Али разрешил ему передавать вирд, не дожидаясь просьбы. Он подумал:

Как прекрасно разрешение, полученное таким образом! Интересно, если бы я попросил моего наставника об этом, дал бы он мне его?

Сиди Сукайридж решил не просить: лучше то, что даровано без просьбы. Так и прежде он с благодарностью Аллаху принимал любовь наставника.

Наставник же разрешал любые просьбы, приводя через Сиди Ибн Саиха слова Шейха Ахмада ат-Тиджани:

Я люблю всякого, кто просит у меня.

Сиди Сукайридж объясняет эти слова стремлением приносить пользу рабам Аллаха.

Сиди аль-Абдалави обернулся к нему и сказал: «Тебе разрешено».

Увидев в этом духовное раскрытие наставника, Сиди Сукайридж поблагодарил Аллаха за незаслуженный дар и попросил содействия в угодном Ему.

Продолжение учёной жизни

У сыновей и внуков появились семейные учителя: при Шейхе Хамме — Сиди Ахмад Бассаси и его брат Сиди ат-Тахир, при Сиди аль-Иде ибн Мухаммаде ас-Сагире — Сиди Ахмад ибн Мурейзик аль-Гумари, при Сиди ас-Садике ибн Мухаммаде аль-Иде — Сиди Али ибн Амурийя аль-Гумари, при Сиди Махмуде ибн Мухаммаде аль-Иде — Сиди Али ибн Майлуд.

В Хауш-аль-Абид преподавали Сиди Иди аль-Айиб и муэдзин Сиди аз-Зави.

В Тунис на учёбу отправились: в 1349–1350 годах хиджры (1931 год) — братья ас-Сагир, Араби и Махмуд, сыновья Шейха Хаммы, в 1350–1351 годах хиджры (1932 год) — Абд аль-Хамид ибн Алива, в 1351–1352 годах хиджры (1933 год) — Сиди аль-Ид ибн Али.

В завии действовали кружки: в Дар-аль-Карруса преподавал Шейх Хамма, у Сиди Ахмада ибн Хаммы изучали религиозные дисциплины, у Сиди Хакки ас-Саиха — литературу и поэзию.

Обновление усыпальницы и школы

Потомок Сиди Али Сиди Мухаммад аль-Башир ибн аль-Ид Второй обновил усыпальницу. На открытии 7 шаабана 1419 года хиджры (26 ноября 1998 года) присутствовали Сиди Абд аль-Джаббар ат-Тиджани, потомок Сиди Ахмада ат-Тиджани, шарифы и многочисленные братья.

Сиди Мухаммад аль-Башир начал также обновление коранической школы. После его кончины дело завершил сын Сиди Мухаммад аль-Ид. Школа открылась 3 раджаба 1421 года хиджры (3 октября 2000 года). Первоначально в ней было два класса и вспомогательные помещения. Первый выпуск знатоков Корана чествовали на маулиде 1423 года хиджры (2002 год), последующие — в рамадан и дни рождения Пророка ﷺ.

Память в стихах

С гробницей Сиди Али ат-Тамасини связаны элегия Сиди Ибрахима ар-Рияхи и хвалебная касыда Мухаммада аль-Ида Аль Халифы.

Элегия Сиди Ибрахима ар-Рияхи

Остановись со смирением, стыдливостью и почтением,
Дай льющимся слезам свободно течь.

Соблюдай истинный адаб и сними
Обувь собственной гордости перед этим макамом.

Проси Аллаха о желанном и умножай просьбы:
Ты достоин получить всё, к чему стремишься.

Ведь ты находишься подле сына Исы —
Избранника святых, имама Али.

Стояние при нём по своему достоинству равно
Стоянию между Замзамом и Макамом.

Он — потомок лучшего из людей; в нём
Духовное родство подкрепило родство телесное.

Свет солнца сына Салима возвышается
Меж цветами восточного ветра и полной луной.

Милость Аллаха к творениям и помощь,
Благотворный дождь, изливающийся из облаков.

Клянусь Аллахом, погребавшие его не ведали,
Что положили в прах драгоценность высот.

Не один лишь Тамасин лишился его:
Это утрата для всего свода ислама.

Он не умер смертью в полном смысле слова:
Это лишь переход к славе Обители мира.

Да приветствует Аллах его душу благоуханием довольства,
А его прах — чистейшим приветствием мира.

Да дарует людям прекрасное терпение:
Разлука с ним повергла их в смятение.

Мир померк, когда было отмечено его кончиной:
«Скрылся полюс руководства, имам людей».

Касыда Мухаммада аль-Ида Аль Халифы

О посетитель этого святилища! Ты достиг желанного.
Доверься здесь благой вести, оставь всякое сомнение.

Без сомнения, ты пришёл ко вратам Аллаха,
А пришедший к вратам Аллаха удостаивается безопасности.

Соблюдай здесь этикет царских дворов:
Пред тобой по решению Аллаха владыка, утвердившийся в своём положении.

Приветствуй его и стой, ища через него заступничества
Перед твоим Всевышним Господом; проси — и тотчас получишь.

Здесь — наследник степени Печати ат-Тиджани,
Халифа земли Али ат-Тамасини.

Приют каждого притеснённого, руководство всякому растерянному,
Утешение всякому опечаленному, богатство всякому бедняку.

О господин мой! Я пришёл к тебе посетителем и гостем.
Разве бывает несчастен гость султанов?

Твоя гробница возвышенна, хотя находится в земле,
Твоя могила — из благоухания, хотя сложена из глины.

В ней о благоухании твоей тайны возвещает
Небесное дуновение из цветов мира барзаха.

Неудивительно, что твой гость получает просимое,
Достигает довольства, защиты и неприступности.

Вознагради мою добрую надежду принятием и довольством
Ради достоинства твоих благороднейших, благословенных сыновей.

Они остались вождями Ахмадийского пути, господами,
Высоко несущими головы, гордыми в своём благородстве.

Пребывай же почитаемым у Господа, заступником,
И оставайся высоким в мире и в религии.

Примечания

1. Шейх Ахмад Сукайридж аль-Фаси — марокканский исламский учёный, судья и наставник тариката Тиджанийя. Родился в 1295 году хиджры (1878 год) в Фесе, получил образование в аль-Каравийин. Был учеником Шейха Ахмада аль-Абдалави. Скончался в 1363 году хиджры (1944 год). Автор «Кашф аль-хиджаб» — собрания жизнеописаний сподвижников Шейха Ахмада ат-Тиджани, одного из основных источников этой статьи. ↩︎
2. Али ибн Халифа — автор выпускной работы по истории «Шейх аль-Хаджж Али ат-Тамасини. Его жизнь и наследие. 1766–1844», подготовленной в Университете Эль-Уэда в 1434–1435 годах хиджры (2013 год). Исследование цитирует «Гараиб аль-барахин», «аль-Урф ар-райхани» и другие сочинения. Семейные сведения сверены по его русскому переводу, с. 29–33; сведения об учителях и школе — с. 78–81. Оба стихотворения приведены по переводу приложения. ↩︎
3. Арабская биография на сайте «Нафахат»: беседа с Сиди Мухаммадом аль-Кабиром, переписка во время осады Айн-Мади, столкновения с Бану Джаллаб и история Ибрахима ас-Судани. Письмо аль-Хабиба в самом арабском источнике передаётся по смыслу, а не как документальная копия. В начале рассказа об осаде указана дата 1254 года хиджры (12 июня 1838 года), затем сказано, что осада началась через десять дней. Какое событие относится к первой дате, не уточняется. ↩︎
4. «Итхаф ахль аль-маратиб аль-ирфания» Сиди Мухаммада аль-Худжуджи аль-Хасани, т. 1, с. 200. ↩︎
5. Шейх Мухаммад аль-Араби ибн Мухаммад ас-Саих аш-Шарки аль-Умари — марокканский учёный и наставник Тиджанийи, живший в Рабате. Скончался в 1309 году хиджры (1892 год). Автор «Бугьят аль-мустафид ли-шарх Муньят аль-мурид» («Бугья») — комментария об учении тариката и духовном воспитании. ↩︎
6. Шейх Шариф Мухаммад ат-Таййиб ас-Суфьяни аль-Хасани — марокканский суфий, один из близких учеников Шейха Ахмада ат-Тиджани, живший в Фесе. Скончался в 1259 году хиджры (1843–1844 гг.). Составитель «аль-Ифада аль-Ахмадийя ли-мурид ас-са‘ада аль-абадийя» («Ахмадовы наставления для стремящегося к вечному счастью») — сборника изречений и наставлений своего учителя. ↩︎
7. Существуют разные версии рассказа о конфликте с Ибн Джаллябом. ↩︎
8. Слова «Мои сподвижники подобны звёздам…» сохранены в цитате. Их достоверность как хадиса не установлена; аль-Баззар считал эту передачу недостоверной.
   
   Близкий смысл — особое значение присутствия сподвижников как защиты для общины — подтверждается достоверным хадисом Абу Мусы аль-Ашари, да будет доволен им Аллах, переданным от него его сыном Абу Бурдой:
   
   «Мы совершили молитву магриб вместе с Посланником Аллаха ﷺ, а затем сказали: “Хорошо бы нам остаться здесь, пока мы не совершим с ним молитву иша!” И мы остались сидеть. Он вышел к нам и спросил: “Вы всё ещё здесь?” Мы ответили: “О Посланник Аллаха! Мы совершили с тобой магриб, а затем решили остаться, пока не совершим с тобой иша”. Он сказал: “Вы поступили хорошо” — или: “Вы поступили правильно”.
   
   Затем он поднял голову к небу — а он часто поднимал голову к небу — и сказал: “Звёзды — защита для неба. Когда звёзды уйдут, с небом случится то, что ему обещано. И я — защита для моих сподвижников. Когда я уйду, с моими сподвижниками случится то, что им обещано. И мои сподвижники — защита для моей общины. Когда мои сподвижники уйдут, с моей общиной случится то, что ей обещано”».
   
   «Сахих» Муслима, хадис № 2531, книга «Достоинства сподвижников». Этот хадис подтверждает указанный общий смысл, но сам по себе не устанавливает достоверность формулировки «за кем бы из них вы ни последовали, вы обретёте верный путь». ↩︎
9. Сиди Ахмад ибн Сулейман ас-Суфи ат-Тагзути — сподвижник Шейха Ахмада ат-Тиджани, связанный с Тагзутом в Вади-Суф, помощник Сиди Али в делах завии. Али ибн Халифа, с. 55, 57, 76. ↩︎
10. В переводе «лишение» понимается как утрата духовного дара; «красильня для авлия» — образ обретения духовной «окраски». ↩︎
11. Григорианские диапазоны для годов рождения и кончины и диапазоны хиджры для сроков руководства рассчитаны по табличному исламскому календарю. Они показывают возможные годы, а не точные даты событий. Датировки с указанием дня и месяца сохранены по источникам; местное лунное наблюдение может отличаться от табличного расчёта на один день. ↩︎

«А те, которые пришли после них, говорят: “Господь наш! Прости нас и наших братьев, которые уверовали раньше нас! Не насаждай в наших сердцах ненависти и зависти к тем, кто уверовал. Господь наш! Воистину, Ты — Сострадательный, Милосердный”» (59:10)