Вся хвала принадлежит Аллаху, Господу миров, Всемилостивейшего, Милостивого, Властелину Дня воздаяния! Тебе одному мы поклоняемся и Тебя одного молим о помощи. Веди нас прямым путём — путём тех, кого Ты облагодетельствовал, не тех, на кого пал гнев, и не заблудших.
О Аллах, благослови нашего Господина Мухаммада, открывшего то, что было закрыто, завершившего то, что предшествовало, помощника истины посредством Истины и ведущего к Твоему прямому пути, а также его семью, сообразно его достоинству и великому положению.
Происхождение, семья и учёность
Абу Абдаллах Сиди Мухаммад ибн аль-Мишри, да помилует его Всевышний Аллах, принадлежал к числу ближайших сподвижников Шейха Ахмада ат-Тиджани. Учёный маликитского мазхаба, имам и писец, он записывал наставления Шейха, вёл его переписку и сохранял услышанное в своих сочинениях. В тиджанийском предании его почитают как хранителя тайн и передатчика духовного наследия Шейха.
В «Джавахир аль-ма‘ани» сохранился рассказ об учёности и благочестии семьи Сиди Ибн аль-Мишри. Автор вспоминает встречи с его родными у Шейха Ахмада ат-Тиджани.
«Выдающийся учёный, проницательный и глубоко понимающий, соединявший хакику и шариат, наставление и науки тариката, хранитель его тайны, блюститель его завета, предмет его любви и близкий друг его сокровенного общения — Абу Абдаллах Сиди Мухаммад ибн Мухаммад аль-Мишри, благородный шариф, возвышенный, совершенный и целомудренный, аль-Хасани, ас-Са’ихи, ас-Сиба‘и по происхождению, ат-Туккурти по месту жительства.
Туккурт находится в области аль-Джарид и известен как селение, относящееся к округу Константины. Его семья — семья знания, праведности, верного руководства и преуспеяния. Её представители и поныне остаются учёными, поступающими согласно своему знанию, и имамами, следующими прямым путём. Большинство из них приняли тарикат нашего Шейха, да будет доволен им Аллах.
Ради встречи с ним они покидают родную землю и проводят в пути около двадцати дней, а порой и больше, и привозят нашему господину, да будет доволен им Аллах, богатые дары: деньги, одежду и финики.
Я многократно встречал их у нашего господина и не видел людей, превосходивших бы их благонравием, религиозностью и знанием. Большинство из них — учёные. С тех пор как мы познакомились с нашим господином, да будет доволен им Аллах, к нему прибывают делегации со всех сторон и приносят дары, однако я не видел никого, кто превосходил бы этих людей в почтительности и чистоте намерения.
Наш господин, да будет доволен им Аллах, обращается с ними иначе, чем с прочими: отворачивается от них и не уделяет им такого внимания, какое уделяет другим. Я заговорил с ним об этом, и он ответил:
„Они не подобны остальным: они стремятся к высоким духовным стоянкам и возвышенным состояниям“.
Да будет доволен ими Аллах! Да не лишит Он нас и их блага нашего благородного господина!»
Первая встреча с Шейхом в Тлемсене
Сиди Ибн аль-Мишри впервые встретился с Шейхом Ахмадом ат-Тиджани в Тлемсене, в 1188 году хиджры (1774–1775 годы), после возвращения Шейха из хаджа. Эта встреча положила начало многолетнему ученичеству и служению.
Автор «Бугьят аль-мустафид» описывает встречу и последовавшее за ней посвящение:
«В этом году, когда он возвращался из хаджа в город Тлемсен, там состоялась благословенная встреча с его сподвижником и хранителем его тайн, учёным факихом, имамом и образцом для подражания, почитаемым и благородным Абу Абдаллахом Сиди Мухаммадом ибн аль-Мишри аль-Хасани ас-Са’ихи…
Тогда [Шейх] удостоил его посвящения в халватийский тарикат. Он также получил от него другие тайны и зикры, как сам рассказывал об этом. Да помилует его Аллах и да принесёт нам через него пользу!»
Имам, писец и хранитель знания
Близость к Шейху выражалась в повседневном служении. Шейх, да будет доволен им Аллах, избрал Сиди Ибн аль-Мишри своим имамом и писцом: поручал ему переписку и запись своих ответов. Сиди Ибн аль-Мишри составлял свои книги на основе услышанных наставлений Шейха и записей, сделанных под его диктовку.
В «Бугье» говорится:
«Он — автор книги „Аль-Джами‘ ли-ма-фтарака мин аль-‘улюм“ — „Собрание разрозненных знаний“, а также книги „Нусрат аш-шурафа фи-р-радд ‘аля ахль аль-джафа“ — „Защита шарифов в ответ людям непочтительности“.
Наш господин, да будет доволен им Аллах, избрал его имамом, за которым совершал молитву, поскольку в то время сам не любил выступать имамом, кроме как у себя дома, где руководил молитвой своих домочадцев и семьи».
«Джавахир аль-ма‘ани» поясняет, как Шейх совершал молитву в те годы:
«К числу его качеств, да будет доволен им Аллах, относилось то, что он не руководил ничьей молитвой, кроме молитвы своей семьи и домочадцев.
Сам он молился за имамами, если только не существовало препятствия, признаваемого шариатом, например если они брали взятки…
Так было в начале его пути. Его имамом был [Сиди Мухаммад ибн аль-Мишри]».
В 1208 году хиджры (1793–1794 годы) после приказа Посланника Аллаха, Шейх сам начал проводить молитвы в качестве имама.
Рядом с Шейхом в Фесе
Сиди Ибн аль-Мишри постоянно находился рядом с Шейхом в Фесе. Об этом прямо свидетельствует повествователь «Джавахир аль-ма‘ани»:
«Этот господин, да будет доволен им Аллах, пребывает с нашим господином, да будет доволен им Аллах, с 1188 года хиджры (1774–1775 годы) и до настоящего времени. Сейчас, в 1213 году хиджры (1798–1799 годы), он находится с нашим господином в Фесе».
Духовное раскрытие и любовь к Шейху
В поэме «Муньят аль-мурид» Сиди Ибн аль-Мишри упомянут среди тех, кому через нашего господина, да будет доволен им Аллах, было даровано духовное раскрытие:
И учёный факих Сиди Ибн аль-Мишри, Сподвижник нашего Шейха, возвышенный славой, —
Объясняя эти строки, автор «Бугьи» пишет:
«Что касается учёного факиха Сиди Мухаммада ибн аль-Мишри, то он — сподвижник нашего господина и хранитель его тайн. Некоторое представление о нём уже было дано, а его известность сама по себе достаточна.
Он написал „Защиту шарифов в ответ людям непочтительности“ и другие сочинения, как было упомянуто выше.
Любовь его была необычайно сильна. Об этом передают такой рассказ.
Однажды он ехал верхом на кобыле мимо гробницы одного из обладателей духовного воздействия в Сахаре. Этот человек был одним из его предков, да помилует его Всевышний Аллах. Ноги кобылы стали погружаться в землю.
Он повернулся к гробнице и сказал её обитателю:
„Клянусь Аллахом, ты непременно освободишь мою кобылу, иначе я пожалуюсь на тебя Шейху, и он окажет на тебя своё воздействие!“
Кобыла освободилась, словно с ней ничего и не происходило.
Это — одно из необычайных проявлений любви».
Согласно жизнеописанию, Сиди Ибн аль-Мишри удостоился духовного раскрытия на этом Мухаммадовом Пути ещё при жизни Шейха. С этим связывается повеление наставника, да будет доволен им Аллах, Сиди Ибн аль-Мишри покинуть город, где пребывал сам Шейх.
Сам Сиди Ибн аль-Мишри в книге «Аль-Джами‘» передаёт услышанные им слова Шейха о сподвижниках, удостоенных раскрытия:
«Однажды я слышал, как он, да будет доволен им Аллах, сказал:
„Когда Аллах дарует раскрытие моим сподвижникам, тому из них, кто останется в городе, где нахожусь я, следует опасаться за себя — опасаться гибели“.
Один из его сподвижников спросил:
„От вас или от Аллаха?“
Он ответил:
„От Всевышнего Аллаха, без какого-либо выбора с моей стороны“».
Отъезд из Феса
Автор «Бугьи» сопоставляет отъезд Сиди Ибн аль-Мишри с отъездом Сиди аль-Хаджжа Али Харазима. По мнению некоторых выдающихся сподвижников, Сиди Али Харазим после духовного раскрытия должен был приступить к воспитанию других. Так автор предлагает понимать и отъезд Сиди Ибн аль-Мишри:
«Сходным образом следует понимать и отъезд автора „Аль-Джами‘“, выдающегося учёного, образца для подражания и источника благословения, Сиди Мухаммада ибн аль-Мишри, да будет доволен им Аллах, из Феса в Сахару, где он впоследствии скончался.
Такое объяснение более соответствует его состоянию и духовному положению…»
Письмо о болезни и тоске по Шейху
Особенно ясно любовь Сиди Ибн аль-Мишри к наставнику раскрывается в его письме. Шейх Сукайридж сообщает, что видел подлинник, написанный рукой самого Сиди Ибн аль-Мишри, и переписал из него следующие выдержки:
Во имя Аллаха, Милостивого, Милосердного.
Да благословит Аллах нашего Господина Мухаммада, его семью и сподвижников и да приветствует их.
Наш образец, наша опора, наш господин и наше средство приближения к Аллаху, Полюс полюсов, наш владыка Сиди Абу-ль-Аббас Ахмад ибн Мухаммад ат-Тиджани!
Да соединит нас Аллах с ним в обители радостей! Да напоит Он нас из моря его любви, излияния его светов и потока его богопознания — из величайших сосудов! Аминь.
Если господин спросит о своём слуге, то тот пребывает во благе, пока находится под его взором, стремится к его дарам и пребывает под его защитой.
Однако больной руке до сих пор не помогло никакое лекарство. Я тщательно приготовил для неё масло «Бу-Нафи‘» и некоторое время смазывал им руку, не позволяя воде касаться её, но это не помогло. Я лечил её и другими средствами, однако и они оказались бесполезны. Осталось лишь ваше благотворное и исцеляющее лекарство.
В остальном мы пребываем во благе. Аллаху принадлежит хвала и Ему принадлежит милость за вашу благосклонность к нам.
Далее Сиди Ибн аль-Мишри обращается к Шейху с просьбой о молитве и говорит о тяжести разлуки:
Мы просили вас ради достоинства лучшего из Его творений и самого любимого Им — нашего Господина Мухаммада ﷺ — помолиться Аллаху, чтобы Он соединил нас с вами и не разлучал с вами вплоть до нашего пребывания в ‘Иллиййуне.
Земля, при всей её широте, стала тесна для нас. Сердца наши изнемогают от ежегодной разлуки с вами, которую мы уже не в силах переносить.
Только теперь мы по-настоящему осознали её тяжесть. Мы охвачены крайней растерянностью: нам недостаёт радости сидеть рядом с вами и смотреть на ваш чистый, благословенный лик.
И при всём этом мы пребываем в небрежении: ни мирские дела, ни поклонение не отвлекли нас от вас. Всё это — от недостатка нашей искренности с вами, пока мы не оказались скованными и годы нашей жизни не прошли впустую.
Поистине, мы принадлежим Аллаху и к Нему возвращаемся.
Если вы не взглянете на нас взором довольства, мы погибли.
Эти бессвязные слова вызваны тоской по вам, чужбиной и недостатком помощников во всяком деле.
Просим Аллаха даровать нам ваше довольство и принятие нас такими, какие мы есть. Аминь.
Мир вам! Да благословит Аллах нашего Господина Мухаммада, его семью и сподвижников и да приветствует их совершенным приветствием.
Кончина в Айн-Мади
Автор «Бугьи» сообщает, что Сиди Ибн аль-Мишри скончался в 1224 году хиджры (1809–1810 годы):
«Он оставался его сподвижником с того времени до своей смерти, да помилует его Аллах, в 1224 году хиджры (1809–1810 годы)».
Он был похоронен рядом с родителями Шейха, да будет доволен ими всеми Аллах.
«А те, которые пришли после них, говорят: “Господь наш! Прости нас и наших братьев, которые уверовали раньше нас! Не насаждай в наших сердцах ненависти и зависти к тем, кто уверовал. Господь наш! Воистину, Ты — Сострадательный, Милосердный”» (59:10)
Вся хвала принадлежит Аллаху, Господу миров, Всемилостивейшего, Милостивого, Властелину Дня воздаяния! Тебе одному мы поклоняемся и Тебя одного молим о помощи. Веди нас прямым путём — путём тех, кого Ты облагодетельствовал, не тех, на кого пал гнев, и не заблудших.
О Аллах, благослови нашего Господина Мухаммада, открывшего то, что было закрыто, завершившего то, что предшествовало, помощника истины посредством Истины и ведущего к Твоему прямому пути, а также его семью, сообразно его достоинству и великому положению.
Сиди Мухаммад ад-Дамрави и его место в Тарикате
Шейх Абу Абдаллах Сиди Мухаммад ибн аль-Араби ат-Тази ад-Дамрави, да будет доволен им Аллах, принадлежит к числу особо почитаемых сподвижников Шейха Ахмада ат-Тиджани, да будет доволен им Аллах.
В тиджанийском предании его называют «аль-васита аль-а‘зам» — «величайший посредник». Через него Шейх передавал Пророку ﷺ вопросы, которые из глубокого почтения и стыдливости не решался задать сам.
Имя, происхождение и духовное достоинство
Он происходил из шарифского рода. Его полное имя — Абу Абдаллах Сиди Мухаммад ибн аль-Араби ибн аль-Хаджж Али ибн Тахир ибн Салих ибн Али ибн Абд ар-Рахман. Да будет Аллах доволен ими всеми.
Сиди ат-Таййиб ас-Суфьяни сообщает в «аль-Ифада»:
«Шариф из Идмар-Дашра в области Тазы. Он скончался в Айн-Мади, да помилует его Аллах, и оставил после себя лишь двух дочерей».
Согласно преданию, Сиди Мухаммад уже в молодости часто встречался с Пророком ﷺ наяву. Шейх Сукайридж передаёт со слов своего наставника Мауляй Ахмада аль-Абдалави, что такие встречи происходили до двадцати четырёх раз в день.
В поэме «Муньят аль-мурид», к которой Сиди аль-Араби ибн ас-Саих написал комментарий, о сподвижниках Шейха сказано:
Сколько учеников через общение с ним обрели в святости больше того, чего желали! Таков любимец Тахи Избранного, Ибн аль-Араби, достигший через своего наставника высочайших степеней.
Сиди Ибн ас-Саих поясняет: речь идёт о Сиди Мухаммаде ибн аль-Араби ад-Дамрави ат-Тази — хранителе тайн и проявлении светов. Он пишет, что по повелению Пророка ﷺ Шейх окружал его особой заботой: навещал при жизни, а после смерти посещал его могилу.
До встречи с Шейхом
До встречи с Шейхом Ахмадом ат-Тиджани Сиди Мухаммад следовал пути Баль ибн Аззуза. В жизнеописании приводится суровое суждение о нём, которое Шейх передавал от Пророка ﷺ: «Баль ибн Аззуз — шайтан этой общины».
По словам Сиди Мухаммада ибн аль-Мишри, ещё до этой встречи Сиди ад-Дамрави приобрёл некоторые тайные знания в общении с людьми Пути, «но не знал, как следует идти по пути к Аллаху, пока не стал спутником нашего господина». Сиди Ибн аль-Мишри добавляет, что неоднократно слышал это от них обоих.
Встреча в Тлемсене и великое раскрытие
Сиди Ибн аль-Мишри пишет, что Сиди Мухаммад встретил Шейха в Тлемсене, стал его спутником и вверил себя его духовному руководству.
Шейх Сукайридж добавляет: увидев караматы Шейха, он попросил у него изн — разрешение вступить на его Путь. Наставник приблизил его к себе и велел оставить прежние занятия: «Если желаешь раскрытия, оставь эти вещи». Сиди Мухаммад подчинился, и ему было даровано великое духовное раскрытие — фатх.
Сиди Ибн аль-Мишри продолжает:
«Если бы этого господина не удерживали от явления чудес и он сам не остерегался их, он стал бы дивом своего времени. Но его предостерегли: тот, кто до достижения совершенства посвящает себя явлению чудес и молитвам за людей, не достигает степеней мужей Божиих. Поэтому он оставил это и направил своё устремление к высоким степеням и возвышенным стоянкам.
Это лишь малая доля того, что мне довелось вкусить из источника познания, в котором этот господин прочно утвердился, не зная сомнений. Да позволит Аллах нам и любящим утолить через него свою жажду. Аминь».
Обретя, «величайшее сокровище» — встречу наяву с нашим Господином Мухаммадом ﷺ, — Сиди Мухаммад стал раскрывать необычайные тайны и смыслы. Сиди Ибн аль-Мишри подчёркивает: Сиди Мухаммад не изучал этих знаний по книгам и прежде не отличался красноречием. Общение с ним убеждало в подлинности дарованного ему знания.
Стихи, услышанные во сне
В «Джавахир аль-маани» Сиди Али Харазима Баррады приводится рассказ о стихах, которым Пророк ﷺ научил Сиди Мухаммада во сне. Проснувшись, он продолжал произносить эти стихи и запомнил их. Позднее, встретив Пророка ﷺ наяву, он попросил объяснить их смысл. В ответ, согласно повествованию, ему было сказано:
«Если бы не твоя любовь к Сиди ат-Тиджани, ты никогда не увидел бы меня» — или слова с таким смыслом. Затем: «Поручи Сиди ат-Тиджани объяснить эти стихи».
Забота Шейха и путешествие в Тазу
Согласно преданию, Пророк ﷺ повелел Шейху особо заботиться о Сиди Мухаммаде. Шейх окружал его вниманием и, когда того требовали обстоятельства, сам отправлялся на встречу с ним. В стихах, цитируемых в «Бугье», говорится:
Так отправился он к Ибн аль-Араби, к любимому ученику, достигшему высокой степени, к тому, о ком Избранный повелел ему заботиться. Да благословит Аллах Своего Избранника.
Сиди Ибн ас-Саих поясняет, что эта поездка в Тазу состоялась в пору, когда Шейх жил в Абу-Самгуне. Он отправился туда ради встречи с Сиди Мухаммадом ад-Дамрави — одним из самых близких и любимых своих учеников.
Сиди ас-Суфьяни в «аль-Ифада» передаёт слова Шейха:
«Пророк ﷺ поручил мне заботиться о Сиди Мухаммаде ибн аль-Араби и сказал: “У него есть право на вас”».
«Якутат аль-мухтадж»: сборник салаватов и комментарий к нему
С дарованным ему духовным раскрытием связано и составление сборника салаватов — молитв о благословении Пророка ﷺ. В нём салаваты расположены по буквам арабского алфавита. Он назвал его «Якутат аль-мухтадж фи-с-салят аля сахиб аль-мирадж» — «Рубин нуждающегося: благословения Господину Вознесения».
Как был составлен сборник
В первой главе своего комментария Сиди Ибн аль-Мишри рассказывает, как по разрешению Шейха отправился с несколькими братьями к Сиди Мухаммаду. Он надеялся преодолеть преграду, отделявшую его от того, чего жаждало сердце. Приехав, он увидел уже составленный сборник.
«Я увидел, что эти благословения, названные им “Якутат аль-мухтадж”, родились из даров, которые Аллах излил на него, а не были плодом его собственных трудов: то, что приходит позже, не может быть причиной того, что было прежде… Этот счастливый человек составил задуманные им благословения всего за три дня, не заглядывая ни в какую книгу.
Я знал его с детства: он не владел ни особым языком сочинителей, ни приёмами построения их речи. Поэтому я понял, что он почерпнул их из океана благодати, в который был погружён».
Алфавитный порядок
Сиди Ибн аль-Мишри поясняет, что каждой букве посвящена отдельная глава с семью салаватами. Сборник начинается с буквы «ба», а «алиф» пропущен. На вопрос комментатора о причине такого порядка Сиди Мухаммад ответил: «Алиф присутствует в каждой главе и в каждом благословении, поэтому я не выделил для него отдельной главы».
Молитвенные формулы связаны между собой созвучиями и имеют рифменные окончания на букву «йа». При этом составитель не изучал искусства стихосложения и не стремился следовать его правилам: молитвы неудержимо изливались из его сердца. Возможные несовершенства словесной формы не умаляли их духовной пользы.
Первый салават главы «ба» в переводе звучит так:
«О Аллах, благослови и приветствуй нашего Господина, нашего Пророка и нашего владыку Мухаммада и семью нашего владыки Мухаммада благословением, которым мы начинаем, о Аллах, испрашивая блага из даров Твоей безграничной милости, — да станет оно дарованным Тобою исцелением всякого сердца».
После главы «йа» сборник завершается благословением:
«Нашему Господину и владыке Мухаммаду, нашему Пророку, нашему возлюбленному, нашему заступнику, нашему врачевателю, Пророку, не обучавшемуся чтению и письму, — да благословит его Аллах, — а также его семье, его жёнам, его потомству и людям его дома — по числу того, что Ты знаешь, и чернил Твоих слов».
Затем следует мольба:
«О Аллах, я прошу Тебя и приближаюсь к Тебе через Твоего Возлюбленного и Избранника, лучшего из Твоих творений, Пророка, нашего Господина Мухаммада, Пророка милости. О наш Господин Мухаммад, через тебя мы обращаемся к твоему Господу, испрашивая избавления от духовной слепоты, озарения моего сокровенного и очищения моей сущности, — во всех моих стремлениях и нуждах».
Комментарий «Ас-Сирадж аль-ваххадж»
Сиди Ибн аль-Мишри назвал свой комментарий «ас-Сирадж аль-ваххадж ли-иктитаф самрат Якутат аль-мухтадж» — «Пылающий светильник для собирания плода “Рубина нуждающегося”». Работая над ним, он просил Сиди Мухаммада разъяснять трудные места. Тот охотно отвечал: их связывали любовь и сердечная привязанность.
Объясняя особые свойства салаватов, Сиди Мухаммад держал перед собой только «Якут». Прежде чем продиктовать ответ Сиди Ибн аль-Мишри, он смотрел на салават, о котором тот спрашивал. На вопрос, откуда ему известны эти свойства, он отвечал:
«Если мы не видим их, то не видим и их достоинств. Но когда я смотрю, то вижу над ними надпись об их достоинстве или особом свойстве, а затем сообщаю тебе об этом».
По словам комментатора, сборник был составлен с разрешения Пророка ﷺ, сказавшего: «Повели верующим читать его и побуждай их к этому: по воле Аллаха они получат пользу», — или слова с таким смыслом. В предисловии также говорится, что тому, кто постоянно читает этот сборник, обещано увидеть Пророка ﷺ во сне или наяву.
Переписка с Шейхом
О долгах и правах других людей
В одном из писем, отвечая на вопрос Сиди Мухаммада о правах творений, Шейх советует прочитать «Салят аль-Фатих лима углика», а затем сказать:
«Награду за эту молитву я дарю каждому, кто в День воскресения предъявит мне пред Тобою требование за причинённый мною вред, несправедливость, нарушенное право или долг — за всё время от моего выхода из материнской утробы до упокоения во прахе. О Аллах, прими её от меня и передай им её награду, разделив её между ними соразмерно их требованиям, обидам, долгам и правам».
Степень между пророчеством и кутбанийей
Мауляй Ахмад аль-Абдалави рассказывал, что после великого раскрытия Сиди Мухаммад устремился к духовной степени Шейха. В письме к наставнику он сообщил, что созерцал особую стоянку между пророчеством и кутбанийей — духовным положением Полюса. По его словам, эта степень не передаётся через духовное наследование и принадлежит лишь одному человеку из этой общины.
Сначала он пожелал достичь этой степени сам, но затем удержал себя: он опасался лишиться дарованного ему состояния, попросив Пророка ﷺ о том, что ему не предназначено. Поняв, что эта степень принадлежит Шейху, он поспешил известить его и попросил в награду за эту радостную весть воздаяние за десять прочтений Величайшего Имени, десять прочтений «Салят аль-Фатих» и десять прочтений «ключа кутбанийи».
В том же письме он говорил об исключительном даре поминания, которым Аллах наделил Шейха. Награда за каждое произнесённое им поминание столь велика, что сам Сиди Мухаммад вместе с сыновьями, внуками и правнуками не достиг бы её, даже повторяя то же поминание семьдесят лет.
Шейх Сукайридж спросил Сиди аль-Абдалави, исполнил ли Шейх Ахмад ат-Тиджани эту просьбу. Тот ответил, что не встречал сообщения об этом. Сиди Сукайридж напоминает об известной отзывчивости Шейха к просящим и заключает: «Аллах знает лучше».
Войдут ли животные в Рай?
Сиди аль-Абдалави рассказывал и о другом письме, которое ему довелось видеть. Когда караван из Джарида прибыл в Айн-Мади, несколько его участников, среди которых были Сиди Мухаммад ибн аль-Мишри и Сиди аль-Хаджж Али ат-Тамасини, спросили Сиди Мухаммада ад-Дамрави, войдут ли животные в Рай.
Повествуя об этом, Сиди Мухаммад писал: «Они считают меня разумным, тогда как я глупец, но тот, кто любит меня за мою глупость, войдёт в Рай, а ненавидящий меня войдёт в Огонь». Не зная, что ответить, он, как говорится в письме, обратился с этим вопросом к Пророку ﷺ.
В переданном ответе говорится, что некоторые животные войдут в Рай: принадлежавшие пророкам, посланникам и праведникам, погибшие в джихаде, те, на которых совершали хадж, и подобные им животные, погибшие на пути Аллаха. Их Рай отличен от Рая разумных существ: в нём нет строений, но он наполнен растениями, которые они любят.
Караматы и духовное раскрытие
В суфийской традиции караматы — необычайные милости, даруемые Аллахом Его приближённым. Кашф — раскрытие сокрытого духовному зрению.
Конь на дороге в Абу-Самгун
Мауляй Ахмад аль-Абдалави передал, что Шейх поручил своему спутнику Сиди аль-Хаджжу аль-Мусаккаму привезти Сиди Мухаммада из Тазы. Посланник привёл коня, принадлежавшего одному из сподвижников. Узнав о велении наставника, Сиди Мухаммад немедленно отправился в путь.
По рассказу, в дороге конь умер. Тогда Сиди Мухаммад повелел рухани — духовному существу — войти в него, чтобы довезти путника до Абу-Самгуна, и путь продолжился. Далее в рассказе приводится жалоба: «Господин мой, я страдаю от запаха этого коня», — и повеление поторопиться. Когда Сиди Мухаммад прибыл и спешился, животное упало, и из него вышли черви. Затем он встретился с Шейхом, который побеседовал с ним об одной из духовных тайн.
Кувшины мёда
Рассказ о мёде Шейх Сукайридж услышал от факиха Сиди Абд ас-Салама. Тот передал его со слов своего дяди, мукаддама Сиди Ахмада Каллы Баннани, который, в свою очередь, слышал его от Сиди Мухаммада аль-Хабиба.
Однажды, когда Сиди Мухаммад жил в Айн-Мади, его жене захотелось мёда, хотя время его сбора ещё не настало. Он обычно старался исполнять её желания. На этот раз сначала отказал, но затем сказал: «Выйди во двор: наш Шейх ат-Тиджани прислал тебе его». Во дворе она увидела кувшины, полные мёда.
Источник добавляет, что она хвалилась мужем перед соседками. Те завидовали ей и упрекали собственных мужей. С этой завистью рассказчик связывает обстоятельства последующей гибели Сиди Мухаммада.
Облако над его полем
По той же цепи передаётся рассказ сына Шейха: когда посевы Сиди Мухаммада нуждались в воде, над его полем появлялось облако. Дождь орошал только этот участок, не затрагивая соседних.
Две половинки листа
Ещё одно предание связано с Ауляд Сиди аш-Шейх — племенным объединением юго-западного Алжира. Люди этого объединения вступили в спор с некоторыми знатными лицами и потребовали от жителей Айн-Мади выдать разыскиваемых, угрожая в случае отказа разрушить их дома. Жители не могли противостоять нападавшим.
Люди обратились к Сиди Мухаммаду: «Ты должен выйти к ним и принять то, что Аллах тебе предопределил». Он не поднял головы, а стал водить рукой по земле, словно что-то писал. Затем начертал буквы на небольшом листке, разорвал его надвое и бросил в сторону пришедших. По рассказу, обе половинки поднялись в воздух и соединились. Он сказал: «Так они останутся до Дня воскресения».
Далее повествуется, что в тот же миг нападавшие поссорились, вступили в схватку друг с другом и разделились. Шейх Сукайридж писал, что вражда между ними сохранялась до его времени.
Наставления о салавате и присутствии сердца
Что значит часто благословлять Пророка ﷺ
По словам Сиди Мухаммада, обилие салавата определяется не только числом повторений. Его следует произносить в исполнение веления Аллаха, с любовью к Пророку ﷺ и почтением к его величию. Вспоминая его прекрасные качества, человек мысленно представляет его благородный облик, словно видит его перед собой, и произносит благословение с присутствием сердца, смирением и адабом — должным духовным почтением.
Тот, кто произносит салават с таким совершенством хотя бы один раз в день, говорил он, уже причисляется к обильно благословляющим Пророка ﷺ.
Десять салаватов после каждой молитвы
Ему приписываются слова, что чтение десяти салаватов подряд после каждой из пяти обязательных молитв и ещё десяти в полночь служит защитой от гнева Всевышнего. Согласно этому наставлению, подходит любая формула салавата, в том числе краткая: «О Аллах, благослови нашего Господина Мухаммада и его семью».
Читать следует в чистом месте, соблюдая ритуальную чистоту и описанный выше адаб, не прерывая салаваты посторонними разговорами и сохраняя хотя бы некоторую сосредоточенность сердца.
Покаяние и исправление прежних молитв
Сиди Мухаммад наставлял человека, который прежде молился и поминал Аллаха, пренебрегая необходимыми условиями, а затем удостоился покаяния: пусть он очистится и один раз благословит Пророка ﷺ, соблюдая эти условия. По этому наставлению, прежние молитвы и поминания, не принятые и лежавшие на нём бременем, исправляются милостью Аллаха, становятся добрыми делами и возносятся как принятые.
Девяносто девять частей сердца
Сиди Мухаммад говорил: если девяносто девять частей сердца молящегося рассеяны и лишь одна сохраняет присутствие в молитве, то благодаря ей собираются и принимаются все остальные. Если же присутствия не было вовсе, то, окончив молитву и осознав свою рассеянность, человеку следует вернуться на место молитвы и благословить Пророка ﷺ с намерением исправить её. В переданном наставлении говорится, что через этот салават она исправляется и принимается.
Салават при упоминании Пророка ﷺ
Сиди Ибн аль-Мишри спросил о сообщении: «Скупец — тот, при ком меня упомянули, а он не благословил меня». Относится ли оно к любому произнесению имени Мухаммад, даже когда речь идёт о другом человеке? Сиди Мухаммад ответил: подразумевается именно упоминание нашего Пророка ﷺ. Упоминание другого человека с тем же именем само по себе не требует салавата.
Затем комментатор спросил о том, кто слышит салаваты при чтении «Даляиль аль-хайрат» или книг хадисов: как ему избежать участи «скупца»? Сиди Мухаммад ответил: достаточно одного благословения.
Далее источник передаёт строгое предостережение: тот, кто трижды слышит это имя и не благословляет Пророка ﷺ, лишается его заступничества. После молитвы о сохранности от такого бедствия следует совет читать салават тихо или уединяться, чтобы не подвергать слушателей, не знающих об этом предостережении, подобной опасности.
Буква «ба» и её точка
На вопрос о букве «ба» в басмале — формуле «Во имя Аллаха…» — Сиди Мухаммад ответил, что она указывает на Присутствие вечного пребывания, то есть на вечность Всевышнего Аллаха. Точка под ней, по его объяснению, указывает на Величайший Свет — Мухаммадову Реальность, от которой получают своё продолжение все существа.
Он также передал мысль, что достоинства «аль-Фатихи» и басмалы заключены в «ба», но саму формулу следует произносить полностью. При написании, по его словам, буква должна быть прямой, без изгиба, из почтения к её смыслу.
Далее описывается символическое начертание Имени Аллаха с малой «ба» перед ним, соединённое с басмалой и сопровождаемое намерением непрерывно поминать Аллаха. Согласно объяснению Сиди Мухаммада, награда за такое поминание продолжает поступать и тогда, когда человек молчит или носит запись в кармане. Подобное же свойство он приписывал записи салавата и других поминаний.
В завершение передаётся рассказ о начертании точки тушью на болезненном месте с размышлением о её духовном смысле и намерением избавиться от недуга: источник связывает с этим исцеление по дозволению Аллаха.
Отсрочка записи греха
Сиди Мухаммаду приписывается следующий рассказ: когда раб совершает грех, ангел слева спрашивает ангела справа: «Записать ли мне это против него?» Тот отвечает: «Не записывай: Аллах почтил Своего Пророка ﷺ тем, что грех верующего из его общины не записывается до истечения трёх дней». Если человек кается, грех не записывается, если нет, он записывается, и ангел говорит: «Аллах избавил нас от него».
Сиди Ибн аль-Мишри высказывает предположение: возможно, упомянутый в сообщении об отсрочке записи греха «час» означает эти три дня. При этом он оговаривается: «Аллах знает лучше». Он не слышал такого толкования ни от кого другого.
Для греха, совершённого в мечети, в этом сообщении сделано исключение: он записывается без отсрочки.
О почтении к мечетям
Завершая этот раздел, Сиди Ибн аль-Мишри пишет, что молитва в мечети лучше молитвы вне её. Однако при виде порицаемого, которому никто не препятствует, — в частности мирских разговоров, — комментатор считает предпочтительным уйти молиться домой или в другое место. Он объясняет это стремлением избежать бедствия, которое может охватить присутствующих.
В обоснование он приводит сообщение о восьми ангелах, которым поручено записывать дела в мечетях. Добрые дела они записывают и утверждают. Дурные, согласно этому сообщению, записывают немедленно, стирая доброе, совершённое человеком со времени входа в мечеть до проступка. Это объясняется особой святостью мечетей. Согласно тому же сообщению, бедствие касается и тех, кто не препятствует порицаемому и не просит нарушителя покинуть мечеть.
Гибель в Айн-Мади
Мауляй Ахмад аль-Абдалави сообщил Шейху Сукайриджу, что Сиди Мухаммад был шарифом благородного происхождения и погиб от руки убийцы. Когда он поселился в Айн-Мади, женщины стали рассказывать о его караматах и ставить его в пример своим мужьям. Зависть побудила некоторых его врагов подговорить человека совершить убийство.
Человек, которому поручили убийство, прежде часто приходил к Сиди Мухаммаду и просил помолиться за него. Сиди Мухаммад отсылал его со словами: «Прочь от меня… враги наймут тебя, чтобы убить меня». По рассказу, предсказанное сбылось: однажды этот человек застал Сиди Мухаммада врасплох и выстрелил в него. Сиди Мухаммад упал мёртвым.
Дата смерти, могила и преемник
В жизнеописании его смерть отнесена к 1204 году хиджры (1789–1790 годы).
К могиле Сиди Мухаммада в Айн-Мади приходят с зияратом — посещением праведника — в надежде на баракат, благодать Аллаха. По сообщению Шейха ас-Суфьяни, он оставил двух дочерей.
По словам Сиди аль-Абдалави, после смерти Сиди Мухаммада Шейх поставил на его место Сиди аль-Хаджжа Али Харазима, исполняя повеление Пророка ﷺ.
Шейх запрещает месть
Узнав об убийстве, один из живших в Тунисе праведников, не принадлежавший к Пути Шейха, решил отомстить за Сиди Мухаммада. Шейх написал ему письмо с предостережением: если тот осуществит задуманное, то лишится своего духовного дара. Письмо доставила группа сподвижников, в числе которых был Сиди Мухаммад ибн аль-Мишри. Праведник подчинился и отказался от мести.
В судьбе убийцы и устроителей преступления Шейх Сукайридж видел тяжёлое Божие взыскание: они утратили единство и рассеялись, а их род почти пресёкся. Он пишет, что немногочисленные потомки, остававшиеся там в его время, жили в бедности и сталкивались с неприязнью окружающих. Их положение автор связывает с бедствием, постигшим их отцов.
Касыда Шейха Ахмада Сукайриджа
Не кори меня, о порицатель, за мою страсть: ведь сердце моё полюбило. Неужели думаешь упрёком отвратить меня от любви? Нет — от порицания лишь возрастает мой пыл.
Сладко мне то, что познал я в любви, и то, что перенёс ради неё, хотя оно сжигает меня изнутри. Да не допустит Аллах, чтобы сердце забыло любовь к тому, ради кого среди любящих я отбросил сдержанность.
В своей страсти сердце не склонилось к другому, любовь к иному не приносит мне утешения. Я вынесу всякую тяжесть, но сердце не в силах вынести разлуку.
Открыто говорю о своём пыле и томлении: скрывая любовь, я не нахожу исцеления. Если спросишь о моём возлюбленном и господине, скажу: мой Шейх ат-Тиджани — и никто иной.
Он возвысился среди людей и пред Аллахом и пребывает со сподвижниками под защитой Господа. К самой вершине высот возносится его стоянка, пока он не утвердится превыше всех степеней.
Он — крепчайшая рукоять для того, кто держится за неё, всякий приходящий к нему достигает желаемого. Даже упорствовавший признал его достоинство, а ненавидящего его Аллах оставил в заблуждении.
Своей любовью к нему обрела свой удел юная дружина, наделённая среди творений особым достоинством. На престолах славы они воистину воссели, и в руке каждого утвердилось знамя.
Прежде всех — тот, кто стал величайшим посредником и вдоволь испил из его чаши сокровенного знания: Мухаммад ат-Тази, чьи достоинства неисчислимы, в ком сокрыта пламенная любовь.
Я имею в виду Сиди ад-Дамрави по происхождению, его возлюбленного, любящего Посланника Аллаха в близости и вдали. Он удостоился близости к Избранному, ради Сиди ат-Тиджани ему был дарован удел в каждой высокой степени.
Он видел Избранного во сне и наяву, как много, клянусь Аллахом, передал он от него! Клянусь Аллахом, сколько познания обрёл он и мудрости, от которой обжигалось сердце завистника!
Клянусь Аллахом, сколько верного наставления принёс он людям, так что всякая ветвь расцветала после увядания. Он был молод годами среди нас, но достоинством своим он превзошёл все высоты.
Ему были дарованы ясное раскрытие и высокое устремление, он восходил к высотам, пока не объял их тайну. Легко давалось ему духовное распоряжение в мироздании, и простиралось оно также на людей.
Поистине, Аллахом клянусь, он был знамением среди творений, через него величайший из путей укрепился и утвердился. Ради степени того, кто обрёл её через нашего Шейха ат-Тиджани, я воззвал к Аллаху, прося даровать мне исцеление,
простить мою тяжкую ношу, покрыть мои недостатки, спасти меня от козней Иблиса и страстей, навсегда открыть мне дверь благополучия, чтобы в обеих обителях сердце обрело желаемое.
«А те, которые пришли после них, говорят: “Господь наш! Прости нас и наших братьев, которые уверовали раньше нас! Не насаждай в наших сердцах ненависти и зависти к тем, кто уверовал. Господь наш! Воистину, Ты — Сострадательный, Милосердный”» (59:10)
Вся хвала принадлежит Аллаху, Господу миров, Всемилостивейшего, Милостивого, Властелину Дня воздаяния! Тебе одному мы поклоняемся и Тебя одного молим о помощи. Веди нас прямым путём — путём тех, кого Ты облагодетельствовал, не тех, на кого пал гнев, и не заблудших.
О Аллах, благослови нашего Господина Мухаммада, открывшего то, что было закрыто, завершившего то, что предшествовало, помощника истины посредством Истины и ведущего к Твоему прямому пути, а также его семью, сообразно его достоинству и великому положению.
Учёный, судья и наставник
Шейх Абу-ль-Аббас Сиди Ахмад ибн аль-Хаджж аль-Айяши ибн аль-Хаджж Абд ар-Рахман Сукайридж аль-Хазраджи аль-Ансари аль-Фаси, да помилует его Аллах, принадлежит к числу выдающихся марокканских учёных Тиджанийского Тариката. Он совмещал преподавание, судебное служение, духовное наставничество и работу над сочинениями.
Он родился в Фесе в 1295 году хиджры (1878 год) и скончался в Марракеше в 1363 году хиджры (1944 год).
Шейх Ахмад родился в месяце раби ас-сани. Семейная традиция связывает происхождение Сукайриджей с Андалусией и возводит их род к ансарам из племени хазрадж. В детстве он приходил вместе с дедом в Большую тиджанийскую завию Феса на вечернюю молитву и чтение вазифы.
В 1309 году хиджры (1891–1892 годы), в четырнадцатилетнем возрасте он поступил в аль-Каравиййин. Его образование продолжалось и на других учёных собраниях Феса.
Среди его ранних наставников были Шейх ат-Тухами Ганнун1, Шейх ат-Таййиб Ибн Киран2 и Шейх Ахмад Ибн Суда3.
Его учителя
В круг его учителей входили правоведы, хадисоведы, знатоки коранических чтений и арабской словесности. Ниже перечислены некоторые наставники, у которых он учился в аль-Каравиййине и на других учёных собраниях Феса.
Шейх Мухаммад ат-Таййиб ибн Абу Бакр ибн Мухаммад ат-Таййиб Ибн Киран ан-Навазили — ум. 1314 г. х. (1896–1897 гг.)
Шейх Абдаллах ибн Идрис аль-Бадрави аль-Хасани4 — ум. 1316 г. х. (1898–1899 гг.)
Шейх Идрис ибн Аммур5 — ум. 1320 г. х. (1902–1903 гг.)
Шейх Ахмад ибн ат-Талиб Ибн Суда аль-Мурри — ум. 1321 г. х. (1903–1904 гг.)
Шейх Ибрахим ибн Мухаммад ибн Умар аль-Йазиди аль-Аляви6 — ум. 1322 г. х. (1904–1905 гг.)
Шейх Джафар ибн Идрис аль-Каттани аль-Хасани7 — ум. 1323 г. х. (1905–1906 гг.)
Шейх Абдаллах ибн аль-Хашими Ибн Хадра ас-Салави8 — ум. 1324 г. х. (1906–1907 гг.)
Шейх аль-Мамун ибн Рашид аль-Ираки аль-Хусайни9 — ум. 1324 г. х. (1906–1907 гг.)
Шейх аль-Хабиб ибн аль-Хаджж ад-Дауди ат-Тилимсани10 — ум. 1325 г. х. (1907–1908 гг.)
Шейх Махаммад ибн Мухаммад ибн Абд ас-Салам Ганнун11 — ум. 1326 г. х. (1908–1909 гг.)
Шейх Абд ас-Салам ибн Мухаммад аль-Хаввари12 — ум. 1328 г. х. (1910–1911 гг.)
Шейх Абд ас-Салам ибн Мухаммад ибн аль-Араби Баннани13 — ум. 1329 г. х. (1911 г.)
Шейх Абу Бакр ибн аль-Араби ибн Мухаммад Баннани14 — ум. 1330 г. х. (1911–1912 гг.)
Шейх ат-Тухами ибн аль-Мадани ибн Али ибн Абдаллах Ганнун — ум. 1331 г. х. (1912–1913 гг.)
Шейх Махаммад ибн Касим аль-Кадири аль-Хасани15 — ум. 1331 г. х. (1912–1913 гг.)
Шейх аль-Аббас ибн Ахмад ат-Тази16 — ум. 1337 г. х. (1919 г.)
Шейх Мухаммад ибн Абд аль-Кадир ибн ат-Талиб Ибн Суда аль-Мурри17 — ум. 1338 г. х. (1919–1920 гг.)
Шейх Мухаммад ибн Али ибн Умар ибн Али аль-Агзави18 — ум. 1340 г. х. (1921–1922 гг.)
Шейх Ахмад ибн Мухаммад ибн Умар Ибн аль-Хайят аз-Заккари19 — ум. 1343 г. х. (1924–1925 гг.)
Шейх Мухаммад ибн Мухаммад аль-Гумари20 — ум. 1343 г. х. (1924–1925 гг.)
Шейх Мухаммад ибн Идрис аль-Кадири21 — ум. 1350 г. х. (1931–1932 гг.)
Шейх Абд ас-Салам ибн Умар аль-Аляви22 — ум. 1350 г. х. (1931–1932 гг.)
Шейх Ахмад ибн аль-Джилали аль-Филали аль-Амгари23 — ум. 1352 г. х. (1933–1934 гг.)
Наставники Тиджанийского Пути
Первоначально Шейх Ахмад принял Тиджанийский вирд через Шейха Махаммада Ганнуна в 1315 году хиджры (1897–1898 годы). В следующем году он получил общую иджазу от Шейха Ахмада аль-Абдалави.
Известны восемь наставников, давших ему общую иджазу в Тарикате:
Мауляй Абд аль-Малик ибн Мухаммад ибн Абдаллах аль-Аляви ас-Сиджильмаси аль-Хасани24 — ум. 1318 г. х. (1900–1901 гг.)
Шейх аль-Хаджж Махаммад ибн Мухаммад ибн Абд ас-Салам Ганнун — ум. 1326 г. х. (1908–1909 гг.)
Шейх Ахмад ибн Мухаммад ибн Кувайдир аль-Абдалави — ум. 1328 г. х. (1910–1911 гг.)
Шейх Мухаммад ибн аль-Араби аль-Аляви аз-Зархуни25, именуемый в источнике «султаном мукаддамов», — ум. 1339 г. х. (1920–1921 гг.)
Шейх Абд аль-Карим ибн аль-Араби Баннис26 — ум. 1350 г. х. (1931–1932 гг.)
Сиди Мухаммад аль-Кабир ибн Мухаммад аль-Башир ибн Сиди Мухаммад аль-Хабиб ибн Сиди Ахмад ат-Тиджани27 — ум. 1350 г. х. (1931–1932 гг.)
Сиди Махмуд ибн Сиди Мухаммад аль-Башир ат-Тиджани28, брат предыдущего, — ум. 1353 г. х. (1934–1935 гг.)
Мукаддам Сиди ат-Таййиб ибн Ахмад ибн ат-Таййиб аль-Вадгири ас-Суфьяни29 — ум. 1357 г. х. (1938–1939 гг.)
Одна из его силсил — цепей духовной передачи — восходит к основателю Тариката следующим образом:
Через него эта линия была передана Шейху Ибрахиму Ньяссу. В тиджанийской традиции её называют «золотой цепью». Эту линию особенно ценят за небольшое число посредников между позднейшими наставниками и основателем Тариката.
Преподавание и ученики
В 1318 году хиджры (1900–1901 годы) Шейх Ахмад начал преподавать в аль-Каравиййин и других местах. Вокруг него собирались искатели знания, некоторые из которых стали его близкими учениками и последователями.
Учёная деятельность Сиди Сукайриджа сопровождалась административной и судебной работой.
В 1328 году хиджры (1910–1911 годы) он служил писцом при представителе махзена в Дар ан-Нийаба в Танжере. В том же году работал вторым писцом в управлении контроля. Позднее стал писцом при суде Танжера и советником паши по судебным делам.
Затем последовали назначения:
Должность
Годы хиджры
Григорианские годы
Управляющий вакфами Фес-эль-Джедида
1332–1336 гг. х.
Начало: 1913–1914 Окончание: 1917–1918
Кади Уджды и её окрестностей
1337–1340 гг. х.
Начало: 1918–1919 Окончание: 1921–1922
Член высшего суда Рабата
1340–1342 гг. х.
Начало: 1921–1922 Окончание: 1923–1924
Кади Эль-Джадиды и её окрестностей
1342–1347 гг. х.
Начало: 1923–1924 Окончание: 1928–1929
Кади Сеттата и его окрестностей
1347–1363 гг. х.
Начало: 1928–1929 Окончание: 1944
Вакф — имущество, предназначенное для религиозных и благотворительных нужд.
Путешествия и Парижская мечеть
В 1329 году хиджры (1911 год) Сиди Сукайридж совершил поездки в Оран и Рабат. Путешествия становились для него поводом к встречам и литературному труду. В «ар-Рихля аль-хабибийя аль-вахранийя» отражена поездка по городам Алжира: Орану, Тлемсену, Мостаганему и Сиди-Бель-Аббесу.
Отдельное сочинение посвящено участию Шейха в открытии Большой мечети Парижа в 1344–1345 году хиджры (1926 год). Он произнёс первую пятничную проповедь и возглавил первую джума-молитву в новой мечети.
Литературное наследие
Сохранение памяти Тариката
Самое известное произведение Сиди Сукайриджа — «Кашф аль-хиджаб амман талака маа аш-Шейх ат-Тиджани мин аль-асхаб»:
كشف الحجاب عمن تلاقى مع الشيخ التجاني من الأصحاب
Его название можно передать как «Снятие завесы с жизнеописаний сподвижников, встречавшихся с Шейхом ат-Тиджани». Книга дважды выпускалась литографическим способом в типографии аль-Араби Азрака — в 1325 году хиджры (1907–1908 годы) и 1340 году хиджры (1921–1922 годы). Позднее вышло бейрутское издание 1999 года. Продолжением стал «Раф ан-никаб бада кашф аль-хиджаб» — «Поднятие покрывала после снятия завесы».
В «Рияд ас-сильван» Шейх собрал биографии современников, с которыми встречался. Сообщается приблизительно о двух тысячах персоналий.
В этом комментарии к трудам Шейха Абд аль-Карима Банниса рассматриваются условия вирда, порядок вазифы и хайляли, обязанности и адаб последователя. Издательское описание относит завершение книги к 1318 году хиджры (1900–1901 годы).
Учителя и цепочки передачи
«Кадам ар-русух фима ли-муаллифихи мин аш-шуюх» — قدم الرسوخ فيما لمؤلفه من الشيوخ — посвящён наставникам автора и передаче знания.
К этому же кругу его трудов относится «Сабиль ан-наф би-тараджим ман ахазна анху аль-Фатиха би-ривайат ас-саб» — сочинение о наставниках, у которых он изучал «аль-Фатиху» в семи чтениях.
Другие сочинения
«Шараб ахль аль-ихтисас мин бахр аль-басмала байна-ль-хавасс» — сочинение о басмале. Научно подготовленное издание вышло в Бейруте в 2016 году.
«Захр аль-афанин фи-ль-джаваб ан аль-асиля ас-салясин» — ответы на тридцать вопросов, Бейрут, 2016.
«Иршад аль-мутааллим ва-н-наси фи сифат ашкаль аль-калам аль-фаси» — труд о начертаниях фесского письма. После литографического издания опубликован в «Журнале Института арабских рукописей» в 2009 году.
«Камаль аль-фарах ва-с-сурур би-мавлид мазхар ан-нур» — произведение о рождении Пророка ﷺ, литографированное в Фесе в 1333 году хиджры (1914–1915 годы)
«Аль-Джавахир аль-мунташира фи-ль-джаваб ан аль-асиля аль-ихда ашара» — ответы на одиннадцать вопросов.
«Ан-Нафха аль-анбарийя фи-ль-аджвиба ас-сукайриджийя» — ответы суданскому Шейху Абд аль-Азизу ад-Даббагу37. Первое издание вышло на средства Мухаммада Саида Али-эфенди аль-Малики ат-Тиджани38.
Как он понимал сложные слова суфиев
В своих ответах на вопросы последователей Шейх рассматривал и то, как следует понимать сложные высказывания суфиев.
Сиди Сукайридж считал необходимым учитывать вероубеждение автора, обстоятельства высказывания и значение терминов той науки, к которой оно относится. Он предупреждал, что слова духовного наставника могут быть искажены как противниками, так и чрезмерно увлечёнными последователями.
При этом он прямо признавал: духовное достоинство не означает защищённости от ошибки. В отношении Ибн Араби39, например, он допускал возможность неточности в выражении духовного опыта, сохраняя доверие к его вере и высокое почтение к нему.
Вместе с тем Шейх не одобрял намеренного употребления выражений, способных ввести людей в заблуждение. Уважение к авлия сочеталось у него с требованием ясности и верностью основам вероубеждения.
Шейх Ахмад Сукайридж и Шейх Ибрахим Ньясс
Особое место в жизни Сиди Сукайриджа занимала связь с Шейхом Ибрахимом Ньяссом. Их личная встреча состоялась в Марокко в 1355–1356 году хиджры (1937 год).
Шейх Сукайридж признавал за Шейхом Ибрахимом Ньяссом положение наставника тарбии — духовного воспитания. В поздних посланиях это признание выражено особенно определённо. Сам Шейх Ибрахим придавал большое значение полученной от Сиди Сукайриджа линии передачи.
Их продолжительная переписка издана отдельным сборником и представляет ценный источник по истории духовных и учёных связей Марокко и Западной Африки.
Кончина и наследие
Шейх Ахмад Сукайридж скончался в Марракеше 23 шаабана 1363 года хиджры (1944 год). Его похоронили внутри мавзолея аль-Кади Ияда40.
В своих трудах Шейх Ахмад Сукайридж сохранил жизнеописания наставников, цепи передачи и наставления Тиджанийского Пути. Благодаря этому его книги продолжают знакомить последующие поколения с людьми, через которых передавалась традиция.
«А те, которые пришли после них, говорят: “Господь наш! Прости нас и наших братьев, которые уверовали раньше нас! Не насаждай в наших сердцах ненависти и зависти к тем, кто уверовал. Господь наш! Воистину, Ты — Сострадательный, Милосердный”» (59:10)
Шейх ат-Тухами ибн аль-Мадани Ганнун (ум. 1331 г. х. (1912–1913 гг.)). Фесский правовед, хадисовед и преподаватель из учёной семьи Ганнун. Преподавал «Сахих» Муслима, известен трудом «Акраб аль-масалик иля Муватта аль-имам Малик». Сиди Сукайридж ещё в юности посещал его собрания вместе с отцом. ↩︎
Шейх Мухаммад ат-Таййиб ибн Абу Бакр Ибн Киран ан-Навазили (ум. 1314 г. х. (1896–1897 гг.)). Марокканский маликитский правовед, преподаватель аль-Каравийин и кади Танжера. Молодой Сиди Сукайридж посещал его занятия по «аль-Муршид аль-муин» в фесской мечети Зукак аль-Ма.↩︎
Шейх Ахмад ибн ат-Талиб Ибн Суда аль-Мурри (род. 1241 г. х. (1825–1826 гг.), ум. 1321 г. х. (1903–1904 гг.)). Фесский правовед и хадисовед, занимавший должность кади Танжера. Ему приписываются комментарии к «Сахиху» аль-Бухари, «аш-Шамаиль» и «аль-Хамзийе». Сиди Сукайридж слушал его преподавание «Сахиха» аль-Бухари в святилище Идриса в Фесе. ↩︎
Шейх Абдаллах ибн Идрис аль-Бадрави аль-Хасани, Абу Салим (ум. 1316 г. х. (1898–1899 гг.)). Марокканский учёный, один из наставников Сиди Сукайриджа. ↩︎
Шейх Идрис ибн Аммур (ум. 1320 г. х. (1902–1903 гг.)). Учёный, у которого Сиди Сукайридж обучался в период своего становления в Фесе. ↩︎
Шейх Ибрахим ибн Мухаммад ибн Умар аль-Йазиди аль-Аляви (ум. 1322 г. х. (1904–1905 гг.)). Преподаватель аль-Каравийин, писатель и поэт. ↩︎
Шейх Джафар ибн Идрис аль-Каттани аль-Хасани (ум. 1323 г. х. (1905–1906 гг.)). Один из известных маликитских учёных Феса, хадисовед и автор биографических сочинений. Среди его трудов — «аш-Шурб аль-мухтадар фи риджаль аль-карн ас-салис ашар», посвящённый деятелям XIII века хиджры, и сочинение о собственных учителях. Принадлежал к влиятельной учёной семье аль-Каттани. ↩︎
Шейх Абдаллах ибн Мухаммад аль-Хашими Ибн Хадра ас-Салави (род. 1260 г. х. (1844–1845 гг.), ум. 1324 г. х. (1906–1907 гг.)). Марокканский правовед, хадисовед и кади, происходивший из Сале. Известен преподавательской и судебной деятельностью. ↩︎
Шейх аль-Мамун ибн Рашид аль-Ираки аль-Хусайни (ум. 1324 г. х. (1906–1907 гг.)). Марокканский правовед и преподаватель, занимавший должность кади Эль-Ксар-эль-Кебира. Автор сочинения «Салят аль-анвар аля-ль-Хабиб аль-Мухтар», посвящённого благословению Пророка ﷺ. ↩︎
Шейх аль-Хабиб ибн аль-Хаджж ад-Дауди ат-Тилимсани (ум. 1325 г. х. (1907–1908 гг.)). Учёный, связанный происхождением с Тлемсеном, правовед, хадисовед и знаток арабской словесности. ↩︎
Шейх Махаммад ибн Мухаммад ибн Абд ас-Салам Ганнун (ум. 1326 г. х. (1908–1909 гг.)). Фесский учёный и преподаватель, известный также как Ганнун-младший. Автор комментариев к «Джавхарат аль-камаль», «аль-Бурде» и трудов по религиозным наукам. Был одновременно учителем Сиди Сукайриджа и одним из наставников, давших ему общую иджазу в Тиджанийском Тарикате. ↩︎
Шейх Абд ас-Салам ибн Мухаммад аль-Хаввари (род. 1258 г. х. (1842–1843 гг.), ум. 1328 г. х. (1910–1911 гг.)). Маликитский правовед и судья. В разные периоды занимал судебные должности в нескольких марокканских городах, включая Фес, Танжер и Эс-Сувейру. Занимался вопросами правоприменения и составления юридических документов. ↩︎
Шейх Абд ас-Салам ибн Мухаммад ибн аль-Араби Баннани (ум. 1329 г. х. (1911 г.)). Учёный и преподаватель, известный также как искусный врач. ↩︎
Шейх Абу Бакр ибн аль-Араби ибн Мухаммад Баннани (ум. 1330 г. х. (1911–1912 гг.)). Марокканский учёный и кади, служивший в Марракеше, Эс-Сувейре, Эль-Джадиде и Касабланке. Написал комментарий к поэме «аш-Шамкамкийя». ↩︎
Шейх Махаммад ибн Касим аль-Кадири аль-Хасани (род. 1259 г. х. (1843–1844 гг.), ум. 1331 г. х. (1912–1913 гг.)). Фесский учёный и преподаватель, занимавшийся передачей религиозного знания. Автор «Итхаф ахль ад-дирая би-ма ли мин аль-асанид ва-р-ривая» — сочинения о собственных иснадах и передаваемых текстах. ↩︎
Шейх аль-Аббас ибн Ахмад ат-Тази (ум. 1337 г. х. (1919 г.)). Марокканский учёный и литератор, входивший в круг наставников Сиди Сукайриджа. Его жизни посвящено отдельное исследование Ахмада аль-Ираки «Учёный и литератор аль-Аббас ибн Ахмад ат-Тази». ↩︎
Шейх Мухаммад ибн Абд аль-Кадир ибн ат-Талиб Ибн Суда (род. 1261 г. х. (1845 г.), ум. 1338 г. х. (1919–1920 гг.)). Марокканский правовед, хадисовед и преподаватель из учёной семьи Ибн Суда. В биографических источниках фигурирует также как кади. Относился к старшему поколению наставников Сиди Сукайриджа. ↩︎
Шейх Мухаммад ибн Али аль-Агзави (ум. 1340 г. х. (1921–1922 гг.)). Фесский учёный, астроном и муваккит — специалист по определению времени молитв с помощью астрономических расчётов. ↩︎
Шейх Ахмад ибн Мухаммад ибн Умар Ибн аль-Хайят аз-Заккари (род. 1252 г. х. (1836–1837 гг.), ум. 1343 г. х. (1924–1925 гг.)). Один из ведущих учёных Феса, маликитский правовед и суфий. Работал в области фикха, наследственного права и терминологии хадиса, составлял фахрасы своих учителей и цепей передачи. Пользовался авторитетом как наставник нескольких поколений учащихся. ↩︎
Шейх Мухаммад ибн Мухаммад аль-Гумари — الغمري (ум. 1343 г. х. (1924–1925 гг.)). Преподаватель и знаток семи канонических чтений Корана, подготовивший многих учеников. Ибн Суда отмечает точность его познаний. ↩︎
Шейх Мухаммад ибн Идрис аль-Кадири (ум. 1350 г. х. (1931–1932 гг.)). Маликитский учёный и хадисовед фесского происхождения, впоследствии живший в Эль-Джадиде. Среди его сочинений — исследование хадиса о воде Замзам «Изалят ад-дахаш ва-ль-валах…». ↩︎
Шейх Абд ас-Салам ибн Умар аль-Аляви (ум. 1350 г. х. (1931–1932 гг.)). Марокканский правовед и автор биографических сочинений. Написал «ар-Рауд ан-надир» — жизнеописание незрячего Шейха Абд аль-Малика аль-Аляви, также входившего в круг наставников Сиди Сукайриджа. ↩︎
Шейх Ахмад ибн аль-Джилали аль-Филали аль-Амгари (ум. 1352 г. х. (1933–1934 гг.)). Марокканский учёный, известный познаниями в логике, каламе, фикхе и тасаввуфе. Его биография подчёркивает сочетание рациональных и религиозных дисциплин. После смерти молитва по нему была совершена в аль-Каравийин. ↩︎
Шейх Мауляй Абд аль-Малик ибн Мухаммад ибн Абдаллах аль-Аляви ас-Сиджильмаси (ум. 1318 г. х. (1900–1901 гг.)). Незрячий учёный и преподаватель. Дал Сиди Сукайриджу общую иджазу в Тиджанийском Тарикате. Его жизнь описана в отдельном сочинении «ар-Рауд ан-надир». ↩︎
Шейх Мухаммад ибн аль-Араби аль-Аляви аз-Зархуни (род. 1250 г. х. (1834–1835 гг.), ум. 1339 г. х. (1920–1921 гг.)). Тиджанийский мукаддам Зерхуна, известный под почётным именованием «султан мукаддамов». Получал разрешения на наставничество от нескольких авторитетов Тариката. Сохранился текст выданной ему иджазы, датированной 1329 годом хиджры (1911 год). Согласно его жизнеописанию, скончался дома в Зерхуне 21 шавваля 1339 года хиджры (1921 год). ↩︎
Шейх Абд аль-Карим ибн аль-Араби Баннис (род. 1267 г. х. (1850–1851 гг.), ум. 1350 г. х. (1931–1932 гг.)). Марокканский тиджанийский учёный и автор духовно-наставительных сочинений. В библиотечных каталогах за ним закреплён труд «аль-Вадих аль-минхадж фи назм ма ли-т-Тадж». Был одним из наставников, давших Сиди Сукайриджу общую иджазу в Тарикате. ↩︎
Шейх Мухаммад аль-Кабир ибн Мухаммад аль-Башир ат-Тиджани (ум. 1350 г. х. (1931–1932 гг.)). Правнук основателя Тиджанийского Тариката и один из духовных авторитетов его семьи. Выдавал иджазы, в том числе Сиди Сукайриджу. Сохранились его наставительные послания о соблюдении адаба и порядке коллективного зикра. ↩︎
Шейх Махмуд ибн Мухаммад аль-Башир ат-Тиджани (ум. 1353 г. х. (1934–1935 гг.)). Правнук основателя Тариката и брат Сиди Мухаммада аль-Кабира. Участвовал в передаче духовных полномочий мукаддамам. Сохранился текст его иджазы аз-Зархуни. Сиди Сукайридж получил от него разрешение в Тарикате и сопровождал его в поездке в Рабат в 1329 году хиджры (1911 год). ↩︎
Шейх ат-Таййиб ибн Ахмад ибн ат-Таййиб аль-Вадгири ас-Суфьяни (ум. 1357 г. х. (1938–1939 гг.)). Тиджанийский мукаддам, связанный с Большой завией Феса, один из духовных наставников Сиди Сукайриджа. Внук Шейха ат-Таййиба ас-Суфьяни — одного из ближайших сподвижников Шейха Ахмада ат-Тиджани и автора «аль-Ифада аль-ахмадийя». ↩︎
Султан Абд аль-Хафиз ибн аль-Хасан аль-Аляви (ум. 1356 г. х. (1937 г.)). Правитель Марокко в 1325–1326 — 1330–1331 гг. х. (1908–1912 гг.), представитель Алавитской династии. После отречения продолжал поддерживать связи с религиозными учёными. Иджаза, выданная ему Сиди Сукайриджем, датирована 1346 годом хиджры (1927–1928 годы), то есть относится к периоду после его правления. ↩︎
Шейх Мухаммад ибн Абд ар-Рахман Амгара ат-Тамслухи (род. 1304 г. х. (1886–1887 гг.)). Мукаддам Тиджанийской завии в Тетуане и ученик Сиди Сукайриджа. Представлял Тарикат в религиозной жизни северного Марокко. ↩︎
Ахмад ибн аль-Хусайн ад-Дувайрани аль-Баркуки (род. 1307 г. х. (1889–1890 гг.)). Каид — местный административный руководитель — племени Дувайран в окрестностях Марракеша. Принадлежал к кругу учеников Сиди Сукайриджа. ↩︎
Шейх Мухаммад аль-Хафиз ибн Абд аль-Латиф ибн Салим аль-Мисри (род. 1314–1315 гг. х. (1897 г.), ум. 1398 г. х. (1978 г.)). Египетский хадисовед и тиджанийский наставник, автор трудов об истории и учении Тариката. Посещал Сиди Сукайриджа в Сеттате. В рассказе о путешествии 1356 года хиджры (1937–1938 годы) упомянул два пребывания у него — до поездки в Марракеш и после возвращения. ↩︎
Шейх Абд ас-Салам ибн Абд аль-Кадир Ибн Суда (ум. 1400 г. х. (1980 г.)). Марокканский историк, библиограф и генеалог, исследователь учёных семей и культурного наследия Феса. Автор «Далиль муаррих аль-Магриб аль-Акса», «Итхаф аль-матали» и собрания биографий своих наставников «Салль ан-нисаль». Его сведения о Сиди Сукайридже особенно ценны как свидетельство ученика. ↩︎
Шейх Мухаммад ибн Али ат-Тазрувалти ас-Суси. Мукаддам старой Тиджанийской завии Касабланки и ученик Сиди Сукайриджа. Его нисбы указывают на связь с Тазервалтом и регионом Сус. Сведения о нём приведены в предисловии к «ар-Рихля аз-зайданийя». ↩︎
Шейх Мухаммад ибн аль-Мамун аль-Валишки. Тиджанийский наставник, которого относят к ученикам Сиди Сукайриджа. Скончался в населённом пункте Бук близ аль-Кусийи, в египетской провинции Асьют. ↩︎
Шейх Абд аль-Азиз ад-Даббаг. Суданский учёный, литератор и тиджанийский мукаддам из Омдурмана. Был учеником и близким корреспондентом Сиди Сукайриджа. Направленные им вопросы послужили поводом к составлению «ан-Нафха аль-анбарийя». ↩︎
Мухаммад Саид Али-эфенди аль-Малики ат-Тиджани. Тиджанийский мукаддам, названный среди особо близких учеников Сиди Сукайриджа. Оплатил первое издание «ан-Нафха аль-анбарийя», напечатанное в Египте в 1352 году хиджры (1933–1934 годы). Его роль в сохранении наследия Шейха подтверждается выходными сведениями книги. Даты жизни пока не установлены. ↩︎
Шейх Мухйи-д-дин Ибн Араби (род. 560 г. х. (1165 г.), ум. 638 г. х. (1240 г.)). Андалусский суфийский мыслитель, поэт и автор обширного духовного наследия. Родился в Мурсии, много путешествовал и завершил жизнь в Дамаске. Наиболее известные сочинения — «аль-Футухат аль-маккийя» и «Фусус аль-хикам». ↩︎
Кади Ийяд ибн Муса аль-Яхсуби (род. 476 г. х. (1083 г.), ум. 544 г. х. (1149 г.)). Маликитский правовед, хадисовед и судья, уроженец Сеуты. Автор «аш-Шифа», посвящённой достоинствам Пророка ﷺ и обязанностям верующих перед ним, и биографического свода «Тартиб аль-мадарик». Скончался в Марракеше. ↩︎
Вся хвала принадлежит Аллаху, Господу миров, Всемилостивейшего, Милостивого, Властелину Дня воздаяния! Тебе одному мы поклоняемся и Тебя одного молим о помощи. Веди нас прямым путём — путём тех, кого Ты облагодетельствовал, не тех, на кого пал гнев, и не заблудших.
О Аллах, благослови нашего Господина Мухаммада, открывшего то, что было закрыто, завершившего то, что предшествовало, помощника истины посредством Истины и ведущего к Твоему прямому пути, а также его семью, сообразно его достоинству и великому положению.
Сиди Али Сиссе (род. 1323–1324 гг. х. (1906 г.), ум. 1402 г. х. (1982 г.)). Дата съёмки: 11 апреля 1982 года.
Семья и путь к наставнику
Сиди Али родился в 1323 или 1324 году хиджры (1906 год) в Диоссонге, в сенегальской области Салум, в семье мусульманских учёных. Корану он обучался у своего деда по материнской линии — Самба Тиане Сиссе. Его отец, Алассан, был известен как «Тафсир Хасан» благодаря глубоким познаниям в толковании Корана. И отец, и дед Сиди Али были учениками Сиди аль-Хаджжа Абдуллаха Ньясса: духовные узы связывали семьи Сиссе и Ньяссов ещё до его рождения.
Самба Тиане Сиссе говорил внуку, что, хотя он вкладывает столько сил в его обучение Корану, однажды придёт великий Шейх, к которому Сиди Али привяжется всем сердцем. Внук уверял деда, что всегда останется с ним. Однако слова Самба Тиане сбылись: впоследствии духовным наставником Сиди Али стал Шейх Ибрахим Ньясс.
Сиди аль-Хаджж Абдуллах Ньясс глубоко ценил Самба Тиане Сиссе за его преданность и верное служение. Выражая свою любовь к нему, он говорил, что, даже если в Судный день у него останется лишь горсть арахиса, он непременно разделит её с Самба Тиане.
После смерти отца в 1340 или 1341 году хиджры (1922 год) мальчика взял под свою опеку Сиди аль-Хаджж Абдаллах Ньясс. Он поручил своему сыну, Шейху Ибрахиму, обучать Сиди Али правильному чтению Корана. Сиди Али поселился в доме своего наставника.
Примерно с шестнадцати лет Сиди Али постоянно находился рядом с Шейхом Ибрахимом. Они вместе жили, ели, учились и трудились на земле. Из этой повседневной близости выросло доверие, которое связало их на всю жизнь.
Учитель Медина-Бай
В 1347 или 1348 году хиджры (1929 год) Шейх Ибрахим объявил о своей миссии носителя Файды. В тиджанийской традиции так называют духовное излияние, открывающее многим людям путь к познанию Аллаха — маарифе. Когда Шейх основал Медина-Бай, Сиди Али последовал за ним.
В новой общине Сиди Али преподавал маликитский фикх и руководил тарбией, духовным воспитанием учеников. Его называли «школой фикха», а Ахмада Тиама — «школой арабской грамматики». Оба наставника воспитали учеников, которые впоследствии сами стали учителями.
Сиди Али вёл ежедневные молитвы. Пятничную молитву обычно возглавлял сам Шейх Ибрахим Ньясс. Сиди Али также первым руководил в Медина-Бай таравихом.
Шейх доверял ему обучение собственных детей. Так, его сын Абдаллах изучал у Сиди Али исламское право и арабскую грамматику, постепенно переходя от начальных книг к более сложным. Начав духовное воспитание сына, Шейх Ибрахим Ньясс поручил Сиди Али завершить его.
Учение продолжалось и за пределами занятий. Выполняя вместе с Сиди Али поручения Шейха, дети Шейха учились заботиться об общине и отвечать за общее дело.
Служение в повседневной жизни
Сын Сиди Али, Шейх Хасан, вспоминал, как много отец работал на полях и над рукописями. Однажды он спросил отца о плате за сельскохозяйственный труд. Сиди Али объяснил, что они трудятся ради поклонения Аллаху. Для сына это стало уроком хидмы — служения на духовном Пути.
Сиди Али заботился и о хозяйстве общины: хранил её казну, следил за продажей урожая и помогал обеспечивать людей необходимым. Эти обязанности занимали значительную часть его дня наряду с преподаванием и молитвой.
В воспоминаниях сподвижников он предстаёт человеком, к которому обращались с самыми разными нуждами. Он принимал приезжих, навещал больных, помогал семьям умерших и мирил поссорившихся. Забота об учениках продолжалась и после их возвращения из Медина-Бай на родину.
Когда один из близких ему людей задерживался у него допоздна, Сиди Али сам отвозил его домой и объяснял жене причину задержки. Он хотел успокоить её и сохранить согласие между супругами.
Хранитель письменного наследия
Благодаря труду Сиди Али до последующих поколений дошли многие сочинения и письма Шейха Ибрахима. Он записывал «Кашиф аль-ильбас» и значительную часть переписки, вошедшей в «Джавахир ар-расаиль». Иногда наставник поручал ему самому составлять ответы от своего имени.
Сиди Али написал и жизнеописание Шейха Ибрахима, которое включают в издания «Кашиф аль-ильбас». Он завершил его в 1352–1353 годах хиджры (апрель 1934 года). Это раннее свидетельство ученика, созданное ещё при жизни наставника. В нём говорится об образовании Шейха, его духовном пути, сочинениях и нраве — щедрости, внимании к людям и помощи нуждающимся.
Среди собственных трудов Сиди Али упоминаются «Аль-Джаухар ан-назим», рассказ о важном духовном собрании с Шейхом1, и «Иршад аль-ихван иля ма яджма аль-кулюб аля ар-Рахман» — наставление о братстве и единении сердец в обращённости к Милостивому.
Небольшое число самостоятельных сочинений Сиди Али объясняется его постоянной занятостью. Он считал, что Шейх уже написал и сказал всё необходимое, и видел свою первейшую обязанность в том, чтобы воплощать его наставления в жизни. Преподавание и забота об общине оставляли ему мало времени для письма.
Доверие Шейха
Уже к 1355–1356 годам хиджры (1937 год) Шейх Ибрахим называл Сиди Али своим халифой. Это доверие складывалось задолго до кончины наставника и проявлялось в конкретных поручениях.
В одном из писем Шейх обращается к нему как к духовному сыну и хранителю тайны. Он свидетельствует, что с юности Сиди Али ни его слово, ни поступок, ни намерение не огорчали его. В другом письме, отправляясь в хадж, Шейх оставляет его своим заместителем «во всём, что касается религии, мирских дел, семьи и имущества».
В завещании Шейх поручил Сиди Али заботу о своих домашних, назвав его наставником своих детей и сподвижников. Он призвал детей держаться вместе, младших — почитать старших, а старших — проявлять милость к младшим.
Дом знания и воспитания
Сиди Али был женат на Госпоже Фатиме Захре Ньясс. В их доме дети с ранних лет изучали Коран и религиозные науки. Госпожа Фатима Захра участвовала в обучении сына Хасана вместе с его отцом и дедом.
Сохранилась запись Сиди Али о рождении Шейха Хасана. Он благодарил Аллаха за рождение сына и просил, чтобы тот стал хранителем Корана, учёным, поступающим согласно своему знанию, и человеком доброго нрава.
Младшие братья Шейха Хасана, Шейх Ахмад Тиджани и Шейх Мухамаду Махи, тоже учились у отца.
Знание передавалось в семье и через женщин. Дочь Сиди Али, Умм Кульсум, выучила Коран наизусть и помогла выучить его своим детям. Сиди Али также выдавал иджазы дочерям Шейха Ибрахима, признавая их право обучать учеников и давать духовные наставления.
Преемство и последние годы
После кончины Шейха Ибрахима в 1395 году хиджры (1975 год) Сиди Али принял обязанности первого халифы и продолжил служение имама Медина-Бай. Он поддерживал семью наставника, заботился о нуждающихся и передавал ученикам духовные полномочия.
Согласно арабскому жизнеописанию, Сиди Али Сиссе скончался 16 джумада аль-ахира 1402 года хиджры (1982 год). В нём также сообщается, что его похоронили в мавзолее Шейха Ибрахима, позади могилы наставника.
После его кончины обязанности имама и халифы перешли к разным людям. Имамом Большой мечети Медина-Бай стал Шейх Хасан Сиссе. Ради этого он вернулся из Соединённых Штатов, оставив незавершённую докторскую работу. Следующим халифой Шейха Ибрахима стал Шейх Абдаллах Ньясс. В 1429 году хиджры (2008 год), после кончины Шейха Хасана, имамат перешёл к его брату Шейху Ахмаду Тиджани Сиссе.
Память о Сиди Али сохраняется в ежегодной зияре — памятном посещении Медина-Бай, во время которого ученики и потомки читают Коран, совершают зикр и вспоминают его жизнь.
Он любил подписываться словами «Хадим аль-хадра аль-Ибрахимийя» — служитель духовного круга Шейха Ибрахима.
Да помилует Аллах Сиди Али Сиссе, да возвысит его степень и вознаградит за переданное знание, верность и служение. Да дарует нам пользу от памяти о нём, укрепит в любви к Пророку ﷺ и научит соединять знание с добрым нравом и делом. Аминь.
Сиди Али Харазим — при Шейхе, Преемник Шейха на пути Аллаха,
علي الشيخ برهام • و ذا فضل من الله
‘Aliyyu-sh Shaykhi Bar’hāmu • wa dhā fadlun mina-llahi
Али — при Шейхе Ибрахиме. И эта милость — от Аллаха.
و تخصيص من الله • و تدبير من الله
Takhsīsu mina-llahi • wa tad’bīrun mina-llahi
И это особое избрание — от Аллаха, И это устроение — от Аллаха.
В заключительных строфах поэт сопоставляет Али ибн Аби Талиба рядом с Посланником Аллаха ﷺ, Сиди Али Харазима рядом с Шейхом Ахмадом ат-Тиджани и Сиди Али Сиссе рядом с Шейхом Ибрахимом Ньяссом.
«А те, которые пришли после них, говорят: “Господь наш! Прости нас и наших братьев, которые уверовали раньше нас! Не насаждай в наших сердцах ненависти и зависти к тем, кто уверовал. Господь наш! Воистину, Ты — Сострадательный, Милосердный”» (59:10)
«Аль-Джаухар ан-назим» — свидетельство Сиди Али Сиссе о благословенном собрании, состоявшемся в Медина-Бай, в Каолаке, в ночь на 11 мухаррама 1355 года хиджры (апрель 1936 года). Эта встреча занимает особое место в истории Файды.
Сиди Али называет пятерых её участников:
Сейид аль-Мусанна Абу Бакр Ньясс (род. 1322–1323 гг. х. (1905 г.), ум. 1392–1393 гг. х. (1973 г.)) — младший брат и ученик Шейха Ибрахима. Он был первым, кто получил духовное раскрытие при появлении Файды. Представлял Шейха перед учёными и общинами Западной Африки, распространял Тарикат и назначал мукаддамов с его разрешения.
Шейх Умар ибн Мухтар Туре (род. 1321–1322 гг. х. (1904 г.), ум. 1416–1417 гг. х. (1996 г.)) — давний спутник Шейха Ибрахима, дружба между ними продолжала связь их отцов. Преподавал Коран, воспитывал учеников, руководил работами на землях Шейха. Распространял Файду в нескольких африканских странах, последние годы служил наставником в Серекунде, в Гамбии.
Сиди Усман Ндиайе ибн Ахмад (род. ок. 1323–1324 гг. х. (1906 г.), ум. 1364–1365 гг. х. (1945 г.)) — знаток Корана и один из ранних духовных наставников Файды. Присоединился к Шейху за два года до её провозглашения. Шейх поручал ему воспитание учеников. Книга сохраняет адресованные ему письма о единобожии и духовном познании.
Сиди Ибрахим Фаль, или Ибра Фаль (род. ок. 1317–1318 гг. х. (1900 г.), ум. 1414–1415 гг. х. (1994 г.)) — родился в Гамбии около 1317–1318 годов хиджры (1900 год), скончался в 1415 году хиджры (9 сентября 1994 года). Рано осиротел, выучил Коран под руководством дяди и изучал маликитское право. Принадлежал к первым ученикам Файды. Шейх особенно доверял ему духовное воспитание женщин, включая свою мать и супруг.
Сиди Али Сиссе ибн аль-Хасан (род. 1323–1324 гг. х. (1906 г.), ум. 1402 г. х. (1982 г.))
Все они принадлежали к раннему кругу учеников Шейха Ибрахима Ньясса, да будет доволен ими Аллах. По свидетельству Сиди Али, на этом собрании Шейх одарил их «Господними излияниями, великими священными дарами, тонкими тайнами и Мухаммадовыми светами». Описывая исключительную чистоту этой встречи, Сиди Али подчёркивает особую милость, которой удостоились её участники, и их глубокую любовь к своему Шейху. ↩︎
Вся хвала принадлежит Аллаху, Господу миров, Всемилостивейшего, Милостивого, Властелину Дня воздаяния! Тебе одному мы поклоняемся и Тебя одного молим о помощи. Веди нас прямым путём — путём тех, кого Ты облагодетельствовал, не тех, на кого пал гнев, и не заблудших.
О Аллах, благослови нашего Господина Мухаммада, открывшего то, что было закрыто, завершившего то, что предшествовало, помощника истины посредством Истины и ведущего к Твоему прямому пути, а также его семью, сообразно его достоинству и великому положению.
Шейх Хасан ибн Али Сиссе, да будет доволен им Аллах, — мусульманский учёный, наставник Тиджанийского Тариката и имам Большой мечети Медина-Бай в сенегальском Каолаке. Продолжая дело своего деда, Шейха аль-Ислама Ибрахима Ньясса, он посвятил жизнь передаче знания, духовному воспитанию и служению людям.
Шейх Хасан Сиссе во время проповеди. Каолак, Сенегал. Фото: Yahya Weldon, общественное достояние.
С рубежа 1340-х и 1350-х годов хиджры (начала 1930-х годов) Шейх Ибрахим возглавлял движение духовного обновления внутри Тиджанийи, известное как Файда — духовное излияние. В общине Файды — джамаат аль-файда — изучение религиозных наук (улюм) было тесно связано с духовным познанием (маарифа). Эта традиция получила широкое распространение в Западной Африке и объединила миллионы последователей на континенте и за его пределами.
Шейх Хасан родился в 1364 году хиджры (4 декабря 1945 года) в Каолаке и был первым внуком Шейха Ибрахима. Его мать, Фатима Захра Ньясс, была старшей дочерью Шейха Ибрахима. Его отец, сейид Сиди Али Сиссе, был близким другом и духовным преемником Шейха Ибрахима — его халифой.
Семья и наставники
Дед Шейха Хасана по отцу, Алассан (аль-Хасан, ум. 1340–1341 гг. х. (1922 г.)), был известен под именем «Тафсир Хасан» благодаря глубокому знанию толкования Корана. Он стал учеником Сиди аль-Хаджжа Абдаллаха Ньясса (род. 1260–1262 гг. х. (1845 г.), ум. 1340–1341 гг. х. (1922 г.)), отца Шейха Ибрахима. Так две семьи были связаны ещё до рождения Шейха Хасана.
Алассан участвовал в основании города Диоссонг, где в 1323 или 1324 году хиджры (1906 год) родился его сын сейид Али. После смерти отца сейид Али поселился в доме Сиди аль-Хаджжа Абдаллаха и вскоре стал близким другом Шейха Ибрахима Ньясса.
В 1347 или 1348 году хиджры (1929 год) Шейх Ибрахим объявил о своей миссии носителя Файды — сахиб аль-файда. Когда Шейх основал Медина-Бай, сейид Али последовал за ним. В новой общине сейид Али вёл ежедневные молитвы в Большой мечети, руководил духовным воспитанием учеников — тарбией — и преподавал маликитское право. Если Ахмада Тиама называли «школой арабской грамматики», то сейида Али — «школой фикха».
Годы учения
Заучивание Корана и первые наставники
В детстве Шейха Хасана отправили в Мавританию изучать Коран под руководством наставников из семьи Раббани. К десяти годам он выучил Коран наизусть и вернулся в Медина-Бай.
Дома его наставниками стали дед, отец и другие учёные из круга Шейха Ибрахима, в том числе Ахмад Тиам. Под их руководством он изучал исламское право, толкование Корана, литературу, хадисы и суфизм. Начальное и среднее образование он получил в Сенегале и Мавритании.
Каир, Лондон и Эванстон
Позднее, по личному приглашению президента Египта Гамаля Абдель Насера, Шейх Ибрахим направил в Каир своих сыновей и учеников. Вместе с ними отправился и Шейх Хасан. В университете Айн-Шамс он получил степень бакалавра по исламоведению и арабской литературе.
Затем, по наставлению деда, он продолжил образование в Лондоне. В Лондонском университете он получил степень магистра философии, а также отдельные дипломы по английскому и французскому языкам. Эти сведения приведены в биографии на сайте AAII.
Учёбу Шейх Хасан продолжил в докторантуре по исламоведению в Северо-Западном университете в Эванстоне, штат Иллинойс.
После смерти отца в 1402 году хиджры (1982 год) он вернулся в Сенегал, не завершив докторскую диссертацию. Согласно письменному завещанию деда, ему предстояло стать имамом мечети Медина-Бай. Шейх Хасан свободно владел арабским, английским и французским языками, а также языками хауса и волоф.
Во главе мечети Медина-Бай
Ещё при жизни Шейха Ибрахима Медина-Бай стала международным центром исламской учёности. Здесь встречались учёные и студенты со всей Западной Африки, особенно из Нигерии, Ганы и Мавритании. В Медина-Бай приезжали для изучения религиозных наук и прохождения тарбии — духовного воспитания, ставшего отличительной чертой общины Файды.
Особенно многолюдно здесь было в месяцы Рамадан и Раби аль-авваль. Ночами Рамадана гости слушали толкование Корана Шейха Ибрахима, а в Раби аль-аввале собирались для прославления Пророка Мухаммада ﷺ.
После кончины Шейха Ибрахима в 1395 году хиджры (1975 год) Медина-Бай оставалась духовным центром его сподвижников и растущей общины последователей. Став имамом, Шейх Хасан продолжил традицию учёности и духовного воспитания, объединявшую людей из разных стран.
Он продолжал получать иджазы — личные разрешения на передачу знаний — от признанных знатоков хадисов. Среди них были Шейх Ясин аль-Фадани (ум. 1410–1411 гг. х. (1990 г.))1, выходец из Индонезии, и Шейх Ахмад Мухаммад Абд аль-Джаввад2 из Медины. Передаётся, что Шейх получил более 600 иджаз.
В 1428 году хиджры (июнь 2007 года) университет аль-Азхар присвоил ему почётную степень «высшего отличия». Он также занимал пост президента Университета аль-Хаджжа Ибрахима Ньясса в Дакаре и был специальным советником по исламским делам Республики Гана, где находилась одна из крупнейших тиджанийских общин Африки.
Преподавание и труды
На ежедневных занятиях Шейх толковал Коран, разъяснял хадисы и читал с учениками основополагающие труды Тиджанийи: «Джавахир аль-Маани» Сиди Али Харазима Баррады3, «Китаб аль-Джами» Сиди Мухаммада ибн аль-Мишри (ум. 1224 г. х. (1809 г.))4 и «Кашиф аль-Ильбас» Шейха Ибрахима Ньясса.
Шейх Хасан владел оригинальной рукописью «Джавахир аль-Маани», унаследованной от деда.
Книги и переводы
В 1404–1405 годах хиджры (1984 год) вышла его краткая биография Шейха Ибрахима — Shaykh al-Islam Ibrahim Niasse: Revivalist of the Sunnah.
В 1418–1419 годах хиджры (1998 год) он опубликовал английский перевод первого произведения деда — поэмы «Рух аль-Адаб». Книга вышла с обширным комментарием под названием The Spirit of Good Morals.
В 1427–1428 годах хиджры (2007 год) он составил «Канз аль-Масун» — сборник молитв Шейха Ибрахима со своим комментарием.
Для англоязычного читателя Шейх подготовил также небольшие работы Islam: The Religion of Peace и The Prophet Muhammad as an Educator.
Записи и расшифровки многих его выступлений об основах Ислама и суфизма распространялись среди учеников.
Американская миссия и служение людям
В 1395–1397 годах хиджры (1976 год) Шейх Хасан начал знакомить американских мусульман с учением Тиджанийи. Во время его пребывания в Чикаго и поездок в Нью-Йорк, Детройт и Атланту многие люди, особенно афроамериканцы, приняли Ислам и присоединились к Тарикату. После возвращения в Медина-Бай он продолжал поддерживать связь с американскими учениками.
В Соединённых Штатах он создавал и развивал завии и исламские центры, назначал мукаддамов — наставников, уполномоченных принимать учеников на Путь и заботиться об их воспитании. Так вокруг него сложилась американская ветвь Файды.
Афро-американский исламский институт
В 1409 году хиджры (23 ноября 1988 года) Шейх Хасан основал Афро-американский исламский институт — African American Islamic Institute, AAII. Институт развивал образовательные и медицинские программы, защищал права женщин и поддерживал культурный обмен между мусульманами Сенегала и Америки. Шейх оставался его руководителем до своей кончины.
Институт получил консультативный статус при Экономическом и Социальном Совете ООН и создал школы и клиники в Сенегале. Одним из главных медицинских проектов стала клиника «Шифа аль-Аскам» в Медина-Бай, благодаря которой медицинская помощь стала доступна многим жителям окрестностей Каолака.
В отдалённых районах институт помогал охранять здоровье матерей и детей, бороться с недоеданием и инфекционными заболеваниями. Эти проекты были направлены на снижение материнской и детской смертности.
Шейх Хасан Сиссе с Генеральным секретарём ООН Кофи Аннаном (слева). Нью-Йорк, 1 июня 2004 года. Фото: UN Photo / Eskinder Debebe.
Защита детей и забота о здоровье
Шейх Хасан сотрудничал со Всемирной организацией здравоохранения, Фондом ООН в области народонаселения, ЮНИСЕФ и Rotary International. Он содействовал вакцинации против полиомиелита, поддерживал грудное вскармливание и выступал против женского обрезания. Важное место в его деятельности занимало и обучение грамоте детей и взрослых.
Биографические материалы особо отмечают его заботу об африканских детях. Шейх выступал против принуждения детей к попрошайничеству и труду, торговли ими, порабощения, сексуальной эксплуатации и вовлечения в вооружённые конфликты. Защищать ребёнка, обеспечивать ему образование и беречь его достоинство он считал религиозным долгом.
Шейх участвовал во Всемирном саммите по устойчивому развитию в Йоханнесбурге в 1422–1423 годах хиджры (2002 год). В 1425–1426 годах хиджры (2005 год) его избрали президентом Сети африканских исламских организаций по народонаселению и развитию. В 1428 году хиджры (июнь 2007 года) он выступил в Куала-Лумпуре на встрече Организации «Исламская конференция» с докладом о роли религиозных лидеров в искоренении полиомиелита. Объясняя мотивы этой работы, он сказал:
«Мы трудимся на этом поприще лишь из стремления следовать примеру Пророка Мухаммада ﷺ».
Так Шейх связывал заботу о здоровье детей со следованием пророческому примеру.
Признание гуманитарного труда
В 1422–1423 годах хиджры (2002 год) Всемирная ассоциация НПО — WANGO — отметила его деятельность премией в области образования. В 1427–1428 годах хиджры (2007 год) Rotary International удостоила его награды «Чемпион искоренения полиомиелита».
Источники сообщают и о почестях, оказанных ему в Мавритании и городах США. Шейху вручили ключи от Кливленда, Вашингтона, Детройта, Мемфиса и Нового Орлеана. В Мемфисе он получил звание почётного гражданина. Городские власти также провозглашали дни в его честь.
Распространение Тиджанийского Пути
Проповеднические поездки стали ещё одной стороной служения Шейха Хасана. Продолжая миссию деда, он распространял Ислам и учение Тиджанийи далеко за пределами Сенегала. По сообщениям о его посещениях Чада, Камеруна и Южной Африки, благодаря его проповеди Ислам приняли тысячи людей.
Духовное влияние Шейха Хасана распространялось и среди западноафриканских общин Европы. Ученики, чья цепь посвящения восходила к нему, появились также в Юго-Восточной Азии, Пакистане, Ливии, на Ближнем Востоке и в Карибском бассейне. С его инициативой связывают зарождение и рост тиджанийской общины в Южной Африке.
Кончина и наследие
Шейх Хасан скоропостижно скончался в 1429 году хиджры (14 августа 2008 года) в Каолаке в возрасте 62 лет. По приведённой Закари Райтом оценке, на его похороны в Медина-Бай собрались более двух миллионов человек.
Пост имама занял его младший брат и ближайший сподвижник — Шейх Тиджани Али Сиссе. Другой брат, Шейх Махи Сиссе, продолжил международную миссию движения. Под руководством семьи Афро-американский исламский институт продолжил образовательную и гуманитарную работу.
«А те, которые пришли после них, говорят: “Господь наш! Прости нас и наших братьев, которые уверовали раньше нас! Не насаждай в наших сердцах ненависти и зависти к тем, кто уверовал. Господь наш! Воистину, Ты — Сострадательный, Милосердный”» (59:10)
Шейх Мухаммад Ясин аль-Фадани (ум. 1410–1411 гг. х. (1990 г.)). Мекканский знаток хадисов индонезийского происхождения, известный хранитель цепочек передачи знаний. Преподавал в Заповедной мечети и возглавлял медресе «Дар аль-улюм ад-динийя». Предоставил Шейху Хасану Сиссе личную иджазу. ↩︎
Шейх Ахмад Мухаммад Абд аль-Джаввад. Знаток хадисов из числа учёных Мечети Пророка ﷺ в Медине. Шейх Хасан Сиссе лично обратился к нему и получил иджазу на передачу знаний. ↩︎
Сиди Али Харазим Баррада. Близкий сподвижник и халифа Шейха Ахмада ат-Тиджани. Составитель «Джавахир аль-Маани» — основополагающего труда о жизни и учении основателя Тариката. ↩︎
Сиди Мухаммад ибн аль-Мишри (ум. 1224 г. х. (1809 г.)). Маликитский учёный и сподвижник Шейха Ахмада ат-Тиджани. Руководил молитвами, записывал письма и наставления Шейха. Автор «аль-Джами». ↩︎
Вся хвала принадлежит Аллаху, Господу миров, Всемилостивейшего, Милостивого, Властелину Дня воздаяния! Тебе одному мы поклоняемся и Тебя одного молим о помощи. Веди нас прямым путём — путём тех, кого Ты облагодетельствовал, не тех, на кого пал гнев, и не заблудших.
О Аллах, благослови нашего Господина Мухаммада, открывшего то, что было закрыто, завершившего то, что предшествовало, помощника истины посредством Истины и ведущего к Твоему прямому пути, а также его семью, сообразно его достоинству и великому положению.
Мауляй Ахмад ибн Мухаммад ибн Кувайдир аль-Абдалави происходил из потомков Хасана ибн Али. Он вырос в Айн-Мади, рядом с семьёй Шейха Ахмада ат-Тиджани, и стал наставником Сиди Ахмада Сукайриджа. Через него автор «Кашф аль-хиджаб» получил многие рассказы о первых поколениях Тиджанийского Пути.
Сиди Сукайридж называл его своим духовным отцом. Он вспоминал, что наставник принял его с любовью, направлял и делился с ним знаниями. Значительная часть книги была записана со слов Сиди аль-Абдалави или получена от него в письменном виде. Свою роль автор скромно определял как собирание и запись этих свидетельств.
Отец и семья
Его отец, Сиди Мухаммад ибн Кувайдир аль-Абдалави, был одним из близких сподвижников Шейха Ахмада ат-Тиджани. Приняв Путь, он вернулся к своему племени и рассказал о встрече с наставником. Около пятидесяти его соплеменников отправились вместе с ним к Шейху и тоже приняли вирд1. Через некоторых из них Путь распространился в земле аль-Джарид и соседних областях.
Сиди Мухаммад часто навещал Шейха в Айн-Мади и ездил к нему в Фес. Во время эпидемии он и трое других абдалавийских наставников — Сиди Абд аль-Кадир ибн Абд аль-Малик, Сиди Али ибн аль-Газзаль и Сиди Сулейман — попросили разрешения переселиться в Ауляд Мусаби. Шейх не одобрил этот выбор, резко осудив вероучение местных жителей. Тогда они основали в своей области селение аль-Алия и поселились там с семьями.2
Позднее Сиди Ахмад передал Сиди Сукайриджу письмо Шейха этим наставникам. Его содержание приведено в конце статьи.
Рождение в Айн-Мади (1230 г. х. (1815 г.))
Сиди Ахмад родился примерно за два месяца до кончины Шейха Ахмада ат-Тиджани. В тот день его отец собирался в Фес вместе с группой сподвижников, среди которых был Сиди аль-Хаджж Али ат-Тамасини. По случаю рождения ребёнка они задержались до седьмого дня, а затем продолжили путь.
Тиджанийская завия в Айн-Мади — городе, где родился и вырос Сиди Ахмад аль-Абдалави. Современный вид, 2015 год. Фото: Хабиб Каки / Wikimedia Commons, CC BY 3.0.
В жизнеописании отца рассказывается, что дорога заняла больше времени, чем ожидалось: турецкие чиновники в Тлемсене временно забрали верблюдов каравана для своих поручений. По преданию, Шейх узнал об этом через праведную Манану Шаньюру. Примерно через десять дней путники прибыли в Фес.
Когда Шейх спросил её, пора ли отправлять караван обратно, она посоветовала не задерживать его дольше двух-трёх дней: иначе путников удержит «смерть Султана». Вскоре Шейх скончался. На похоронах Манану спросили о её словах, и она ответила:
Да — вот это и есть Султан.
С рождением Сиди Ахмада связано и другое предание. Его мать посетил шариф Сиди Али ибн Шатива, сподвижник Шейха. Он назвал младенца своим сыном и ушёл, причём никто не знал, как он вошёл в дом. В семье это поняли как благую весть о будущем ребёнка и призыв особенно заботиться о нём.
Кончина отца (ок. 1236 г. х. (1821 г.))
Сиди Мухаммад ибн Кувайдир умер примерно через шесть лет после Шейха ат-Тиджани. Его сыну тогда было около шести лет.
Сиди Ахмад передавал рассказ об омовении тела отца. Присутствовавшие читали «Салят аль-Фатих» и услышали голос, который произносил салават вместе с ними до конца. Они считали, что голос принадлежал покойному, хотя не заметили ни движения его языка, ни других признаков жизни. Сиди Сукайридж приводит это как одно из чудес Сиди Мухаммада.
В доме Шейха
С отрочества Сиди Ахмад жил рядом с семьёй Шейха ат-Тиджани в Айн-Мади. Особенно близок он был с младшим сыном Шейха — Сиди Мухаммадом аль-Хабибом. Тот относился к нему как к брату, доверял ему и проводил с ним много времени в беседах.
Совместное изучение «Альфии»
Однажды Сиди Мухаммад аль-Хабиб увидел, как Сиди Ахмад заучивает грамматическое сочинение, и посоветовал оставить его ради более полезного чтения. Сиди Ахмад послушался. Позднее сам Сиди Мухаммад аль-Хабиб предложил вместе изучать «Альфию»: он хотел читать сокровенные зикры своего отца без языковых ошибок.3
Сиди Ахмад выписывал и заучивал по десять бейтов в день, а Сиди Мухаммад аль-Хабиб — по четыре. Однако, дойдя до главы о предлогах, Сиди Ахмад заметил, что его товарищ уже закончил поэму. В ответ на его удивление Сиди Мухаммад аль-Хабиб объяснил, что спит лишь час за ночь, а остальное время посвящает занятиям. Затем они изучали «Альфию» под руководством Сиди Ахмада ибн Ашура до его кончины.
Письмо из Алжира
По словам Сиди Ахмада, Сиди Мухаммад аль-Хабиб получил письмо с приглашением приехать в Алжир и дать благословение отправителю. В рассказе этот человек назван врагом. Предположительно, он был связан с французской колониальной администрацией.4
Сиди Мухаммад аль-Хабиб уединился с Сиди Ахмадом в саду и велел никого не впускать. Он дал понять, что видит скрытую цель приглашения, и поручил написать отказ. Если отправитель станет притеснять его, добавил он, земля Аллаха просторна.
Сиди Ахмад был настолько встревожен этой беседой, что не пришёл к обычному совместному ужину. На следующий день слуга сообщил ему, что Сиди Мухаммад аль-Хабиб тоже ничего не ел. При встрече тот сказал, что просит Аллаха избавить его и от встречи с отправителем, и от ответа на письмо. Не прошло четырёх дней, как он скончался.
Запечатанная библиотека
После смерти Сиди Мухаммада аль-Хабиба Сиди Ахмад опасался за сохранность оставшихся бумаг: дети покойного были ещё малы. Посоветовавшись с близкими, он попросил у старшей дочери разрешения осмотреть библиотеку. В комнате находились три полки с непереплетёнными тетрадями.
Поверх бумаг лежала записка, написанная рукой Сиди Мухаммада аль-Хабиба. В ней говорилось, что тетради содержат сокровенные записи, связанные с Шейхом ат-Тиджани и Пророком ﷺ. Упоминались почерки самого Шейха, Сиди Мухаммада ибн аль-Араби5 и Халифы Сиди аль-Хаджжа Али6. Детям запрещалось читать эти записи или показывать их факихам.
Сиди Ахмад успел заметить на одном листе слова об особом вирде, даруемом избранным. Прочитав предупреждение, он закрыл библиотеку.
Далее Сиди Сукайридж передаёт рассказ о факихе, который пренебрёг запретом, заявив, что книги существуют для чтения. Он открыл тетради, вскоре потерял зрение, заболел лихорадкой и умер, не прожив после этого и десяти дней. По словам Сиди Ахмада, библиотека оставалась закрытой. Он слышал предание, что её откроет лишь «Ожидаемый», и завершал рассказ словами: «Аллах лучше знает истину дела».7
Духовное воспитание и наставники
Сиди Али ат-Тамасини8 высоко ценил правдивость, щедрость и нрав Сиди Ахмада. Он доверял ему важные поручения, отправлял в дальние края и заботился о его духовном воспитании до своей кончины в 1260 году хиджры (1844 год).
В жизнеописании Сиди ат-Тамасини передаётся, что однажды Сиди Ахмад пожелал получить разрешение передавать Путь. Прежде чем он успел произнести просьбу, наставник дал ему это разрешение.
Сиди Ахмад также общался с Сиди Мухаммадом Акансусом9 и Сиди Мухаммадом аль-Араби ибн ас-Саихом10. Сиди Сукайридж пишет, что он был свидетелем их духовных даров, а после их ухода продолжил наставлять последователей Пути.
Знакомство с Сиди Ахмадом Сукайриджем
Сиди Сукайридж познакомился с Сиди аль-Абдалави в 1319 году хиджры (приблизительно 1901 год). Поводом стала его поэма, написанная к прибытию тунисского махмаля в Фес. С этого начались отношения ученика и наставника.
Автор вспоминал, что его любовь к Сиди Ахмаду с годами только росла. Каждая встреча приносила новые знания и помогала глубже понять Путь. Сиди аль-Абдалави поддерживал и его литературные занятия: однажды он поручил ему написать касыду в восхваление Шейха ат-Тиджани. Прочитав готовое сочинение, наставник обрадовался и помолился за ученика.
Прощальное письмо муфтия Орана (1324 г. х. (1906 г.))
О положении Сиди Ахмада свидетельствует письмо муфтия Орана, Сиди Али ибн Абд ар-Рахмана. Оно написано в Раджабе 1324 года хиджры (1906 год), незадолго до смерти отправителя. Ниже его содержание передано в сокращённом изложении.
Муфтий называл Сиди аль-Абдалави духовным отцом, опорой и наставником. Он подчёркивал его связь с Сиди Али ат-Тамасини и близость к Сиди Мухаммаду аль-Хабибу. По его свидетельству, после смерти аль-Араби ибн ас-Саиха он не знал никого, кто так же глубоко понимал бы условия, адаб и духовную жизнь Тиджанийского Пути.
Особое место в письме занимает независимость сердца от людей и от того, чем они владеют. Муфтий просил Аллаха сохранить наставника, благословить его жизнь и укрепить через него общину. Сам он просил молитв о правильности своих слов и поступков, о ясности духовного зрения и освобождении от внутренних препятствий.
Сиди Ахмад воспринял письмо как прощание и поручил Сиди Сукайриджу составить ответ. Когда ученик принёс его, наставник сообщил ему о смерти муфтия.
Разрешение Сиди Ахмаду Сукайриджу
Сиди аль-Абдалави относился к Сиди Сукайриджу с отеческой заботой. Он передал ему разрешения, полученные от Сиди Али ат-Тамасини и Сиди Мухаммада аль-Хабиба, и назначил его мукаддамом — наставником, которому дозволено передавать Путь при соблюдении его условий.
Текст разрешения записал Мухаммад, сын Сиди Сукайриджа, под диктовку Сиди Ахмада. Затем Сиди аль-Абдалави собственноручно подтвердил документ. Разрешение было адресовано Сиди Ахмаду Сукайриджу. Его сын выступал писцом.
В документе перечислены молитвенные обязанности Пути. Ниже сохранены их порядок и число повторений:
Ежедневный вирд
Утром и вечером: «Астагфиру-Ллах» — 100 раз, «Салят аль-Фатих» полностью — 100 раз, «Ля иляха илля-Ллах» — 100 раз.
Вазифа
«Астагфиру-Ллаха аль-Азым аллязи ля иляха илля хува аль-Хайй аль-Кайюм» — 30 раз, «Салят аль-Фатих» — 50 раз, «Хайляля»11 — 100 раз и «Джаухарат аль-Камаль» — 12 раз.
В разрешении сказано, что достаточно читать Вазифу один раз в день, утром или вечером. Чтение в оба времени приветствуется. Если в городе есть братья по Пути, её совершают вместе. Если собрания нет, читают в одиночку.
Пятничный зикр
После послеполуденной молитвы в пятницу читают «Хайляля», по возможности вместе с братьями. В документе указано придерживаться выбранного числа повторений — от 1000 до 1200.
Подтверждая разрешение, Сиди Ахмад помолился о пользе для Сиди Сукайриджа и для тех, кто примет от него Путь.
Нрав и наставления
Сиди Сукайридж особенно отмечал щедрость наставника и его стремление следовать Пророческому нраву. Их беседы касались духовного познания, Священного Закона и жизни учёных. Серьёзные наставления порой сменялись доброй шуткой.
В конце рассказа автор передаёт полученное от Сиди Ахмада наставление об облегчении трудностей и поиске пропитания. Оно восходит к Шейху ат-Тиджани: после утренней молитвы следует шесть раз читать начало суры «аль-Анам» до конца третьего аята — «и знает, что вы приобретаете». В переданном наставлении говорится, что Аллах открывает читающему пути пропитания оттуда, откуда тот не ожидает.12
Письмо четырём абдалавийским наставникам
Сиди Ахмад продиктовал Сиди Сукайриджу письмо Шейха ат-Тиджани, адресованное его отцу и трём другим наставникам. Ниже приведён полный текст письма.
«После восхваления Аллаха — велико Его величие, безгранична Его мощь, возвышенно Его могущество, святы Его слава и щедрость — это письмо достигает рук наших возлюбленных и избранных, дражайших для нас по положению: Сиди Абд аль-Кадира ибн Абд аль-Малика, Сиди Мухаммада ибн Кувайдира и Сиди Али ибн аль-Газзаля. Мир вам, милость Аллаха и Его благословения, и Сиди аль-Хаджжу Сулейману, мукаддаму. От пишущего это к вам, раба, нищего пред Аллахом, Ахмада ибн Мухаммада ат-Тиджани.
А затем: просим Аллаха, Могучего и Великого, за вас, чтобы Он излил на вас моря Своей милости и благоволения, чтобы Он записал вас в список счастливых в этом мире и в будущем, чтобы Он даровал всем вам стояние пред Собой, Могучим и Великим, в степени чистоты, соперничающей со стоянием Полюсов пред Ним, чтобы Он записал вас в список Своих приближённых святых и Своих высших избранников среди величайших правдивейших, чтобы Он не сводил с вас Своего взора оком Своей заботы, Своего благоволения к вам, Своей любви к вам, Своего избрания вас и Своего предпочтения вас в религии, в этом мире и в будущем и чтобы Он сделал ваше счастье у Себя подобным счастью избранных, которых Он выделил и избрал предшествующей вечной заботой и действенной волей, — ибо чистота этого счастья не замутняется совершением какого-либо греха или обладанием каким-либо пороком. Напротив, оно даруется чистой милостью и щедростью, не зависит ни от какого условия и ни от устранения какой-либо помехи. Он — Покровитель этого и способен на это.
Что до дела «Вазифы»: читайте её один раз ночью и один раз днём, иначе одного раза, между ночью и днём, достаточно. Её читает в собрании тот, кто находит братьев, иначе — один. Что до зикра в пятницу после послеполуденной молитвы — либо в течение часа, либо двух часов, примыкающих к закату, — а это „Ля иляха илля-Ллах“, — его читает в собрании тот, кто находит братьев, иначе один.
Знайте, что я обновил для вас разрешение на «аль-Фатих лима углик» и на «Фатиху» с намерением Имени, в великом излиянии, изошедшем от Аллаха, Могучего и Великого, которое нельзя ни описать, ни увидеть, ни познать иначе как в обители будущей жизни, и нет пути описать его в этом мире. Что до «Фатихи», у вас нет разрешения давать её другим. Я разрешил её только вам. Что до «аль-Фатих лима углик», я разрешил вам давать разрешение на неё другим. Всякий, кто принял наш вирд, да не посещает никакого святого, ни живого, ни мёртвого. Кто посетит — вышел из нашего вирда. Но в нашем Пути есть посещение нашего Господина Посланника Аллаха ﷺ, а именно — читать «Джаухарат аль-Камаль» двадцать раз, намереваясь этим посетить его ﷺ, и дарить ему её награду, ибо когда он завершает семь раз, Пророк ﷺ садится с читающим самой своей сущностью, воистину [примечание в печатном тексте: это световое, нематериальное присутствие. Посланник не покидает своего места, а свет не ограничивается материей], и остаётся сидящим с ним, пока тот не завершит двадцать. Этим действием он становится как тот, кто стоял у его могилы ﷺ и посетил его. Благо и награда, которые он обретает в этом посещении, не поддаются ограничению и счёту. Оно сокрыто, не поддаётся описанию и будет познано лишь в будущей жизни. Это посещение его ﷺ не привязано ни к дню, ни ко времени. Оно неограниченно, где он пожелает, там может его совершить, и оно избавляет от посещения святых.
А если твоё сердце жаждет обрадоваться, знай, что от Аллаха пришло излияние для наших сподвижников, которым радуются очи, сокрытое. Если бы это было дозволено, я раскрыл бы его упоминанием, но оно будет познано лишь в обители будущей жизни. И да благословит Аллах нашего Господина Мухаммада, его род и сподвижников, и да приветствует».
Заключение
Сиди Ахмад аль-Абдалави сохранил память о семье Шейха ат-Тиджани и передал следующему поколению её рассказы и наставления. Для Сиди Сукайриджа он был близким учителем, чьё влияние определило и его духовный путь, и работу над книгой.
«А те, которые пришли после них, говорят: “Господь наш! Прости нас и наших братьев, которые уверовали раньше нас! Не насаждай в наших сердцах ненависти и зависти к тем, кто уверовал. Господь наш! Воистину, Ты — Сострадательный, Милосердный”» (59:10)
Аль-Алия и Ауляд Мусаби предположительно относятся к области Лагуат. Под осуждаемой в источнике религиозной общиной, вероятно, подразумеваются ибадиты Мзаба. ↩︎
«Альфия» — тысячестишная грамматика Ибн Малика. ↩︎
Сиди Мухаммад аль-Хабиб (ум. 1269 г. х. (1853 г.)) — младший сын Шейха ат-Тиджани и глава завии в Айн-Мади. Связь отправителя письма с французской администрацией — предположение: в самом рассказе его имя не названо. ↩︎
Сиди Мухаммад ибн аль-Араби ат-Тази ад-Дамрави — один из близких сподвижников Шейха Ахмада ат-Тиджани, шариф из окрестностей Тазы. В тиджанийском предании известен как «Посредник» (аль-васита): через него, согласно этому преданию, передавались некоторые сообщения между Шейхом и Пророком ﷺ. Жил также в Айн-Мади, где погиб и был погребён. ↩︎
Халифа Сиди аль-Хаджж Али — вероятно, Сиди Али Харазим Баррада аль-Фаси, близкий сподвижник Шейха Ахмада ат-Тиджани и составитель «Джавахир аль-Маани». В данном отрывке полное имя не приведено, поэтому это отождествление остаётся предположительным. ↩︎
Сиди Али ат-Тамасини (ум. 1260 г. х. (1844 г.)) — наставник Сиди Ахмада. ↩︎
Сиди Мухаммад Акансус (ум. 1294 г. х. (1877 г.)) — марокканский историк, министр при султанах Мауляй Сулеймане и Мауляй Абд ар-Рахмане, тиджанийский наставник. Наиболее известен сочинением «Аль-Джайш аль-арамрам», посвящённым истории династии Алауитов. ↩︎
Сиди Мухаммад аль-Араби ибн ас-Саих (ум. 1309 г. х. (1892 г.)) — один из наставников, с которыми общался Сиди Ахмад. Кончина отца Сиди Ахмада отнесена приблизительно к 1236 году хиджры (1821 год). ↩︎
После этого рассказа Сиди Сукайридж упоминает другого своего Шейха — Сиди Идриса Аммура (ум. 22 Зуль-Каада 1320 года хиджры (1903 год)). Он погребён в Раудат Баннуна в Фесе, напротив гробницы Сиди Али Бу Галиба. От него автор передаёт наставление трижды после утренней молитвы произносить: «О Аллах, прошу Тебя из сокровищниц Твоей щедрости». Этим отступлением завершается жизнеописание отца Сиди Ахмада. ↩︎
Вся хвала принадлежит Аллаху, Господу миров, Всемилостивейшего, Милостивого, Властелину Дня воздаяния! Тебе одному мы поклоняемся и Тебя одного молим о помощи. Веди нас прямым путём — путём тех, кого Ты облагодетельствовал, не тех, на кого пал гнев, и не заблудших.
О Аллах, благослови нашего Господина Мухаммада, открывшего то, что было закрыто, завершившего то, что предшествовало, помощника истины посредством Истины и ведущего к Твоему прямому пути, а также его семью, сообразно его достоинству и великому положению.
Источники: «Кашф аль-хиджаб амман талака маа аш-Шейх ат-Тиджани мин аль-асхаб» Шейха Ахмада Сукайриджа аль-Фаси1, исследование Али ибн Халифы «Шейх аль-Хаджж Али ат-Тамасини. Его жизнь и наследие. 1766–1844»2.
Абу-ль-Хасан Сиди аль-Хаджж Али ибн аль-Хаджж Иса ат-Тамасини, да будет доволен им Аллах, родился в 1180 году хиджры (1766 год) в Тамасине, в оазисе Уэд-Риг близ Туггурта, на юго-востоке Алжира.
Он был младшим ребёнком нашего господина аль-Хаджжа Исы ибн Мухаммада и нашей госпожи Фатимы бинт аз-Зайн.
Сиди Али — шариф, потомок Посланника Аллаха ﷺ через аль-Хасана, сына Али и Фатимы, да будет доволен ими Аллах.
Его полная родословная в «Итхаф ахль аль-маратиб аль-ирфания»:4
Абу-ль-Хасан Сиди аль-Хаджж Али ибн аль-Хаджж Исы ибн аль-Хаджж Мухаммада ибн Мухаммада ибн Мусы ибн Яхьи ибн Исмаила ибн Мухаммада ибн Ахмада ибн Али ибн Мухаммада ибн Али ибн Хасана ибн аль-Касима, известного как Бузара, ибн Мухаммада ибн Абу-ль-Касима ибн Мухаммада ибн аль-Хасана ибн Абдаллаха ибн Мухаммада ибн Арафы ибн аль-Хасана ибн Абу Бакра ибн Али ибн аль-Хасана ибн Ахмада ибн Исмаила ибн Касима ибн Мухаммада ан-Нафс аз-Закийи ибн Абдаллаха аль-Камиля ибн аль-Хасана аль-Мусанны ибн аль-Хасана ас-Сибта ибн Али, супруга нашей госпожи Фатимы аз-Захры аль-Батуль, дочери Посланника Аллаха ﷺ. Да будет доволен ими Аллах.
Детство, юность и нрав
Отец стал его первым учителем: приучал к Корану, общинной молитве и Сунне. Сиди Али с детства любил уединение и поклонение, а повзрослев, соединял их с трудом ради дозволенного пропитания.
Когда родные не могли найти мальчика, отец говорил: «Он — маджзуб, идите к нему», — и его находили у могил. Позднее Сиди Али вспоминал: «Мёртвые разговаривали со мной, когда я был ещё маленьким. Теперь же не разговаривают».
С юности Сиди Али сажал пальмы на заброшенных засолённых землях Тамаллахта, которые жители считали непригодными. Первые два года работал тайно, даже от отца, чтобы избежать возражений. Узнав о его успехе, земляки изумились и отпраздновали это событие. Вслед за ним они тоже стали осваивать эти земли.
Отец передал ему руководство аззабой — общиной, читавшей по хизбу Корана утром и вечером. Сиди Али возглавлял молитву, примирял спорящих, разбирал наследственные дела, составлял брачные договоры и документы сделок.
Его духовным наставником стал Шейх Ахмад Абу Дархам, праведник, погребённый в Тамасине. Сиди Али постоянно сопровождал его, их привязанность сохранялась до кончины наставника.
Сиди Али был высоким и крепким, ни худым, ни тучным. У него были смуглая кожа, румянец, тёмная отметина на левой щеке, борода средней длины, небольшие глаза и нос средней величины. Один малый коренной зуб почернел.
Его отличали смирение, правдивость, неторопливость и твёрдость в истине. Он просто одевался, довольствовался доступной пищей, кормил голодных, защищал соседей, при необходимости — с оружием. Не искал главенства и расположения богатых и властителей, не умалял достоинства бедняка.
Начало пути и первая встреча
Начало его связи с Шейхом Ахмадом ат-Тиджани относят к 1202 году хиджры (1788 год). Наставник доверил Сиди Мухаммаду ибн аль-Мишри сокровенную тайну, велев передать её лишь тому, кто сам попросит.
Сиди Ибн аль-Мишри сперва посещал родственников-шарифов, надеясь, что кто-нибудь попросит тайну. Но среди них её получателя не нашлось.
В Тамасине он встретил Сиди Али, шедшего в сад, и принял приглашение на ночлег. После общей молитвы и ужина Сиди Али попросил его отдать доверенное Шейхом. Гость сначала отрицал, что что-либо принёс, но настойчивость хозяина открыла ему, кому предназначен дар. Он передал тайну и признал:
«Никто не может воспрепятствовать тому, кому Аллах даровал. Поистине, милость — в руке Аллаха: Он дарует её кому пожелает».
В 1203 году хиджры (1789 год), ещё до личной встречи с Шейхом, Сиди Али принял направлявшихся к нему жителей Гумара во главе с Сиди Мухаммадом ас-Саси. Несмотря на бедность, он зарезал единственную козу и сам молол пшеницу, а жена готовила пищу и двое маленьких сыновей поддерживали огонь. Поехать с гостями он не мог, но обещал присоединиться к ним на следующий год, если будет угодно Аллаху.
Сиди ас-Саси напомнил спутникам о бедности хозяина, его высокой устремлённости и усердии всей семьи и призвал отблагодарить их. На обратном пути гости привезли припасы и вещи. С тех пор дом Сиди Али стал приютом для ехавших к Шейху и возвращавшихся от него.
Гумарцы посещали наставника ежегодно на праздник жертвоприношения. В зу-ль-хиджже 1204 года хиджры (1790 год) Сиди Али отправился с ними в Айн-Мади. При первой встрече он с любовью стал целовать Шейха, а тот взял его за край одежды и посадил рядом, тогда как остальные держались поодаль. Когда спутники собрались домой, Сиди Али не смог расстаться с наставником. На напоминание о семье ответил: «Они под его (Шейха) присмотром, и он лучше знает их положение». Спутники оставили его возле Шейха, охваченного духовным состоянием.
Начались годы служения и духовного воспитания. Сиди Али возвращался к семье на время сбора фиников, затем вновь спешил к наставнику.
Рядом с Шейхом Ахмадом ат-Тиджани
Путь обычного путника
После переезда Шейха Ахмада ат-Тиджани в Фес Сиди Али навещал его чудесным «шагом» (аль-хутва).
Так Сиди Али приходил на строительство завии Феса: трудился с рабочими и возвращался домой.
Шейх запретил ему поступать так и сказал:
Если хочешь сохранить связь со мной ради Аллаха, то приходи ко мне, как приходят обычные люди: в сандалиях, с посохом и со спутниками, испытывая в дороге всё то же, что и они, — жажду, изнеможение, страх и прочее.
С чудесным «шагом» связан и случай с Сиди Махмудом ат-Туниси. Когда Сиди Махмуд направлялся в Тунис через пустыню Тамасина, на него напали местные разбойники и похитили часть его вещей.
Разгневавшись, он посредством «шага» вернулся к Шейху, чтобы пожаловаться на них. Ат-Тамасини узнал об этом и, опасаясь, что Шейх призовёт погибель на жителей его родины, поспешил к нему тем же способом.
По предопределению Аллаха он прибыл прежде своего товарища, рассказал о случившемся с Сиди Махмудом и сказал:
Господин мой! Если вы призовёте на них зло, от моего дома не останется следа: ведь они — стена и крепость моего дома.
Вслед за ним прибыл Сиди Махмуд, да будет доволен им Аллах, в крайнем гневе и негодовании, жалуясь на жителей Тамасина. Шейх Ахмад ат-Тиджани, да будет доволен им Аллах, сказал ему:
Уккаша опередил тебя в этом.
Доверие наставника
По свидетельству Сиди Ибн Саиха5, в Фесе Шейх Ахмад ат-Тиджани поручал Сиди Али возглавлять молитву в завии даже в присутствии выдающихся учёных и достойных людей.
Однажды у одного из присутствовавших возникло сомнение в действительности молитвы за Сиди Али. Шейх разъяснил:
Это человек, которому даровано раскрытие, а молитва за тем, кому даровано раскрытие, принимается.
Об особом положении Сиди Али свидетельствовал и Шейх Мухаммад ат-Таййиб ас-Суфьяни6, ведавший расходами дома наставника.
Однажды Шейх Ахмад ат-Тиджани спросил его о заболевшей невольнице:
— Купил ли ты ей лекарство?
— Господин мой, мы купили ей несколько лекарств, но ни одно не помогло. Быть может, полезнее всего для неё было бы написанное, — ответил Сиди ас-Суфьяни, имея в виду рукью в письменном виде.
— А кто ей это напишет? — спросил Шейх. — Я не видел никого, кто годился бы для этого, кроме Сиди аль-Хаджжа Али ат-Тамасини, будь он здесь.
Сиди ас-Суфьяни продолжил:
— А я хотел бы, чтобы вы дали разрешение на это мне, господин мой. Всякий, кому вы дадите такое разрешение, — всё равно что Сиди аль-Хаджж Али.
Шейх несколько раз повторил:
— И где найти подобного Сиди аль-Хаджжу Али, о такой-то!
Сиди ас-Суфьяни пожалел о сравнении, столь решительно отвергнутом наставником.
Когда некоторые сподвижники стали ревновать к особому положению Сиди Али, Шейх сказал: «Один волос с голени Али ат-Тамасини перевешивает сорок святых».
Когда Сиди Абд аль-Кадира аль-Бути спросили: «В чьё попечение ты оставляешь своих детей?», он ответил: «В попечение Шейха аль-Хаджж Али ат-Тамасини». По другому преданию, Сиди Абу Талиб аль-Гали избегал владений Сиди Али, опасаясь лишиться духовной тайны. Сиди Умар ибн аль-Кашкаш из Константины, турок, называл его «Львом Сахары», указывая на духовное величие.
Гроздь фиников
Близкий сподвижник рассказывал: однажды Шейх Ахмад ат-Тиджани совершал послеполуденную молитву у своего дома с примерно восемьюдесятью людьми.
После молитвы среди них упала гроздь фиников. Заметив недоумение, Шейх сказал: «Это дело того человека», — и назвал Сиди Али ат-Тамасини.
Позднее, встретившись с Сиди Али, Шейх спросил:
— Что побудило тебя к этому?
— Господин мой, простите меня. В тот момент я был в своём саду, а работники собирали финики. Я увидел эту гроздь, и она мне понравилась. Мне захотелось, чтобы она такой, как есть, попала в ваш дом. Тогда я бросил её и сказал: «Иди, пока не опустишься перед моим господином».
Шейх сделал ему замечание и запретил повторять подобное.
Мать Сиди Мухаммада аль-Хабиба в тот день пожелала фиников. Зная это, Сиди Али отправил гроздь в дом наставника.
Любовь к Шейху и его семье
Однажды Шейх Ахмад ат-Тиджани позвал Сиди Али, шедшего позади сподвижников. Свою любовь к нему он сравнил с радостью человека, всю жизнь молившего Аллаха о сыне и получившего его в глубокой старости:
Таково моё положение с этим Шейхом аль-Хаджж Али.
«Я — Али, сын Сиди Ахмада ат-Тиджани»
Однажды один из сыновей Шейха Ахмада ат-Тиджани спросил Сиди Али об имени отца.
— Иса, — ответил Сиди Али.
— Господин мой, а он чей сын?
— Сын такого-то.
— Господин мой, а тот чей сын?
— Ты спрашиваешь меня о моей родословной?
— Да.
— Я — не кто иной, как Али, сын Сиди Ахмада ат-Тиджани, — произнёс Сиди Али и умолк.
Чётки наставника
После пятничной хайлялы один из близких сподвижников по велению Шейха объявил: «Знайте: эта эпоха принадлежит Аллаху, Посланнику, Ахмаду ат-Тиджани и Али». Сиди Али добавил: «Али Харазиму». Шейх промолчал. Когда глашатай повторил слова, Сиди Али вновь назвал Сиди Али Харазима. Тогда наставник бросил ему свои чётки и сказал:
Аллах и Его Посланник говорят: «Али ат-Тамасини», а ты говоришь: «Али Харазим».
Сиди Али сохранил эти чётки. Впоследствии они хранились в тамасинской завии вместе с посохом наставника и другими реликвиями.
Смирение и основание завии
Однажды у входа в шатёр наставника Сиди Али ожидал поручений. Человек, прибывший с дарами, принял его за слугу: «Эй, слуга!» — «Да, да, господин мой!» — отозвался он.
Услышав это, Шейх позвал Сиди Мухаммада ибн аль-Мишри и Сиди Махмуда ат-Туниси и сказал:
Приготовьте этому человеку — аль-Хаджж Али ат-Тамасини — дорожные припасы, чтобы он ушёл от меня прямо сейчас и после сегодняшнего дня никогда более не оставался со мной.
Не в силах вынести разлуку, Сиди Али смиренно просил: «В чём моя вина, за которую вы взыскиваете с меня, господин мой?»
Шейх ответил: «Тебе осталось лишь отнять у меня мою тайну!» Затем, удивляясь его самоуничижению, продолжил:
Что это с тобой? Приходит человек, зовёт тебя: «Эй, слуга! Эй, слуга!» — а ты отвечаешь: «Да, господин мой!» Уходи же от меня и устрой себе завию.
Я даровал тебе духовное распоряжение при жизни и после смерти от аль-Ассафии до Туниса. Ни один из святых, наделённых распоряжением, не будет делить его с тобой там. Я вложил ключи всех миров в твою ладонь. Неужели после такой милости ты желаешь взять и то, что я сохранил для моих детей?
В другом рассказе женщина принесла к шатру молоко для Шейха. Приняв Сиди Али за слугу, позвала: «Эй, слуга!» Он поспешно ответил: «Да, да». Шейх сказал ей: «Женщина! Он не слуга, он шариф», — и обратился к нему:
Ты обладаешь степенью перед Всевышним Аллахом. Что это за уничижение, до которого ты низводишь себя? Неужели ты хочешь завладеть моей тайной, пока я ещё жив?
В 1217 году хиджры (1803 год), в возрасте не более тридцати семи лет, Сиди Али получил великую иджазу — разрешение на духовное воспитание. Шейх поручил ему:
Когда благополучно вернёшься в свой Тамасин, поспеши расширить дом. Устрой место для молитвы и зикра, а также помещения для приезжающих к тебе. Возводи побольше строений, ибо ты станешь целью, к которой люди будут стремиться со всех сторон. Не бойся нужды от Владыки Престола и проси помощи у Аллаха.
Шейх говорил и о единстве их духовной связи: «Всё от аль-Ассафии к востоку принадлежит аль-Хаджж Али. Всякий, кто связан с ним, связан со мной. От аль-Ассафии к западу — моё».
С помощью соседей и сыновей — Хмайды и ат-Тахира — Сиди Али расширил отцовский дом и мечеть у Зелёного купола, на улице Минджах в старом Тамасине. Дальнейшее строительство стесняло бы соседей, поэтому в том же 1217 году хиджры (1803 год) он начал строить в Тамаллахте, возле своего сада, летней хижины и небольшой мечети. В 1220 году хиджры (1805 год) переселился в новую завию.
С ним переехали семьи аль-Хаджжа Кудейры, аль-Хаджжа аль-Мишри, аль-Хаджжа ас-Саси, аль-Хаджжа Аббаси и Мухаммад Джура из Тамасина, Ахмад ибн Билькасим ибн Тлили, известный как Майда, Уляд-Ханиш и некоторые из Уляд-Абд-ас-Садик из Гумара, Мухаммад ибн Ахмад ибн Сулейман Хамму и Иси с сыновьями из Тагзута. Для тамасинцев он построил дома восточнее завии, на будущей улице Сиди Маамара, для остальных — западнее, на улице Зукак-ас-Сувака.
В завии были Большой и Малый дома, гостевой дом и Хауш-аль-Абид — Двор рабов с внутренней мечетью. Ворота, около трёх метров высотой и двух метров тридцати сантиметров шириной, изготовили из абрикосового дерева из Тозера, в Джериде. Купол мечети покрыли зелёной черепицей из Нефты. Возле ворот стояла ещё одна мечеть, напротив — «саджжада», возвышение для проповедей, наставлений и приёма гостей.
Сиди Али продолжал навещать Шейха Ахмада ат-Тиджани и совершил четырнадцать поездок во главе делегаций.
Преемство и забота о семье Шейха
Последний визит Сиди Али к наставнику состоялся в шаввале 1230 года хиджры (сентябрь 1815 года). За три дня до кончины Шейх собрал Сиди Махмуда ат-Туниси, Сиди Абдаллаха Бадду, Сиди ат-Тахира ибн Абд ас-Садика, Сиди Ахмада ибн Сулеймана и Сиди Али и сказал последнему:
Это наше дело передаётся от живого к живому из уст в уста. Ты — мой преемник в нём после меня.
Сиди Али ответил: «Я не способен нести его, господин мой». Шейх сказал: «Таково решение Аллаха и Его Посланника ﷺ».
Шейх Ахмад ат-Тиджани устно и письменно поручил ему попечение о семье и возвращение сыновей — Сиди Мухаммада аль-Кабира и Сиди Мухаммада аль-Хабиба — из Феса в Айн-Мади.
Прощание с Сиди Махмудом ат-Туниси
После кончины наставника и траура Сиди Али устроил дела его сыновей и собрался в Тамасин. Сиди Махмуд ат-Туниси просил подождать, чтобы похоронить и его: он вскоре последует за Шейхом. Сиди Али ответил: «Я не поеду в Сахару с двумя вестями — о смерти Шейха и о твоей смерти». Сиди Махмуд передал ему всё, что хранил, включая коня.
Сыновья Шейха не хотели уезжать. Из адаба к ним и их отцу Сиди Али не принуждал их и отправился в Тамасин. В пути он остановился, поднял руки и попросил спутников молиться вместе с ним. После долгой беззвучной молитвы произнёс:
Я прошу Всевышнего Аллаха и Господина бытия ﷺ повелеть султану притеснить дом нашего господина, чтобы его сыновья почувствовали тягость и согласились уехать с нами из этого города.
Сперва Сиди Али вёл коня под уздцы. Ещё до его прибытия в Тамасин Сиди Махмуд скончался, и именно в тот день Сиди Али сел верхом. Дома он принимал делегации с соболезнованиями по обоим наставникам и присягой ему как халифу.
После кончины Шейха Ахмада ат-Тиджани у Сиди Али проявилось великое раскрытие. Он принял на себя духовное воспитание (тарбия) последователей Пути.
Сам Сиди Али говорил приближённым, что стал Полюсом после Шейха Ахмада ат-Тиджани.
Он переживал обильное духовное излияние и экстатическое состояние, свойственные совершеннейшим наставникам. Из разных краёв к нему приходили принять Путь и получить благословение.
Возвращение сыновей Шейха в Айн-Мади
Эмиру Ибрахиму, сыну султана Сулеймана, понравилась лошадь Сиди Мухаммада аль-Кабира. Он попросил её, чтобы поездить и осмотреть, обещая вернуть. Опасаясь, что лошадь присвоят, Сиди Мухаммад аль-Кабир отказал. Разгневанный эмир написал отцу в Марракеш, будто семья Шейха уезжает, и попросил её дом Дар-Мрайя. Султан поверил ему и согласился.
В праздник жертвоприношения семью выселили. С имуществом они перебрались в завию у могилы отца, но там было тесно. Тогда сыновья написали Сиди Али, прося приехать и увезти их в Айн-Мади.
Когда Сиди Али приготовился к отъезду, жители Феса обратились к султану, чтобы остановить его. Тот сказал: «Сыновья Шейха ещё малы, и не подобает увозить их из столицы в Сахару». Сиди Али ответил: «Они происходят из Айн-Мади. Источник их духовной поддержки не в этом городе, а в Сахаре». Султан продолжал возражать.
Тогда Сиди Али предложил: «Наш господин султан! Реши это наше дело по тому, что увидишь сегодня ночью во сне». Султан увидел Шейха Ахмада ат-Тиджани, велевшего предоставить Сиди Али исполнить задуманное. Он разрешил отъезд и запретил жителям Феса препятствовать ему.
На привалах Сиди Али ложился между братьями и спал на спине. Он объяснял свой адаб:
Если повернусь направо, огорчу того, кто слева, если повернусь налево, огорчу того, кто справа. Поэтому мне следует спать между ними на спине, чтобы оба были для меня в равном положении и я не огорчил ни одного.
К 1231 году хиджры (1816 год) Сиди Али построил для семьи наставника завию и жилища в Айн-Мади. Прежде завии там не было — лишь дом, где родился Шейх.
Забота перед лицом опасности
Бей Орана приглашал сыновей Шейха якобы ради благословения. Он намеревался задержать или убить их, подобно тому, как были задержаны Шейх Мухйи ад-Дин и его сын Абд аль-Кадир.
Мнения мукаддамов разделились. Сиди Али убедил их не принимать приглашение и увёз Сиди Мухаммада аль-Кабира в Тамасин на год и шесть месяцев. Сиди Мухаммад аль-Хабиб отправился в Абу-Самгун. Так Сиди Али стремился уберечь братьев и предотвратить войну.
Беседа с Сиди Мухаммадом аль-Кабиром
Сиди Али стремился удержать Сиди Мухаммада аль-Кабира, да будет доволен им Аллах, от вооружённого выступления.
После того как семья Шейха поселилась в Айн-Мади, а Сиди аль-Хаджж Али, да будет доволен им Аллах, обосновался в Тамасине, тарикат стал распространяться ещё шире. Айн-Мади и Тамасин привлекали посетителей со всех сторон.
Один путешественник даже сказал:
Когда я проходил через Тамасин, то застал более двухсот человек, прибывших из далёких краёв для посещения Полюса ат-Тамасини. Они просили у него разрешения и назначения мукаддамами тариката, поскольку желающих вступить в Тиджанийю было много.
Это усиливало опасения турок, а вместе с ними — их произвол в отношении тиджанийцев в особенности и племён Сахары в целом.
Сиди Мухаммад аль-Кабир, сын Шейха ат-Тиджани, да будет доволен им Аллах, решил поднять восстание против турок на западе Алжира. Между ним и Сиди аль-Хаджжем Али состоялись беседы на эту тему.
Сиди Мухаммад аль-Кабир:
— О Сиди аль-Хаджж Али! После долгих размышлений я решился на то дело, о котором мы говорили прежде.
Сиди аль-Хаджж Али:
— Какое же это дело?
Сиди Мухаммад аль-Кабир:
— Восстать против этих чужеземцев, которые распространили на земле нечестие, погубили посевы и потомство и не правили согласно ниспосланному Аллахом исламскому шариату. Они убивали лучших из нас, наших учёных и праведников; других притесняли до тех пор, пока те не покидали родину; наших бедняков, земледельцев и торговцев обременили поборами.
Вы, господин мой, знаете, что они сделали с нашим отцом, да помилует его Аллах и да будет им доволен, знаете об их неоднократных нападениях на наше селение и об их отвратительных деяниях против наших близких, особенно в 1189 году хиджры (1775–1776 гг.) и в 1213 году хиджры (1798–1799 гг.), а также в последний раз, когда земля содрогнулась.
Теперь они следят за нашими караванами, подстерегая их, чтобы несправедливо и враждебно грабить. И этим они не ограничиваются: сейчас они подстерегают меня и моего брата, стремясь лишь убить нас, и только из ненависти к тем, кто трудится ради исправления положения на родине.
Скажите мне, ради вашего Господа, господин мой: какую пользу наш народ в Алжире получил от присутствия турок? Да, им принадлежит заслуга в отражении нападений христианских крестоносцев. Но без помощи сынов нашей родины, без их мученической гибели и жертв турки не смогли бы совершить в этих войнах ничего значительного.
Наш Владыка, Всемогущий и Великий, повелел нам удерживать от порицаемого и бороться с угнетателями, и мы обязаны повиноваться Его повелению. К этому меня побудили и племена окрестностей Маскары и Гриса. Между нами шла переписка, и мы договорились действовать сообща, чтобы покончить с ними.
Сиди аль-Хаджж Али:
— После нашей последней беседы об этом я долго размышлял и несколько раз обращался к Аллаху, Всемогущему и Великому, с истихарой. В моём сердце утвердилось, что Всевышний не дал дозволения на восстание, которое ты собираешься поднять. Оставь это дело.
Сиди Мухаммад аль-Кабир:
— Но, господин мой, у нас есть безусловное и постоянное дозволение пречистого шариата. Многочисленны коранические аяты, повелевающие бороться с теми, кто не правит согласно ниспосланному Аллахом, и противостоять угнетению. Известны и пророческие хадисы об этом.
Если же мы промолчим перед таким злом и несправедливостью, турки лишь усилят свою тиранию, а мы будем причислены к ним — да убережёт нас от этого Аллах.
Сиди аль-Хаджж Али:
— Противодействие правителям, даже если они несправедливы, имеет условия и правила, подробно изложенные в книгах фикха. Среди них — чтобы удерживание от порицаемого не приводило к ещё большему злу.
Последствия восстания, которое ты намерен поднять, неизвестны и могут оказаться тяжёлыми. Ты знаешь, что наш господин, твой отец, да освятит Аллах его тайну, за некоторое время до своего переселения в Фес запретил жителям Айн-Мади сражаться с турками, побуждал их к примирению и предупреждал: если они ослушаются его, то будут побеждены силой.
Повторяю тебе: я обращался к Всевышнему Аллаху с истихарой относительно этого твоего дела и обрёл твёрдую уверенность, что предпринимаемое тобой совершенно не послужит тебе во благо.
Сиди Мухаммад аль-Кабир:
— Я ищу не собственной пользы, а пользы нашего народа и нашей родины, повинуясь повелению нашего Господа и следуя Сунне нашего Пророка ﷺ.
Если Аллах предопределит победу, мы просим Его помочь нам возвысить Его религию на этой земле. Если же Он предопределит мученическую гибель — сколь прекрасна эта милость от нашего Господа! Я желаю лишь исправления, насколько могу. Мой успех — только от Аллаха; на Него я уповаю и к Нему обращаюсь.
Сиди аль-Хаджж Али:
— Моё последнее слово: у тебя нет дозволения на то, что ты намереваешься сделать. И ещё раз: нет дозволения. И ещё раз: нет дозволения. И ещё раз: нет дозволения. Аллах властен над Своим делом, однако большинство людей не знает.
Переписка с Сиди Мухаммадом аль-Хабибом во время осады Айн-Мади
Среди многочисленных писем, которыми Сиди Али обменивался с Сиди Мухаммадом аль-Хабибом, да будет доволен им Аллах, были послания об осаде Айн-Мади эмиром Абд аль-Кадиром и его войском.
В 1254 году хиджры (июнь 1838 года) войско эмира Абд аль-Кадира осадило Айн-Мади. Оно насчитывало 6000 всадников, 3000 пеших воинов, шесть мортир и три полевых орудия. Осада застала Сиди Мухаммада аль-Хабиба врасплох: он не был к ней подготовлен.
События тяжело давили на него. После многократного обмена письмами он всё же не выходил сражаться, повинуясь Сиди аль-Хаджжу Али, который велел ему терпеливо принимать течение предопределения и прибегать к Всевышнему Аллаху с мольбой и смиренным обращением.
Когда бедствие стало особенно тяжёлым, а кольцо вокруг его города сжалось, он тайно отправил из Айн-Мади, под покровительством Аллаха, ещё одно письмо Сиди аль-Хаджжу Али. Его содержание было следующим:
Аль-Хаджж Абд аль-Кадир подошёл к Айн-Мади и тесно осадил нас снаружи селения. Сейчас я собрал у себя все ключи от селения, опасаясь того, о чём вам известно, да будет доволен вами Аллах.
Я уже неоднократно сообщал вам о нашем положении. Долго продолжался обмен письмами между нами, ибо я надеялся, что вы придёте мне на помощь, зная ваше сострадание и нежность ко мне. Но теперь я оказался под тяжестью врага, между его зубами, в полном окружении. И произошло это лишь потому, что вы отдалились от меня.
О отец мой, Сиди аль-Хаджж Али! Неужели вы довольны тем, что оставляете меня добычей, брошенной перед врагом? Я не ожидал от вас этого. Если бы я был вашим родным сыном, вы не отстранились бы от меня и не оставили бы меня до нынешнего часа: ваше сердце смягчилось бы ко мне.
Но если в вашем сердце нет сострадания и нежности ко мне самому, то что вы скажете о женщинах дома Шейха, если неприкосновенность его дома будет поругана?
Я уже не в силах продолжать письмо из-за смятения, в котором нахожусь. Скажу кратко: за всё, что произойдёт с женщинами дома Шейха, отвечать перед Всевышним Аллахом, Его Посланником ﷺ и Величайшим Полюсом, назначившим вас своим преемником, придётся вам. Ведь Всевышний Аллах даровал вам способность защитить их, предоставив вам распоряжение в мироздании.
Когда Сиди Мухаммад аль-Хабиб дошёл в письме до этих слов, его сердце смягчилось, а глаза переполнились слезами, так что письмо намокло. Тогда он добавил:
Вот мои слёзы непрерывно льются — посмотрите, как они пропитали это письмо. По ним вы можете судить, насколько тяжким и тесным стало наше положение.
Вы, отец мой, да будет доволен вами Аллах, знаете мой нрав: мои слёзы не текли от страха смерти за самого себя. Нет, клянусь Аллахом и вашим правом! Это лишь страх за то, что будет нарушена неприкосновенность женщин дома Шейха.
Я оказался под тяжестью врага, окружившего нас, а вы, да будет доволен вами Аллах, сколько бы я ни сообщал вам, всё велите терпеть. Я повиновался. Если бы вы приказали мне выйти к нему и встретить его сопротивлением, я бы не оставался терпеливо перед ним. Мы не придали бы значения ни их многочисленности, ни их силам, ни вооружению.
До каких же пор вы будете говорить: “Терпи, терпи, терпи”? От терпения уже не осталось даже малой доли. Я больше не могу медлить, если ваша забота не поспешит мне на помощь. Мир.
Когда Сиди аль-Хаджж Али, да будет доволен им Аллах, прочёл это письмо, он не смог сдержать слёз. Он тотчас отправил ко всем сподвижникам приказ явиться к нему без промедления, а Сиди Мухаммаду аль-Хабибу послал письмо следующего содержания:
Терпи. Я сам иду к тебе с войском в сто тысяч всадников, а пеших воинов, возможно, будет ещё больше. Ничего не бойся — с помощью и силой Аллаха.
Он завершил письмо приветствием мира и велел посланцу торопиться. Сиди Мухаммад аль-Хабиб обрадовался его содержанию и воспрянул надеждой на победу.
Осаждавшие тем временем начали рыть подземный ход, дошли до городской стены и проникли под дом Сиди Мухаммада аль-Хабиба. Тот приказал своим людям вскрыть землю. Там они обнаружили группу воинов эмира и взяли их в плен. Подкоп оказался в распоряжении Сиди Мухаммада аль-Хабиба.
Он написал эмиру, сообщив о случившемся с его людьми, о том, что простил их и вернул невредимыми, и добавил:
Нет пользы в войне между нами, тем более что ты заявляешь о джихаде на пути Аллаха, тогда как мы — верующие мусульмане.
Однако после этого послания осада лишь усилилась.
Между тем у Сиди аль-Хаджжа Али собралось множество добровольцев для джихада. Он велел приготовить обед в честь прибывших и попросил их старших собрать всех перед ним, чтобы сообщить им достоверную весть и разъяснить предстоящее.
Затем он попросил выбрать из собравшихся только тысячу лучших и наиболее способных к сражению всадников. После этого велел выбрать из тысячи сто человек. Они исполнили это. Затем он сказал:
Выберите мне из ста десятерых.
Остальных он отпустил, оставив лишь десять человек, и обратился к ним:
Я намеревался совершить одно дело, но теперь мне открылось сокровенное, противоположное тому, что я собирался предпринять. Моё место займёт мой сын Сиди Хмайда. Он присоединится к этим десяти, и вас станет одиннадцать.
Среди них был Сиди ат-Тахир ибн Абд ас-Садик, да будет доволен им Аллах.
Затем он свернул шёлковое знамя и своей благословенной рукой передал его сыну вместе с письмом к Сиди Мухаммаду аль-Хабибу.
Он велел им распространять весть, что Сиди аль-Хаджж Али идёт другим путём на помощь Сиди Мухаммаду аль-Хабибу с огромным войском численностью более двухсот тысяч. Сиди Али дал им следующее поручение:
Эта весть должна разойтись по всем уголкам Сахары. Распространяйте её, пока не достигнете Айн-Мади.
Когда прибудете к нашему господину, передайте ему письмо и вручите знамя. Когда он успокоится после вспышки гнева, изложите ему план.
Либо Сиди Хмайда выйдет во главе десяти человек. Впереди них будут знамя и паланкин на мулах с письмом внутри.
Либо наш господин выйдет сам, один, взяв знамя; с ним будет паланкин с письмом внутри.
Сиди Мухаммад аль-Хабиб вышел один и с помощью Аллаха одержал победу. Сражение завершилось.
Столкновения с Бану Джаллаб
По мере распространения Тиджанийи авторитет Сиди аль-Хаджжа Али укреплялся в Уэд-Риге и других областях Сахары. Это тревожило Бану Джаллаб, правивших в Туггурте: они видели в его влиянии угрозу собственной власти и искали повод открыто выступить против него.
О непосредственном поводе к столкновениям сохранились две версии7.
По первой, член правящей семьи Тамасина убил человека из семьи Джаллабидов. Правитель Туггурта решил истребить родственников убийцы, укрывшихся в завии Сиди Али. Шейх возразил: «Шариат позволяет тебе казнить лишь того, кто совершил умышленное несправедливое убийство». Правитель отверг это и решил воевать против всех.
По второй, Ибрахим аль-Джаллаби хотел захватить в Тамасине восставшего брата и просил Сиди Али не вмешиваться. Но Шейх не мог оставить свой город без защиты. Получив отказ, правитель решил напасть на завию.
Бану Джаллаб осадили дом Сиди Али, намереваясь воевать с ним и его ближайшими сподвижниками. Столкновения продолжались долго. Шейх организовал защиту и выбрал людей, которым мог её доверить.
Серая кобыла и освобождение завии от налогов
Ибн Джаллаб был убеждён, что победы ат-Тамасини связаны с серой кобылой, которую тот привёз из Феса. Через одного из приближённых он отправил Сиди Али письмо:
До меня дошло, что у вас есть серая кобыла. Она очень мне понравилась, и я прошу вас, настойчиво прошу продать её мне за ту цену, какую вы пожелаете.
Сиди Али ответил: лошадь подарена Шейхом Ахмадом ат-Тиджани, и он не думал с ней расставаться. Однако он согласился уступить её эмиру своей земли, предпочтя его желание собственному, и напомнил о повиновении Аллаху и Его Посланнику ﷺ. Вместо денежной платы попросил:
У нас в этом краю есть пальмы, принадлежащие нам и нашему Шейху. Я прошу, чтобы ты распорядился освободить всё имущество Шейха и наше имущество от всех требований казны, причём навсегда, на все времена. В обмен на это мы отдадим тебе лошадь.
Ибн Джаллаб выдал документ об освобождении имущества завии от налогов. Освобождение оставалось в силе до последних лет французского правления.
Получив кобылу, Ибн Джаллаб уверился, что победит в следующем сражении.
Сражение в Тулу
Конное и пешее войско Ибн Джаллаба внезапно напало на Тамасин. Жители вышли защищать окружённый город, и нападавшие не сумели проникнуть в дом Шейха.
Весть достигла Ат-Саид, Уляд ас-Саих и жителей Суфа. Сиди ат-Тахир ибн Абд ас-Садик, да будет доволен им Аллах, призвал их на помощь Сиди аль-Хаджжу Али, ручаясь за их благополучное возвращение к семьям. Сиди Ахмад ибн Саад обеспечил их средствами на мечи, ружья, порох и свинец, а также на припасы для семей и детей на всё время их отсутствия. При встрече Сиди Али возвестил им победу, как прежде Сиди ат-Тахир.
Когда ряды противников сошлись, среди защитников под предводительством Сиди Али находились его сыновья Сиди Хмайда, Сиди ат-Тахир, Сиди Мухаммад аль-Ид и Сиди Мухаммад ас-Сагир. Вместе с ними были Сиди ат-Тахир ибн Абд ас-Садик, Сиди Ахмад ибн Сулейман ат-Тагзути, Сиди Али ибн Ханиш, Сиди Абдаллах Бадда, Сиди аль-Ахдар ибн Хаммана, Сиди Ахмад ибн Мухаммад и Сиди Ахмад ибн Саад, да будет доволен ими Аллах.
Сиди Али встал и сказал:
Пройдите передо мной, чтобы я посмотрел на каждого из вас по отдельности.
Все исполнили повеление, кроме Ахмада ибн Халида ибн Бу-Хальхаля из племени Саид. Тот сказал:
Я покинул свой шатёр только ради мученической гибели.
После ожесточённой битвы все защитники остались живы, кроме него, а Сиди Али, да будет доволен им Аллах, одержал победу.
Письмо Ибн Джаллаба и осада завии
Ибн Джаллаб пытался также добиться нейтралитета Шейха, отделив его от жителей родного города. Он направил ему письмо:
Наш Шейх и наставник, познавший Всевышнего Аллаха, Полюс Сиди аль-Хаджж Али ибн Сиди аль-Хаджж Иса ат-Тамасини! Мир вам.
Жители Тамасина ослушались моего приказа и не перестали противиться мне. Сообщаю вам, что я выступаю против них с военной силой, чтобы сломить их могущество при помощи находящихся со мной всадников и воинов.
Вы же — марабут, человек, связанный с Аллахом, которого мы считаем своим господином. Ваше положение у нас высоко. Когда услышите о моём выступлении против жителей Тамасина, не тревожьтесь и не опасайтесь меня — ни вы, ни те, кто связан с вами.
Пусть ваши последователи не защищают жителей Тамасина, ибо наша цель — только Тамасин и его жители, а вы не принадлежите к жителям Тамасина…
Сиди Али устно ответил подателю письма:
Передай своему господину, пославшему тебя ко мне с этим письмом, такие мои слова:
Ты написал в своём письме: «аль-Хаджж Али ат-Тамасини», и там же написал: «Я иду на Тамасин с военной силой».
Жители Тамасина заняты своими делами и трудом. Они работают ради достойной жизни своих детей и жён. Это мирные люди, большинство из них — бедняки и нуждающиеся. Нет среди них ни мятежа, ни раздора.
Что до меня, то я говорю тебе: твоё письмо — довод против тебя самого. Ведь ты назвал меня в нём «аль-Хаджж Али ат-Тамасини». Значит, я из Тамасина, как ты сам и написал. Это моя родина, место, где живу я, мои жёны и дети, где находится моё имущество. Мне не подобает отказываться от этой принадлежности.
Далее он привёл резкую народную поговорку: «Старик, да ещё даёт себя обмануть — прижми и режь». Смысл этих слов поясняют так: долгая жизнь должна научить человека мудрости и распознаванию уловок. Шейх продолжил:
Я — старик, и это предостережение относится ко мне. Меня не обманут ни похвалы, которыми ты меня украсил, ни мягкость твоего обращения.
Если Аллах наставит тебя, оставь жителей Тамасина трудиться для себя и заботиться о пропитании.
Если он согласится — этого мы и желаем. Если же откажется, скажи ему: Тамасин бодрствует, а не спит. Всевышний Аллах — с угнетённым и укрепляет его Своей помощью.
Ибн Джаллаб воспользовался внезапностью и напал на Тамасин с конницей и пехотой. Сиди Али сказал защитникам:
Сохраняйте терпение, взывайте к Всевышнему Аллаху сердцем и вверьте дело Аллаху, Пречист Он и Возвышен.
Кольцо осады сжималось, и ружейный огонь достиг внутреннего пространства завии. От ужаса и сильного страха у некоторых невольниц случились выкидыши.
Божественная ревность побудила Сиди аз-Зави, сына Сиди Али, находившегося в состоянии джазба — духовной поглощённости, — защищаться необычайными средствами: он брал сухой козий помёт и бросал во врагов, причиняя им страшный урон. Многие в неприятельском войске были убиты. Заметив это, Сиди Али сурово одёрнул его и запретил продолжать:
Я велел вам терпеть, а вы ослушались моего повеления и погубили рабов Аллаха средством, от которого они не способны защититься.
Сиди аз-Зави ответил:
Вы запретили нам действовать внешним образом, и мы повиновались. Но это — внутренняя защита, к которой нас вынудила необходимость.
Сиди Али призвал на него лишение зрения, хотя обычно никогда не молился о зле, и Сиди аз-Зави тотчас ослеп.
Когда положение дома Шейха стало ещё тяжелее, к нему подошли десять познавших Аллаха, обладавших духовными степенями. Среди них были Сиди ат-Тахир ибн Абд ас-Садик и Сиди Ахмад ибн Сулейман; остальные происходили из Уляд ас-Саих и Суфа. Один из них сказал:
Терпение иссякло. Мы — ваши слуги. Нас побудило сострадание к детям и женщинам, а также тревога о том бесчестье, которое может коснуться вашей чести и разнестись по странам.
Раз вы не желаете вводить своих сподвижников в сражение, мы, благодаря вашей химме и заботе, избавим вас и их от зла войны. Мы сообщили вам об этом, чтобы вы отпустили нас со своего дозволения: ослушаться вас для нас слишком тяжело.
Они продолжали говорить мягко и кротко, пока у одного из них не вырвалось:
Мы — ваши ифриты, господин мой! Напустите нас на них — и увидите!
Шейх взглянул на сказавшего это и рассмеялся, но в его улыбке чувствовался гнев:
Я и не думал, что у меня есть ифриты, пока вы сами не представились.
Рассказчик приводит поговорку: «Когда лев смеётся — он пожирает». Затем Шейх сказал им:
Расскажите мне, как поступали праведные предшественники из сподвижников нашего господина, Посланника Аллаха ﷺ, о которых он сказал: «Мои сподвижники подобны звёздам: за кем бы из них вы ни последовали, вы обретёте верный путь».8
Защищали ли они его ﷺ внешними средствами, когда положение становилось тяжёлым, хотя обладали особой заботой, тайнами и высокими духовными стоянками? Или говорили: «Мы — твои ифриты, мы защитим тебя внутренней защитой, посредством тайны»?
И это при тех великих тяготах и многочисленных войнах, которые им пришлось пережить!
Где ваша стоянка в сравнении с их стоянкой? Разве ваша тайна равна их тайнам? Какая постигшая вас беда сравнится с постигшим их?
Вам Аллах даровал тайну лишь ради милосердия к Своим рабам, а не ради их погибели. Сражаться тем способом, каким хотите вы, — значит сражаться обманом, а не согласно шариату.
Какое же основание для притязаний у вас есть? Вы — самые немощные из творений Аллаха и более всех нуждаетесь в Нём, Пречист Он и Возвышен. Именно Он защищает нас, вас и детей, о которых вы говорите, что они сильно напуганы.
Сиди Али упрекнул их за этот порыв. Всех их немедленно постигло наказание: число пострадавших составило одиннадцать человек, включая Сиди аз-Зави и Сиди ат-Тахира ибн Абд ас-Садика, да будет доволен ими обоими Аллах. Последний не произнёс ни слова, но находился вместе с ними.
Тем временем на владения Ибн Джаллаба напали с другой стороны. Его войско было вынуждено снять осаду и вернуться для собственной защиты. Так завершилась осада завии.
Знание, труд и служение людям
Став наставником, Сиди Али продолжал трудиться в садах. Он оставил более четырнадцати тысяч пальм, посаженных им или при его участии.
Сады давали работу молодёжи и средства на завию, учеников и бедняков. Не желая жить за чужой счёт, Сиди Али расходовал подарки вместе со своим имуществом на пути Аллаха.
В хозяйстве помогали Сиди Ахмад ибн Сулейман, Сиди Абдаллах Бадда, Сиди ат-Тахир ибн Абд ас-Садик и Сиди аль-Ахдар ибн Абд аль-Кадир аль-Бути. Они ведали урожаем, привозом пшеницы и ячменя из соседних областей, включая Тунис, приёмом гостей и снабжением нуждающихся. Многих бедняков Тамасина кормили постоянно.
«Вот это и есть алхимия»
Сиди Ибрахим ас-Судани, живший в тунисском городе Тозере, услышал о величайшем преемнике, Полюсе ат-Тамасини, да будет доволен им Аллах, о его высоком положении среди мусульман, известности среди тиджанийцев и особых дарах.
Сиди Ибрахим решил посетить Сиди Али ат-Тамасини в большой завии в Тамаллахте и попросить разрешения заниматься алхимией, которую некоторые считали наукой, способной превращать неблагородные металлы в редкие и драгоценные.
Он сохранил это намерение втайне и никому его не раскрывал, пока не вошёл в завию и не стал гостем Шейха.
Благодаря духовному свету Сиди Али, да будет доволен им Аллах, ему открылась цель посещения. Оказав гостю подобающий приём, Шейх вывел его в один из своих садов, чтобы показать пользу труда и возделывания земли, и предложил ему разные сорта фиников.
Затем Сиди Али остановил гостя и сказал:
Смотри внимательно.
Сиди аль-Хаджж Али стал прокапывать землю от оросительного канала к пальме и сказал:
Вот это и есть алхимия, бедняга! Возделывай землю — и она даст тебе урожай.
Сиди Ибрахим последовал наставлению. Аллах благословил его труд: он стал одним из крупнейших земледельцев Джерида и оставил детям тенистые сады, которые, по свидетельству автора жизнеописания, сохранялись в его время.
Дом Корана и знания
Сиди Али приглашал учёных из разных земель и определял каждому служение. В завии его дети, внуки и приезжие ученики изучали Коран, хадисы, фикх и арабский язык.
Сиди Саид аль-Фаси, вольноотпущенник Сиди Махмуда ат-Туниси, преподавал Коран, семь чтений, фикх и язык.
Сиди Ахмад ибн Аммар ат-Тагзути, ученик Сиди Халифы ибн Хасана аль-Гумари, преподавал и выносил фетвы. Сиди аль-Ахдар ибн Хаммана аль-Гумари преподавал и судил.
Другой учёный, Сиди Али ас-Судани, погребённый в Тамасине, обучал фикху, хадисам, языку, алхимии, астрономии, тайнам букв и математике.
Преподавал здесь и Сиди ат-Тиджани ибн Бабу аш-Шинкити из Мавритании.
Сиди Али одаривал знатоков Корана и их учителей. Когда Сиди Махмуд ибн ат-Тахир первым из его внуков окончил школу завии, он устроил торжество с учёными и знатными гостями, подарил ему пальмовый сад и сказал: «Сегодня завия обрела полноту».
Сиди Махмуд владел семью чтениями Корана, знал правила его написания и отличался прекрасным почерком. В семьях сохранялись переписанные им рукописи Корана и хадисов.
Между сыновьями Сиди Али распределил обязанности: Сиди Мухаммад аль-Ид возглавлял молитву вместо отца, Сиди Мухаммад ас-Сагир вёл домашние дела и снабжение, а их брат Сиди Али отвечал за земледелие. Сиди аль-Ахдар преподавал Коран и религиозные науки и мог выносить фетвы. Сиди Маамар (также Муаммар) советовал братьям, старший сын Хмайда (Ахмида) принимал гостей.
Примирение и защита соседей
Сиди Али примирил племена Труд и Уляд-Сууд в земле Суф: «Мы выкопали яму для смуты и похоронили её. Кто из вас извлечёт её оттуда, пусть пеняет только на себя».
Ибадитские торговцы Алжирской Сахары попросили его поручить заботу о них соседям — последователям Сиди Али из Уляд-Саид. Он дал такое наставление. Торговля наладилась, караваны обрели безопасность. Благодарность к нему передавалась поколениями: ибадитские делегации участвовали в торжествах завии, а Шейх Байюд пользовался почётом у тиджанийцев.
Духовное воспитание и ученики
Мукаддам и духовный воспитатель
Во время хаджа один из собратьев Сиди Ибн Саиха получил разрешение передавать вирд от мукаддама, назначенного Шейхом Ахмадом ат-Тиджани.
На обратном пути он попросил Сиди Али разрешения на некоторые зикры. Тот спросил:
— А есть ли у тебя разрешение передавать вирды тем, кто попросит их у тебя?
— Да, мукаддам такой-то уже дал мне это разрешение, — ответил паломник.
— А он духовный воспитатель — мурабби?
Шейх повторил вопрос, но паломник не знал ответа. Лишь после расставания понял: Сиди Али указывал на себя как на духовного воспитателя.
Продолжатели его служения
Когда Сиди ат-Тахир ибн Абд ас-Садик обрёл раскрытие в присутствии наставника, тот сказал: «Иди в Ифрикию и открой её посредством “Аль-Фатих ли-ма углик”». Ученик распространил Путь и этот салават в Тунисе и его областях. Погребён он в Тозере.
Сиди Абдаллаха ибн Укбу аль-Гумари Сиди Али направил в область Константины и соседние земли. Странствуя и передавая вирд, ученик привёл к Пути многочисленные группы жителей.
Получив разрешение передавать вирд, Сиди Мухаммад ибн Мансар ан-Наммуши попросил явных божественных знамений для своего невежественного и сурового народа. Сиди Али ответил: «Иди: я разрешаю тебе проявлять любые чудесные явления, какие пожелаешь». В Тебессе ученик прославился караматами и распространил Путь среди шавия, или намамша.
Сиди Абдаллаху Бадде Сиди Али разрешил духовное распоряжение сообществами джиннов.
Сиди Мухаммад ибн аль-Ильми, услышав повеление наставлять людей, признался: «Господин мой, пасти верблюдов в летнюю пору мне милее, чем нести бремя людей в наше время». Ему были милее неизвестность и служение Шейху. Сиди Али ответил:
Бедняга! Кто придёт к тебе с востока, назовёт тебя отцом, кто придёт с запада, назовёт тебя отцом, кто придёт справа, назовёт тебя отцом, кто придёт слева, назовёт тебя отцом.
Всё сбылось: Сиди Ибн аль-Ильми стал любимым наставником Эль-Алии, сохранив смирение и благоговейный адаб перед своим Шейхом.
Шариф Сиди Мухаммад ибн ас-Сиддик ас-Саихи много лет смиренно служил Сиди Али. Когда Аллах раскрыл его сердце, стал наставлять людей в Эт-Тайбате. Со всех сторон к нему приходили за благословением и духовной пользой.
Сиди Али отправил Сиди аль-Маннуби аль-Ифрики передавать Путь своему народу на тунисском побережье. Ученик опасался, что его не примут: жители следовали лишь тем, чьи чудеса видели воочию. Именно караматы привлекали многих в распространённый там тарикат Исавийя.
Придя в духовное волнение, Сиди Али разрешил ему проявлять те же чудеса, что и исавийские наставники, и передавать это разрешение другим. По «Гараиб аль-барахин», его последователи, в частности, лизали раскалённое железо без вреда. Зрители принимали их за исавийцев, пока не слышали имя Сиди Ахмада ат-Тиджани. Эти караматы привлекали людей к Сиди аль-Маннуби.
Сиди Мухаммад ибн Яма из Эль-Байяды в Вади-Суф часто посещал Сиди Али и любил оставаться при нём. Во время смуты жители Суфа проливали кровь и уничтожали чужие пальмы. Шейх велел ученику: «Иди и прочитай заклинание над землёй Суф: она обезумела».
Сиди Ибн Яма поспешил домой и по разрешению Шейха стал обходить землю с духовной сосредоточенностью, словно ограждая её. Аллах погасил смуту и вернул безопасность. С тех пор жители обращались к Сиди Ибн Яме в бедствиях и находили облегчение.
Среди других учеников известны Сиди аль-Ахдар ибн Абд аль-Кадир аль-Бути, Сиди Ахмад ибн Сулейман ат-Тагзути, Сиди Али ибн Ханиш аль-Гумари, Сиди Мухаммад аль-Ахдар ибн Хаммана аль-Гумари.
Среди его учеников также были Сиди Мухаммад ибн ан-Наср аль-Исави, Сиди Умар аль-Магриби, погребённый в Тунисе, и Сиди Умар аль-Алляни аль-Кайравани.
Сиди Мустафа ибн Аззуз
Сиди Мустафа ибн Мухаммад ибн Аззуз аль-Бурджи, наставник рахманийской халватийской традиции, приехал к Сиди Али по указанию своего Шейха Али ибн Умара, основателя завии Тульги. После духовного воспитания в Тамасине Сиди Али отправил его в Нефту на юге Туниса. Основанная там завия стала центром учёности и убежищем алжирских беженцев и повстанцев.
С обоими наставниками Сиди Али переписывался. Письма в Тульгу передавал уроженец Тамасина, живший там.
Видения и чудесные события
Сиди Сукайридж, вслед за Сиди Ибн Саихом, передаёт слова Сиди Али о частом видении Пророка ﷺ:
О такой-то, среди людей, живущих рядом с тобой в это время, есть тот, кто не делает ничего, ни малого, ни великого, иначе как с разрешения Пророка ﷺ, полученного лицом к лицу и воочию. Он даже не встаёт с постели, на которой спит, пока Пророк ﷺ не повелит ему.
Слушавшие поняли, что речь о нём самом. Сиди Ибн Саих добавляет: его духовное состояние подтверждало сказанное.
В «Итхаф» приводятся и другие его слова:
Вот уже восемнадцать лет я созерцаю Пророка ﷺ. Все свои движения и покой я получаю непосредственно от него. Даже когда хочу уснуть, он велит мне это ﷺ.
«Гараиб аль-барахин» сообщает и о беседе Сиди Али наяву с Шейхом Ахмадом ат-Тиджани, отвечавшим из могилы.
Пальма, нуждавшаяся в воде
По «Гараиб аль-барахин», гуляя по саду с Сиди Ахмадом ибн Сулейманом ат-Тагзути9, Сиди Али миновал пальму, затем вернулся, снял верхнюю одежду, прокопал канавку и пустил к ней воду. Он объяснил: «Она сообщила мне, что испытывает жажду: слуги её не полили».
Помощь в пути
Мауляй Ахмад аль-Абдалави, наставник Сиди Сукайриджа, рассказывал, как вёз с караваном три вьюка. Правитель города требовал по риалу за каждый. Денег не было, и он опасался лишиться груза.
Он обратился к духовной поддержке (химма) Сиди Али и просил Аллаха уберечь его в пути ради положения Шейха пред Ним.
С других взыскали плату, а он прошёл свободно: по его словам, Аллах скрыл его от сборщиков. Позднее Сиди Али спросил:
— Такой-то, заплатили ли люди французам риалы?
— Да, господин мой, кроме меня. Аллах скрыл меня от их глаз по благодати вашего положения пред Аллахом.
Залатанная одежда
По рассказу Мауляя Ахмада аль-Абдалави, посланец спешил предупредить Сиди Али о готовящемся нападении. Опасаясь разбойников, он надел залатанное рубище — мураккаа.
Застав Шейха среди старейшин племени и сподвижников, посланец постеснялся одежды и сел позади. Сиди Али обернулся:
Встань, подойди сюда. Если Аллах любит человека, Ему неважно, что тот одет в залатанное рубище, а если Он ненавидит его, Ему неважно, что тот одет в такое-то одеяние.
При этом Сиди Али назвал определённый вид дорогой одежды.
Разрешение, данное без просьбы
Мауляй Ахмад аль-Абдалави хотел попросить разрешения передавать вирд. Прежде чем он заговорил, Сиди Али сказал:
Тебе разрешено передавать Путь всякому, кто попросит его у тебя.
Сиди аль-Абдалави воздал Аллаху хвалу за эту великую милость.
Наставления и адаб
«Дощечка, мотыжка и чёточки»
Одно из его изречений соединяет учение, труд и поминание Аллаха:
Дощечка, мотыжка и чёточки — пока душа не выйдет.
Дощечка — для изучения Корана, мотыжка — для возделывания земли, чётки — для зикра. Он также говорил: «Кто воистину познал Аллаха, того не охватывает тревога» и «У меня нет врага, кроме шайтана».
Смирение и открытый дом
Одному из сыновей Сиди Али говорил:
Если окажешься в собрании, займи самое скромное место. Если тебя поднимут выше, это будет их милостью, если оставят, скажи: «Это моё место».
Всех детей он предостерегал:
Остерегайтесь ставить себя выше других, даже слуг: все вы — рабы Аллаха. Остерегайтесь думать, что вы лучше этих невольников: вы и они в равной степени рабы Аллаха. И остерегайтесь думать, что этот дом принадлежит лишь вам. Он принадлежит Шейху, и всё его имущество — имущество Шейха. У меня здесь нет ничего своего. Говорю вам: каждый, кто связан с Шейхом, имеет долю в этом моём доме.
О слуге по имени Саид он сказал:
Мой слуга знает наизусть «аль-Фатиху», «Салят аль-Фатих ли-ма углик» и «Джаухарат аль-Камаль». Его имя — Саид. Весь мир и всё, что в нём, не сравнятся с ним по ценности. Однако отправьте его в землю аль-Джарид.
О Шейхе ат-Тиджани
Его любовь к наставнику выражалась и в словах: «Кто является познавшим, пусть познает Сиди Ахмада, кто любит, пусть любит Сиди Ахмада, кто повествует, пусть повествует о Сиди Ахмаде ат-Тиджани. Что бы вы ни говорили о достоинствах Шейха, его достоинства превосходят ваши слова».
Он также говорил:
Кто обладает познанием, пусть познает Шейха. Кто говорит, пусть говорит о Шейхе. Кто служит, пусть служит Шейху.
И говорил:
Я говорю вам: эта эпоха принадлежит ат-Тиджани до Дня воскресения. Власть и распоряжение в ней принадлежат ат-Тиджани до Дня воскресения. Ни одному обладателю корзины или плетёной кошницы не осталось никакого распоряжения во владычестве ат-Тиджани.
И наставлял:
Не бойтесь никого, никакого создания в этом мире, какой бы степени оно ни достигло. Бойтесь лишь Аллаха, Пречист Он и Возвышен, Господина бытия ﷺ и Шейха.
Всякое исцеление выходит из моего дома, всякое врачевание исходит из моего дома. Всякий, кто обрёл счастье, обрёл его через мой дом. Всякий, кто был лишён, был лишён через мой дом.
Мой дом — красильня для авлия. Всё, что происходит в этом бытии, имеет исток в моём доме — до самого трубного гласа.
Степени последователей Пути
Мауляй Ахмад аль-Абдалави рассказывал: объясняя степени последователей Мухаммадова Пути, Сиди Али указательным пальцем правой руки поочерёдно указал на безымянный, средний и указательный пальцы левой и сказал:
— Степени сподвижников этого Мухаммадова Пути — ближняя, средняя и дальняя — вот так.
Затем он пояснил:
Ближняя степень: язык Присутствия Печати говорит её обладателю: «Если ты воспротивишься мне даже мимолётной мыслью — умрёшь неверным», — да сохранит Аллах.
Средняя степень — это степень мукаддамов, ибо назначение относится к великим степеням.
Дальняя степень — это степень тех, кому недостаёт твёрдой решимости на Пути. Леность мешает им должным образом исполнять требуемые от них обязанности. Порой они по лености даже просыпают ночную молитву — иша.
Однако люди всех этих степеней входят под поручительство Пророка ﷺ, о котором сообщил наш господин, да будет доволен им Аллах.
Следование Книге и Сунне
О своих детях и следовании за ними он предостерегал:
Если увидите, что кто-либо из моих детей летает на своём молитвенном коврике, но противоречит Книге и Сунне, — не следуйте за ним.
Последние годы и кончина
По пятницам Сиди Али ездил на мулице в старый Тамасин на молитву, вазифу и хайлялу. Это продолжалось, пока правительница не потребовала от городского имама угодной ей фетвы. За отказ его убили на минбаре. Сиди Али сказал: «Я не буду жить среди людей, которые не запрещают порицаемого». В 1257 году хиджры (1841 год) он установил пятничную молитву в своей завии.
В 1259 году хиджры (1843 год) Сиди Али тяжело заболел. Болезнь началась в области пупка.
Письмо из Бискры
В 1260 году хиджры (1844 год), когда французские войска достигли Бискры, от их властей пришло письмо: «Мы — люди мира и благодеяния и желаем сближения и знакомства». У них было намерение подчинить Тамасин.
Не ответив ни буквой, Сиди Али завернул письмо в белую льняную ткань и отправил Шувейхе, главе общины Тамасина, замещавшей сына. Она сказала: «Это знак смерти: льняная ткань, в которую завёрнуто письмо, свидетельствует об этом».
В эти дни он повторял:
Уходим, уходим! Это время испортилось и оказалось в руках тех, кто его портит. Кто говорит «я не лгу» — лжёт, кто говорит «я не краду» — крадёт. Остались лишь истинный шариф да истинный тиджани.
Он говорил также: «Лучше джаллаби, чем даввади, лучше даввади, чем христианин». Автор связывает эти слова с нежеланием жить под французской властью. Сиди Али просил Аллаха упокоить его прежде, чем он увидит колонизаторов и окажется под их властью. Он скончался до занятия Туггурта и окрестностей.
Последнее посещение сада и прощание с семьёй
За день и ночь до кончины Сиди Али пришёл в сад. Под большой плодоносящей пальмой росла маленькая, словно дочь возле матери. Он велел срубить большую у основания, оставив маленькую. Работники просили сохранить красивое, плодоносное дерево, но он настоял.
Когда пальму повалили, он сказал: «Благословение — в потомке. Говорят: кто оставил дочерей, тот не умер». «Гараиб аль-барахин» видит здесь указание на его кончину и переход служения к сыну.
В последнюю ночь Сиди Али велел двум служанкам омыть его и впал в духовное отсутствие. Придя в себя, спросил: «Разве я не велел вам омыть меня?» Они ответили, что омыли. «Я не почувствовал. Повторите омовение», — сказал он.
Служанку Фатиму он послал за женой аль-Хальвией и сыном Сиди Мухаммадом ас-Сагиром. Сыну велел собрать братьев для наставления:
Слушайте! Завещаю вам заботиться друг о друге. Завещаю вам поддерживать дела завии — молитву, чтение Корана и зикр. Кто в чём-либо нуждается, пусть придёт ко мне: если я не исполню его нужду, пусть призовёт меня к ответу перед Аллахом. Тому, кого я оставил на своём месте, принадлежат ключ, руководство молитвой, пальмовый сад и всё остальное.
Знайте, что я жив в своей могиле: отвечаю миром тому, кто приветствует меня миром. Я — привратник у дверей моего дома. При моей жизни распоряжался Шейх. После моей смерти буду распоряжаться я. И всё, чего достиг Шейх, достиг и я, кроме сокрытой стоянки. Завещаю вам доброе отношение к дому Шейха. Соблюдайте адаб с Шейхом Мухаммадом аль-Хабибом.
Аль-Хальвии он оставил два письма: Сиди Мухаммаду аль-Хабибу и своему сыну Сиди Мухаммаду аль-Иду. Повторял: «Мы уходим в Суф». Затем сказал: «Ступайте к своим ложам».
Сиди Мухаммад ас-Сагир предупредил братьев: «Эта ночь велика. Берегитесь сна: Шейх непременно уйдёт. Если жители Тамасина узнают о его смерти, они силой заберут его». Желая похоронить отца в Тамаллахте, где он жил, сыновья остались у внутренней мечети Хауш-аль-Абид.
Сиди Мухаммад ас-Сагир принёс, как обычно, воду для ночного омовения, но отец велел не приближаться. Через некоторое время сын вернулся и позвал: «Господин мой! Господин мой!» Ответа не было. Коснувшись сердца, он понял, что отец ушёл к Аллаху, и поспешил к братьям.
Сиди Али ат-Тамасини скончался во вторник, 22 сафара 1260 года хиджры (12 марта 1844 года), да помилует его Аллах.
Он был похоронен в завии в Тамаллахте возле Тамасина.
Ахмад ибн Билькасим ибн Лили, известный как Майда, из Гумара и любимый Шейхом Муса аль-Васиф, позванные одним из сыновей, омыли его и положили на циновку. После заупокойной молитвы читали Коран. Всё совершали тайно, опасаясь жителей Тамасина.
Из-за рыхлой почвы в могилу поместили деревянный ящик. Заперев наружную дверь, погребение завершили до рассвета. Утром пришедшие жители Тамасина узнали, что всё уже закончено.
Семья и потомки
У Сиди Али было пятнадцать сыновей и восемь дочерей11.
Сыновья и дочери
Сын
Рождение и кончина
Сведения
Хмайда
Род. 1198 г. х. (1783–1784 гг.) Ум. 1277 г. х. (1860–1861 гг.)
Старший сын. Мать — Фатима ат-Тамасиния. Умер в Тамаллахте.
Ат-Тахир
Род. 1204 г. х. (1789–1790 гг.) Ум. 1280 г. х. (1863–1864 гг.)
Родной брат Хмайды, младше на шесть лет. Умер в Тамаллахте.
Аз-Зави
Род. 1212 г. х. (1797–1798 гг.) Ум. 1262 г. х. (1845–1846 гг.)
Мать — Халима ат-Тамасиния. Умер в Хиджазе.
Мухаммад аль-Ид
Род. 1230 г. х. (1814–1815 гг.) Ум. 1292 г. х. (1875–1876 гг.)
Родной брат аз-Зави, первый преемник отца. Погребён рядом с ним.
Мухаммад ас-Сагир
Род. 1232 г. х. (1816–1817 гг.) Ум. 1309 г. х. (1891–1892 гг.)
Мать — аль-Хальвия ас-Саихия. Погребён рядом с отцом.
Али Первый
Род. 1238 г. х. (1822–1823 гг.) Ум. 1300 г. х. (1882–1883 гг.)
Погребён в усыпальнице отца.
Мухаммад аль-Хабиб
Род. 1239 г. х. (1823–1824 гг.) Ум. 1280 г. х. (1863–1864 гг.)
Погребён в Эль-Хаджире.
Ибн Салим
Род. 1239 г. х. (1823–1824 гг.) Ум. 1273 г. х. (1856–1857 гг.)
Умер в Благородной Мекке.
Аль-Ахдар
Род. 1239 г. х. (1823–1824 гг.) Ум. 1292 г. х. (1875–1876 гг.)
Мать — аль-Хальвия, также названная ас-Сахией. Погребён рядом с отцом.
Маамар
Род. 1241 г. х. (1825–1826 гг.) Ум. 1310 г. х. (1892–1893 гг.)
Погребён в усыпальнице отца.
Хаддари
Род. 1243 г. х. (1827–1828 гг.) Ум. 1295 г. х. (1878 г.)
Мать — Фатима ат-Тамасиния. Умер и погребён в Тунисе.
Мухаммад аль-Кабир
Род. 1247 г. х. (1831–1832 гг.) Ум. 1291 г. х. (1874–1875 гг.)
Погребён в усыпальнице отца.
Мухаммад ас-Сули
Род. 1259 г. х. (1843–1844 гг.) Ум. 1314 г. х. (1896–1897 гг.)
Мать — аль-Джалля ас-Саихия. Родился за год до кончины отца, погребён в его усыпальнице.
Ахмад Зинкилю
Род. 1259 г. х. (1843–1844 гг.) Ум. 1260 г. х. (1844–1845 гг.)
Прожил шесть месяцев.
Али Младший
Род. 1259 г. х. (1843–1844 гг.) Ум. 1260 г. х. (1844–1845 гг.)
Прожил пять месяцев, скончался вскоре после отца.
Его дочерей звали Саадия, Фатима, Наджма, Футайма, Арабия, Мама, Хадда и Джума.
Родство с домом Шейха Ахмада ат-Тиджани
Сиди Али просил, чтобы его кровь и плоть соединились с кровью и плотью наставника. Эта просьба исполнилась в браках дочерей Сиди Мухаммада аль-Хабиба с его сыновьями и внуками.
Дочери Сиди Мухаммада аль-Хабиба, сына Шейха Ахмада ат-Тиджани, вышли за сыновей и внуков Сиди Али, дав начало многочисленному потомству:
Дочь аль-Хабиба
Кончина и погребение
Супруг и дети
Хадиджа Старшая
Умерла в 1299 г. х. (1881–1882 гг.), погребена в Айн-Мади.
Мухаммад аль-Ид
Фатима Барри
Умерла в Мекке в 1276 г. х. (1859–1860 гг.).
Мухаммад ас-Сагир. Сын — Мухаммад
Хадиджа Вторая
Умерла в 1301 г. х. (1883–1884 гг.), погребена в Тамасине.
Мухаммад ас-Сагир, после смерти сестры. Сын — аль-Ид
Фатима Кина
Умерла в 1290 г. х. (1873–1874 гг.), погребена в Айн-Мади.
Хаддари
Хафса
Умерла в 1298 г. х. (1880–1881 гг.), погребена в Гумаре.
Мухаммад аль-Хабиб
Мама Первая
Умерла в 1298 г. х. (1880–1881 гг.), погребена в Тамасине.
Маамар
Мама Вторая
Умерла в 1275 г. х. (1858–1859 гг.), погребена в Айн-Мади.
Аль-Ахдар
Аиша Хурра
Умерла в 1318 г. х. (1900–1901 гг.), погребена в Айн-Мади.
Али
Аиша Кина
Умерла в 1275 г. х. (1858–1859 гг.), погребена в Тамасине.
Мухаммад аль-Араби, внук Сиди Али. Сын — Мухаммад аль-Кабир
Кульсум
Умерла в 1289 г. х. (1872–1873 гг.), погребена в Тамасине.
Мухаммад ас-Сули
Рукайя
Умерла в 1287 г. х. (1870–1871 гг.), погребена в Тамасине.
Махмуд, внук Сиди Али
Халлюма
Умерла в 1317 г. х. (1899–1900 гг.), погребена в Тамасине.
Мухаммад аль-Араби, внук Сиди Али. Сын — Мухаммад аль-Ид
Мубарака
Умерла в 1307 г. х. (1889–1890 гг.), погребена в Тамасине.
Мухаммад, внук Сиди Али. Сын — Мухаммад аль-Башир
Ямина
Умерла в 1285 г. х. (1868–1869 гг.), погребена в Гумаре.
Ахмад, внук Сиди Али
Авиш
—
Хаддари. Сын — Араби
Преемники в Тамасине
После кончины Сиди Али служение в завии продолжили его сыновья, а затем потомки. Ниже приведены годы начала и окончания их руководства.
Наставник
Годы руководства
Сиди Мухаммад аль-Ид, сын Сиди Али
Начало: 1260 г. х. (1844 г.) Окончание: 1291–1292 г. х. (1875 г.)
Сиди Мухаммад ас-Сагир, сын Сиди Али
Начало: 1291–1292 г. х. (1875 г.) Окончание: 1309–1310 г. х. (1892 г.)
Сиди Маамар, сын Сиди Али
Начало: 1309–1310 г. х. (1892 г.) Окончание: 1310–1311 г. х. (1893 г.)
Сиди Хамма ибн Мухаммад аль-Ид
Начало: 1310–1311 г. х. (1893 г.) Окончание: 1330–1331 г. х. (1912 г.)
Сиди аль-Башир, сын Сиди Хаммы
Начало: 1330–1331 г. х. (1912 г.) Окончание: 1336–1337 г. х. (1918 г.)
Сиди Мухаммад аль-Ид
Начало: 1336–1337 г. х. (1918 г.) Окончание: 1345–1346 г. х. (1927 г.)
Сиди Ахмад ибн Хамма
Начало: 1345–1346 г. х. (1927 г.) Окончание: 1398–1399 г. х. (1978 г.)
Сиди аль-Башир ибн аль-Ид Второй
Начало: 1398–1399 г. х. (1978 г.) Окончание: 1420–1421 г. х. (2000 г.)
Сиди Мухаммад аль-Ид, сын Сиди Мухаммада аль-Башира
Начало: 1420–1421 г. х. (2000 г.) Окончание: 1448 г. х. (2026 г.)
В 1284 году хиджры (1867–1868 гг.) Сиди Мухаммад аль-Ид возвёл над могилой отца прочную, искусно украшенную усыпальницу с высоким куполом и шёлковыми тканями. Автор «Гараиб аль-барахин» описывает радость и душевный простор её посетителей.
Много лет спустя Сиди Сукайридж услышал от своего наставника Мауляя Ахмада аль-Абдалави рассказ о том, как Сиди Али разрешил ему передавать вирд, не дожидаясь просьбы. Он подумал:
Как прекрасно разрешение, полученное таким образом! Интересно, если бы я попросил моего наставника об этом, дал бы он мне его?
Сиди Сукайридж решил не просить: лучше то, что даровано без просьбы. Так и прежде он с благодарностью Аллаху принимал любовь наставника.
Наставник же разрешал любые просьбы, приводя через Сиди Ибн Саиха слова Шейха Ахмада ат-Тиджани:
Я люблю всякого, кто просит у меня.
Сиди Сукайридж объясняет эти слова стремлением приносить пользу рабам Аллаха.
Сиди аль-Абдалави обернулся к нему и сказал: «Тебе разрешено».
Увидев в этом духовное раскрытие наставника, Сиди Сукайридж поблагодарил Аллаха за незаслуженный дар и попросил содействия в угодном Ему.
Продолжение учёной жизни
У сыновей и внуков появились семейные учителя: при Шейхе Хамме — Сиди Ахмад Бассаси и его брат Сиди ат-Тахир, при Сиди аль-Иде ибн Мухаммаде ас-Сагире — Сиди Ахмад ибн Мурейзик аль-Гумари, при Сиди ас-Садике ибн Мухаммаде аль-Иде — Сиди Али ибн Амурийя аль-Гумари, при Сиди Махмуде ибн Мухаммаде аль-Иде — Сиди Али ибн Майлуд.
В Хауш-аль-Абид преподавали Сиди Иди аль-Айиб и муэдзин Сиди аз-Зави.
В Тунис на учёбу отправились: в 1349–1350 годах хиджры (1931 год) — братья ас-Сагир, Араби и Махмуд, сыновья Шейха Хаммы, в 1350–1351 годах хиджры (1932 год) — Абд аль-Хамид ибн Алива, в 1351–1352 годах хиджры (1933 год) — Сиди аль-Ид ибн Али.
В завии действовали кружки: в Дар-аль-Карруса преподавал Шейх Хамма, у Сиди Ахмада ибн Хаммы изучали религиозные дисциплины, у Сиди Хакки ас-Саиха — литературу и поэзию.
Обновление усыпальницы и школы
Потомок Сиди Али Сиди Мухаммад аль-Башир ибн аль-Ид Второй обновил усыпальницу. На открытии 7 шаабана 1419 года хиджры (26 ноября 1998 года) присутствовали Сиди Абд аль-Джаббар ат-Тиджани, потомок Сиди Ахмада ат-Тиджани, шарифы и многочисленные братья.
Сиди Мухаммад аль-Башир начал также обновление коранической школы. После его кончины дело завершил сын Сиди Мухаммад аль-Ид. Школа открылась 3 раджаба 1421 года хиджры (3 октября 2000 года). Первоначально в ней было два класса и вспомогательные помещения. Первый выпуск знатоков Корана чествовали на маулиде 1423 года хиджры (2002 год), последующие — в рамадан и дни рождения Пророка ﷺ.
Память в стихах
С гробницей Сиди Али ат-Тамасини связаны элегия Сиди Ибрахима ар-Рияхи и хвалебная касыда Мухаммада аль-Ида Аль Халифы.
Элегия Сиди Ибрахима ар-Рияхи
Остановись со смирением, стыдливостью и почтением, Дай льющимся слезам свободно течь.
Соблюдай истинный адаб и сними Обувь собственной гордости перед этим макамом.
Проси Аллаха о желанном и умножай просьбы: Ты достоин получить всё, к чему стремишься.
Ведь ты находишься подле сына Исы — Избранника святых, имама Али.
Стояние при нём по своему достоинству равно Стоянию между Замзамом и Макамом.
Он — потомок лучшего из людей; в нём Духовное родство подкрепило родство телесное.
Свет солнца сына Салима возвышается Меж цветами восточного ветра и полной луной.
Милость Аллаха к творениям и помощь, Благотворный дождь, изливающийся из облаков.
Клянусь Аллахом, погребавшие его не ведали, Что положили в прах драгоценность высот.
Не один лишь Тамасин лишился его: Это утрата для всего свода ислама.
Он не умер смертью в полном смысле слова: Это лишь переход к славе Обители мира.
Да приветствует Аллах его душу благоуханием довольства, А его прах — чистейшим приветствием мира.
Да дарует людям прекрасное терпение: Разлука с ним повергла их в смятение.
Мир померк, когда было отмечено его кончиной: «Скрылся полюс руководства, имам людей».
Касыда Мухаммада аль-Ида Аль Халифы
О посетитель этого святилища! Ты достиг желанного. Доверься здесь благой вести, оставь всякое сомнение.
Без сомнения, ты пришёл ко вратам Аллаха, А пришедший к вратам Аллаха удостаивается безопасности.
Соблюдай здесь этикет царских дворов: Пред тобой по решению Аллаха владыка, утвердившийся в своём положении.
Приветствуй его и стой, ища через него заступничества Перед твоим Всевышним Господом; проси — и тотчас получишь.
Здесь — наследник степени Печати ат-Тиджани, Халифа земли Али ат-Тамасини.
Приют каждого притеснённого, руководство всякому растерянному, Утешение всякому опечаленному, богатство всякому бедняку.
О господин мой! Я пришёл к тебе посетителем и гостем. Разве бывает несчастен гость султанов?
Твоя гробница возвышенна, хотя находится в земле, Твоя могила — из благоухания, хотя сложена из глины.
В ней о благоухании твоей тайны возвещает Небесное дуновение из цветов мира барзаха.
Неудивительно, что твой гость получает просимое, Достигает довольства, защиты и неприступности.
Вознагради мою добрую надежду принятием и довольством Ради достоинства твоих благороднейших, благословенных сыновей.
Они остались вождями Ахмадийского пути, господами, Высоко несущими головы, гордыми в своём благородстве.
Пребывай же почитаемым у Господа, заступником, И оставайся высоким в мире и в религии.
Примечания
Шейх Ахмад Сукайридж аль-Фаси — марокканский исламский учёный, судья и наставник тариката Тиджанийя. Родился в 1295 году хиджры (1878 год) в Фесе, получил образование в аль-Каравийин. Был учеником Шейха Ахмада аль-Абдалави. Скончался в 1363 году хиджры (1944 год). Автор «Кашф аль-хиджаб» — собрания жизнеописаний сподвижников Шейха Ахмада ат-Тиджани, одного из основных источников этой статьи. ↩︎
Али ибн Халифа — автор выпускной работы по истории «Шейх аль-Хаджж Али ат-Тамасини. Его жизнь и наследие. 1766–1844», подготовленной в Университете Эль-Уэда в 1434–1435 годах хиджры (2013 год). Исследование цитирует «Гараиб аль-барахин», «аль-Урф ар-райхани» и другие сочинения. Семейные сведения сверены по его русскому переводу, с. 29–33; сведения об учителях и школе — с. 78–81. Оба стихотворения приведены по переводу приложения. ↩︎
Арабская биография на сайте «Нафахат»: беседа с Сиди Мухаммадом аль-Кабиром, переписка во время осады Айн-Мади, столкновения с Бану Джаллаб и история Ибрахима ас-Судани. Письмо аль-Хабиба в самом арабском источнике передаётся по смыслу, а не как документальная копия. В начале рассказа об осаде указана дата 1254 года хиджры (12 июня 1838 года), затем сказано, что осада началась через десять дней. Какое событие относится к первой дате, не уточняется. ↩︎
«Итхаф ахль аль-маратиб аль-ирфания» Сиди Мухаммада аль-Худжуджи аль-Хасани, т. 1, с. 200. ↩︎
Шейх Мухаммад аль-Араби ибн Мухаммад ас-Саих аш-Шарки аль-Умари — марокканский учёный и наставник Тиджанийи, живший в Рабате. Скончался в 1309 году хиджры (1892 год). Автор «Бугьят аль-мустафид ли-шарх Муньят аль-мурид» («Бугья») — комментария об учении тариката и духовном воспитании. ↩︎
Шейх Шариф Мухаммад ат-Таййиб ас-Суфьяни аль-Хасани — марокканский суфий, один из близких учеников Шейха Ахмада ат-Тиджани, живший в Фесе. Скончался в 1259 году хиджры (1843–1844 гг.). Составитель «аль-Ифада аль-Ахмадийя ли-мурид ас-са‘ада аль-абадийя» («Ахмадовы наставления для стремящегося к вечному счастью») — сборника изречений и наставлений своего учителя. ↩︎
Существуют разные версии рассказа о конфликте с Ибн Джаллябом. ↩︎
Близкий смысл — особое значение присутствия сподвижников как защиты для общины — подтверждается достоверным хадисом Абу Мусы аль-Ашари, да будет доволен им Аллах, переданным от него его сыном Абу Бурдой:
«Мы совершили молитву магриб вместе с Посланником Аллаха ﷺ, а затем сказали: “Хорошо бы нам остаться здесь, пока мы не совершим с ним молитву иша!” И мы остались сидеть. Он вышел к нам и спросил: “Вы всё ещё здесь?” Мы ответили: “О Посланник Аллаха! Мы совершили с тобой магриб, а затем решили остаться, пока не совершим с тобой иша”. Он сказал: “Вы поступили хорошо” — или: “Вы поступили правильно”.
Затем он поднял голову к небу — а он часто поднимал голову к небу — и сказал: “Звёзды — защита для неба. Когда звёзды уйдут, с небом случится то, что ему обещано. И я — защита для моих сподвижников. Когда я уйду, с моими сподвижниками случится то, что им обещано. И мои сподвижники — защита для моей общины. Когда мои сподвижники уйдут, с моей общиной случится то, что ей обещано”».
«Сахих» Муслима, хадис № 2531, книга «Достоинства сподвижников». Этот хадис подтверждает указанный общий смысл, но сам по себе не устанавливает достоверность формулировки «за кем бы из них вы ни последовали, вы обретёте верный путь». ↩︎
Сиди Ахмад ибн Сулейман ас-Суфи ат-Тагзути — сподвижник Шейха Ахмада ат-Тиджани, связанный с Тагзутом в Вади-Суф, помощник Сиди Али в делах завии. Али ибн Халифа, с. 55, 57, 76. ↩︎
В переводе «лишение» понимается как утрата духовного дара; «красильня для авлия» — образ обретения духовной «окраски». ↩︎
Григорианские диапазоны для годов рождения и кончины и диапазоны хиджры для сроков руководства рассчитаны по табличному исламскому календарю. Они показывают возможные годы, а не точные даты событий. Датировки с указанием дня и месяца сохранены по источникам; местное лунное наблюдение может отличаться от табличного расчёта на один день. ↩︎
«А те, которые пришли после них, говорят: “Господь наш! Прости нас и наших братьев, которые уверовали раньше нас! Не насаждай в наших сердцах ненависти и зависти к тем, кто уверовал. Господь наш! Воистину, Ты — Сострадательный, Милосердный”» (59:10)
Вся хвала принадлежит Аллаху, Господу миров, Всемилостивейшего, Милостивого, Властелину Дня воздаяния! Тебе одному мы поклоняемся и Тебя одного молим о помощи. Веди нас прямым путём — путём тех, кого Ты облагодетельствовал, не тех, на кого пал гнев, и не заблудших.
О Аллах, благослови нашего Господина Мухаммада, открывшего то, что было закрыто, завершившего то, что предшествовало, помощника истины посредством Истины и ведущего к Твоему прямому пути, а также его семью, сообразно его достоинству и великому положению.
Шейх Мухамаду Махи Сиссе — внук Шейха Ибрахима Ньясса и официальный представитель Файды. Он обучает учеников, наставляет их на духовном пути и помогает нуждающимся.
Медина Бай находится в сенегальском Каолаке, но её жители считают её отдельным городом — городом внутри города. Её основал Шейх Ибрахим Ньясс. Именно здесь зародилось движение Файды, и с самого начала Медина Бай была его духовным центром. Файда — духовное излияние, связанное со служением Шейха Ибрахима Ньясса. Отсюда его наставления распространялись далеко за пределы Сенегала.
В Медине Бай в 1385–1386 году хиджры (1966 год) родился его внук, Шейх Мухамаду Махи Сиссе. Его детство прошло в атмосфере изучения Корана, совместного поминания Аллаха и бесед о духовном пути.
Его отец, Шейх Сиди Али Сиссе, был ближайшим сподвижником и первым халифом Шейха Ибрахима Ньясса, а также первым имамом Большой мечети Медины Бай. Мать, Сейида Фатима Захра Ньясс, — старшая дочь Шейха Ибрахима.
Шейх Махи Сиссе — третий сын в семье и младший брат Имама Хасана Сиссе и Шейха Ахмада Тиджани Сиссе. Впоследствии старшие братья продолжили дело отца, а он помогал им обучать и наставлять учеников.
В 1395 году хиджры (1975 год), когда Шейху Махи было девять лет, скончался его дед, а в 1402 году хиджры (1982 год) — отец.
Детство и образование
Его обучение началось с изучения Корана под руководством мавританского учёного Шейха Абдаллаха ульд Раббани, посвятившего себя служению Шейху Ибрахиму Ньяссу. К двенадцати годам Сиди Махи выучил Коран наизусть.
Затем он продолжил образование в Медине Бай, посещая маджалис аль-ильм — традиционные занятия, на которых учёные передают знания ученикам. Его наставником был отец, Шейх Сиди Али Сиссе. Он изучал арабскую грамматику, исламское право маликитского мазхаба, богословие и суфийское учение о воспитании души.
После смерти отца его обучение продолжилось под руководством Байе Ваде — ученика Шейха Сиди Али Сиссе и тёзки Шейха Ибрахима Ньясса. Заботу о его духовном воспитании на пути тасаввуфа (сулюк) взял на себя старший брат, Шейх Хасан Сиссе.
Позднее, с благословения семьи, Шейх отправился в Египет, где изучал исламские науки и арабскую литературу в университете аль-Азхар.
Так его образование объединило две традиции: обучение у духовных наставников Западной Африки и университетскую подготовку в аль-Азхаре.
Шейх свободно говорит на волоф, арабском и английском, а также понимает французский и хауса. Знание языков помогает ему общаться с учениками Медины Бай и последователями из других стран.
Наставления и личный пример
В основе его наставлений лежат Коран и Сунна Пророка Мухаммада ﷺ, учение Шейха Ахмада ат-Тиджани и духовное наследие Шейха Ибрахима Ньясса. В пятничных проповедях, университетских лекциях и беседах с учениками он вновь и вновь обращается к основам веры и напоминает об ответственности человека перед Аллахом и Его творениями.
Шейх объясняет сложные вопросы, помогает преодолеть сомнения и обрести опору в вере. Он часто говорит о любви к Посланнику Аллаха ﷺ, взаимном уважении, терпимости и милосердии.
На встрече, посвящённой Исламу и миру, в Тамбакунде Шейх говорил:
Если бы мы следовали учению Ислама, мы жили бы в мире с самими собой, с соседями и со всем миром.
«Ислам — это мир», — напомнил Шейх в той же беседе. По его словам, слово «мир» и производные от него встречаются в Коране 133 раза, тогда как слово «война» — лишь шесть раз. Он уточнил, что джихад является частью Ислама, но его цель — противостоять угнетению или защищаться в случае нападения. Перевод с французского по репортажу агентства APS, опубликованному SeneNews.
Близкие отмечают его скромность, простоту в общении и стремление держаться в стороне от мирской суеты. Читая стихи Шейха Ибрахима Ньясса — неторопливо, мелодично и со смирением, — он передаёт слушателям любовь к Аллаху и Его Посланнику ﷺ.
Преподавание и воспитание молодёжи
Особое внимание Шейх уделяет молодёжи, поэтому последователи называют его «Шейхом молодёжи». Для учеников Медины Бай он проводит занятия на языке волоф, для слушателей из других стран — на английском.
После учёбы в Египте Шейх Махи Сиссе вернулся в Медину Бай и начал работать в Афро-Американском исламском институте (AAII). Институт основал в 1409 году хиджры (1988 год) старший брат Шейха, Имам Хасан Сиссе. Он многое сделал для укрепления связей Медины Бай с последователями в Америке и других частях света.
Имам Хасан поручил ему руководство учебной частью института. Здесь готовят хафизов — людей, знающих Коран наизусть, — и дают детям и молодёжи исламское и светское образование. Наряду с преподаванием ведётся гуманитарная работа. Он также получил общий консультативный статус при Экономическом и Социальном Совете ООН.
По инициативе Шейха действует программа помощи воспитанникам интерната AAII. Его ученики из разных стран покрывают основные расходы на содержание детей.
Шейх поддержал намерение правительства Сенегала покончить с детским попрошайничеством. При этом он призвал государство оказывать помощь даарам — кораническим школам, — чтобы дети могли получать образование в достойных и безопасных условиях.
О сохранении коранических школ Шейх говорит: «Мы должны сохранить наши даары и ценности, которым в них учат» (перевод с французского).
По его мнению, поддержка учителей Корана и полноценное религиозное образование помогают защитить молодёжь от радикализма. Ссылаясь на опыт Нигерии, он предостерегал от пренебрежения воспитанием и напоминал об ответственности общества за детей.
Шейх также призывает разъяснять учащимся смысл джихада, чтобы они могли распознавать и отвергать толкования, которыми экстремисты оправдывают насилие.
Поездки и выступления
Поездки Шейха за пределы Сенегала связаны с преподаванием и общением с учениками. Он посещал Мавританию, Нигерию, США и Великобританию, а Судан — в составе делегации Файды. В Нью-Йорке он встречался с общинами последователей, поддерживающими связь с Мединой Бай. Некоторые семьи отправляли туда детей изучать Коран и исламские науки.
В Малайзии и Сингапуре Шейх проводит занятия и встречается с последователями Тиджанийи и Файды. В Малайзии он также выступил на Международной суфийской конференции, организованной правительством страны под эгидой премьер-министра.
В общественных выступлениях Шейх обращается к вопросам мира и защиты семьи. После нападения на редакцию Charlie Hebdo он осудил насилие и поднял вопрос о границах свободы слова и избирательном подходе к её защите. На Международной конференции мира в Дакаре он участвовал в обсуждении вклада Ислама в укрепление мира.
На консультации Фонда ООН в области народонаселения (ЮНФПА) в Дакаре он говорил о роли религиозных лидеров в вопросах репродуктивного здоровья. По приглашению ЮНФПА он также выступил перед парламентариями Чада в поддержку запрета детских браков. В Турции Шейх представлял Сенегал на встрече исследовательского центра Организации исламского сотрудничества (SESRIC).
Представитель Файды
В 1429 году хиджры (2008 год) скончался Имам Хасан Сиссе. Его преемником на посту имама Большой мечети стал брат, Шейх Ахмад Тиджани Сиссе. Шейх Махи стал заместителем Шейха Ахмада Тиджани и одним из его ближайших соратников. Он взял на себя значительную часть работы по поддержанию международных связей общины, которые Имам Хасан выстраивал на протяжении многих лет.
В 1439 году хиджры (2018 год), после праздничной молитвы по случаю Ид аль-Фитр, халиф Медины Бай Шейх Ахмад ат-Тиджани Ньясс объявил о назначении Шейха Махи Сиссе официальным представителем Файды. Это решение единодушно поддержали потомки и ученики Шейха Ибрахима Ньясса.
После кончины Шейха Ахмада ат-Тиджани Ньясса в 1441–1442 году хиджры (2020 год) халифом стал Шейх Мухамаду Махи Ньясс — тесть Шейха Махи Сиссе. При нём Шейх Махи Сиссе продолжил выполнять обязанности официального представителя Файды.
Как представитель Файды он выступает с обращениями к властям и паломникам, а также участвует в подготовке ежегодного Гаму — празднования Мавлида, на которое в Медину Бай съезжается множество верующих.
Милосердие и забота о людях
Забота Шейха Махи Сиссе о людях воплотилась в образовательных, медицинских и благотворительных проектах.
В 1436–1437 году хиджры (2015 год) он основал Alfityanu Humanitarian International (AHI) — сеть некоммерческих организаций с центром в Люксембурге и партнёрскими организациями в Европе, Африке и США. Её программа помощи уязвимым группам населения в сельских районах Сенегала зарегистрирована на платформе партнёрств ООН по Целям устойчивого развития.
AHI поддерживает студентов, сирот, женщин с инвалидностью и сельских жителей. Организация обеспечивает нуждающихся продовольствием и лекарствами, помогает получить медицинскую помощь, ведёт программы микрофинансирования и профессионального обучения.
Один из крупнейших проектов AHI — действующий медицинский центр в Тайба-Ньяссен, родном селении Шейха Ибрахима Ньясса в департаменте Ниоро-дю-Рип. Центр принимает пациентов, делая медицинскую помощь доступнее для жителей Тайбы и соседних деревень. Его проект предусматривает родильное, педиатрическое и урологическое отделения. Снижение материнской и детской смертности — одна из главных задач центра. Проект включён в базу партнёрств ООН по Целям устойчивого развития.
К празднику Ид аль-Адха Шейх организует помощь нуждающимся семьям Каолака, в том числе раздачу жертвенного мяса. В этой работе участвуют международные партнёры: Gift of the Givers из Южной Африки, IDDEF из Турции и Sout Ilaahi из Сингапура.
Книги, лекции и поэзия
Свои наставления Шейх излагает не только на занятиях, но и в книгах, лекциях и стихах. Среди его трудов — «Ночное путешествие и вознесение» («Аль-Исра ва-ль-Мирадж»), книга об этих событиях в жизни Пророка Мухаммада ﷺ. Она вышла также на английском и французском языках.
Шейху принадлежит также трактат «Джихад в исламе». В Университете Шейха Анта Диопа в Дакаре он прочитал лекцию «Благодарность и признательность в исламе».
В своей поэзии Шейх обращается к наследию Пророка Мухаммада ﷺ, а также к наследию Шейха Ахмада ат-Тиджани, Сиди аль-Хаджжа Умара аль-Фути, Шейха Ибрахима Ньясса и других духовных наставников.
Заключение
В служении Шейха Мухамаду Махи Сиссе наследие его наставников живёт в занятиях с учениками, духовном воспитании и заботе о людях. Любовь к Аллаху и Его Посланнику ﷺ находит выражение и в слове, и в деле.
Да сделает Аллах его знания и труды полезными для людей и да укрепит всех, кто служит им ради Его довольства. Аминь.
Вся хвала принадлежит Аллаху, Господу миров, Всемилостивейшего, Милостивого, Властелину Дня воздаяния! Тебе одному мы поклоняемся и Тебя одного молим о помощи. Веди нас прямым путём — путём тех, кого Ты облагодетельствовал, не тех, на кого пал гнев, и не заблудших.
О Аллах, благослови нашего Господина Мухаммада, открывшего то, что было закрыто, завершившего то, что предшествовало, помощника истины посредством Истины и ведущего к Твоему прямому пути, а также его семью, сообразно его достоинству и великому положению.
Сон и встреча (1191 г. х. (1777–1778 гг.))
Среди сподвижников Шейха Ахмада ат-Тиджани особое место занимает Сиди Али Харазим, которого в тиджанийской традиции почитают за духовное совершенство и исключительную близость к основателю пути.
Его полное имя — Абу аль-Хасан Сиди аль-Хаджж Али ибн аль-Араби Баррада аль-Магриби аль-Фаси. Он широко известен как Сиди Али Харазим. Его почитают как «величайшего халифу», совершенного святого и хранителя сокровенного знания и духовных тайн Шейха Ахмада ат-Тиджани.
О его высоком положении свидетельствуют предания тариката о духовных видениях Шейха Ахмада ат-Тиджани. Согласно этим сообщениям, Пророк Мухаммад ﷺ указывал Шейху на исключительное положение Сиди Али Харазима. В одном из таких сообщений передаются слова: «Он по отношению к вам занимает то же положение, что и Абу Бакр по отношению ко мне». В другом — наставление: «О Сиди Ахмад, хорошо заботьтесь о вашем величайшем слуге и известном возлюбленном, Сиди Али Харазиме, ибо он по отношению к вам в положении Харуна к Мусе. У меня нет для вас большего наставления относительно вашего слуги, чем это».
Согласно преданию, задолго до первой встречи с Шейхом ат-Тиджани Сиди Али Харазим увидел вещий сон, предвещавший его будущий духовный путь. Однако со временем подробности этого сна стёрлись из его памяти.
Поворотный момент наступил в 1191 году хиджры (1777–1778 годы)1. В то время Шейх Ахмад ат-Тиджани покинул Тлемсен и направился в Фес, чтобы посетить мавзолей почитаемого святого Мауляя Идриса2. В Уджде он встретил Сиди Али Харазима.
До этого они не были знакомы лично. Но благодаря духовному раскрытию (кашф) Шейх ат-Тиджани узнал своего будущего ученика. Он подошёл к Сиди Али и пересказал ему подробности забытого сна, предвещавшего их встречу.
Вспомнив свой сон, Сиди Али Харазим признал истинность слов Шейха и увидел в этой встрече исполнение Божественного предопределения. Это событие напоминает слова пророка Юсуфа: «Господь мой сделал его явью»3. Шейх ат-Тиджани обратился к нему со словами: «Разве ты не боишься Аллаха, утруждая меня идти со своего места к тебе, тогда как у меня нет иной нужды, кроме как встретиться с тобой? Так восхвали же Аллаха за это».
Потрясённый этой божественной милостью, Сиди Али Харазим вознёс хвалу и благодарность Аллаху. В тот миг он понял, что Шейх стал его духовным поручителем, тем, кто берёт на себя заботу обо всех его духовных делах и состояниях.
После этой встречи Сиди Али Харазим отправился вместе со своим наставником в Фес. Посетив мавзолей Мауляя Идриса, Шейх посвятил Сиди Али в тарикат Халватийя4 и начал передавать ему духовные знания и тайны пути. Позже Сиди Али вступил в тарикат Тиджанийя.
Когда настало время возвращаться в Тлемсен, Шейх сообщил ученику о собственном намерении впоследствии покинуть этот город: его духовное состояние не находило там покоя, и он ожидал переселения в другое место, избранное для него Аллахом. При расставании Шейх дал Сиди Али наставление: «Держись завета и любви, пока не придёт Открытие (Фатх), если пожелает Всевышний Аллах».
Так началось духовное сподвижничество, которое заняло особое место в истории тариката Тиджанийя.
Составление «Джавахир аль-Маани» (1213–1214 гг. х. (1798–1800 гг.))
Страница рукописного списка «Джавахир аль-Маани» (не автограф автора). British Library, EAP1245/2/7, изображение 7. Оцифровка: University of North Carolina at Chapel Hill, Endangered Archives Programme при поддержке Arcadia. CC BY-NC 4.0.
Одним из важнейших плодов сподвижничества Сиди Али Харазима с Шейхом Ахмадом ат-Тиджани стала книга «Джавахир аль-Маани» — «Жемчужины смыслов». Этот труд вошёл в число основополагающих сочинений тариката Тиджанийя. В нём были собраны учения, молитвы, наставления и духовные изречения Шейха Ахмада ат-Тиджани, да будет доволен им Аллах. В традиции тариката создание книги почитается как одно из чудес Сиди Али Харазима. Рассказ о её появлении связан с глубоким духовным испытанием.
В первые годы своего сподвижничества с Шейхом Сиди Али Харазим, да будет доволен им Аллах, тщательно записывал знания и наставления, которые слышал от своего учителя. Он стремился сохранить всё, что считал драгоценным даром Божественной милости. Однако Шейх ат-Тиджани неожиданно повелел ему разорвать и уничтожить записанное. В предании это решение связывается с особыми духовными состояниями Шейха и его искренностью перед Всевышним.
Это повеление тяжело легло на сердце Сиди Али Харазима и других сподвижников. Они видели в записях драгоценное наследие Шейха и источник пользы для будущих поколений, поэтому просили его сохранить написанное. Но Шейх, да будет доволен им Аллах, остался непреклонен. Сиди Али Харазим подчинился наставнику, проявив адаб — благоговейное почтение — и преданность. Он уничтожил собранные записи. Лишь отдельные заметки сохранились у некоторых учеников.
Новый этап наступил в 1213 году хиджры (1798–1799 годы), приблизительно через два месяца после окончательного переселения Шейха ат-Тиджани в Фес. Как передают источники тариката, Пророк Мухаммад ﷺ дал Шейху дозволение и указание составить книгу.
В том же предании приводятся слова Пророка ﷺ обращённые к Шейху: «Это моя книга, и я её автор». Передаётся также наставление: «Сохраните её, чтобы святые после вас могли извлечь из неё пользу». Последователи тариката видят в этих словах подтверждение особого духовного значения книги.
После этого Сиди Али Харазим, да будет доволен им Аллах, приступил к собиранию и упорядочению материала. Он начал работу в месяце Шаабан и посвятил себя ей с усердием и духовной собранностью. Хотя в предании подчёркивается, что он не владел принятыми приёмами книжного составительства, созданный им труд стал для последователей пути обширным сводом наставлений и духовных знаний. Они видели в этом знак его избранности и особой поддержки, которой он был удостоен. Работа была завершена в середине месяца Зуль-Каада 1214 года хиджры (апрель 1800 года).
Когда рукопись была окончена, Сиди Али представил её Шейху Ахмаду ат-Тиджани. В мечети Диван в Фесе Шейх ознакомился с рукописью, одобрил её содержание и собственноручно засвидетельствовал это одобрение. Так книга получила подтверждение наставника, чьи слова и духовные наставления были в ней собраны.
С самого появления «Джавахир аль-Маани» последователи пути встретили её с радостью и почтением. В традиции тариката книге приписывают особый баракат — благословение. Передаются свидетельства о том, что в доме, где она хранится, умножается удел, воцаряется благополучие, улучшаются нравы и нисходит Божественная защита. Для людей пути она стала источником духовной пользы и знаком милости для тех, кто обращается к ней с почтением и искренностью.
Через эту книгу поколения тиджанийцев знакомились со словами Шейха, его молитвами и наставлениями, ведущими от внешнего знания к внутреннему познанию. Для последователей тариката наследие Сиди Али Харазима остаётся живым источником духовного наставления на пути к марифе — познанию Аллаха, если того пожелает Всевышний.
Путешествие в Медину и кончина (1218 г. х. (1803–1804 гг.))
Кладбище мучеников Бадра. Согласно тиджанийскому преданию, здесь был погребён Сиди Али Харазим. Точное место его могилы достоверно не установлено. Фото: Islamic Landmarks. Источник предания.
Согласно преданию, после того как Аллах даровал нашему господину Сиди Али Харазиму состояние «фатх аль-акбар»5, Шейх ат-Тиджани велел ему покинуть его общество и отправиться в Медину. Шейх Мухаммад ибн аль-Мишри6 в книге «аль-Джами» сообщает следующее: «Однажды я слышал, как он (Шейх ат-Тиджани) сказал: „Когда Аллах дарует моим сподвижникам раскрытие, тому из них, кто останется в городе, где нахожусь я, следует опасаться за себя — как бы его не постигла погибель“. Один из его сподвижников спросил его: „От вас или от Аллаха?“ Он ответил: „От Аллаха Всевышнего, без какого-либо выбора с моей стороны“. Затем он добавил: „Упомянутое опасение касается того из моих сподвижников, кому дано дозволение распоряжаться и духовно воспитывать творения. Что же до остальных, им нечего опасаться с моей стороны“».
Шейх Мухаммад аль-Араби ибн Саих7 добавляет в книге «аль-Бугья»: «Я говорю: мы считали, что верховный халифа, наш господин Сиди Али Харазим, покинул Фес и отправился в Хиджаз, где впоследствии скончался, именно по той причине, о которой мы упомянули. И свидетельств тому много — среди них дошедшее до нас известие о том, что Шейх, когда тот (Сиди Али Харазим) прибыл в Египет, повелел ему заняться духовным воспитанием некоторых своих сподвижников, находившихся там в то время, а также другие обстоятельства, перечислять которые было бы слишком долго…».
Далее предание повествует о том, что Шейх Ахмад ат-Тиджани сообщил Сиди Али о предстоящем достижении высоких духовных степеней. Шейх передал Сиди Али несколько Величайших Имён Аллаха, разрешив произносить их только у гробницы Посланника Аллаха, мир ему и милость Аллаха, в Медине. В рассказе его спутника ниже упоминается Величайшее Имя — «Исм аль-а‘зам»8.
Стремление Сиди Али к обещанному духовному состоянию было столь сильным, что он не сдержался и ещё до прибытия в Медину произнёс одно из этих Имён — в Бадре, где некогда произошла знаменитая битва. После этого его силы покинули его.
Тогда он, по словам рассказчика, «увидел то, что увидел» и перестал воспринимать окружающее. Его спутники решили, что он умер, и похоронили его. В этом предании сообщается, что он оставался в могиле живым семь дней и лишь затем скончался.
Шейх Мухаммад ат-Таййиб ас-Суфьяни9 передаёт в своей книге «аль-Ифада аль-Ахмадийя» следующие слова Шейха, находившегося в тот момент в Фесе: «Сиди аль-Хаджжа Али Харазима охватило состояние отрешённости, и спутники его подумали, что он умер, и похоронили его». Передаётся, что затем Шейх сказал: «Если бы они не похоронили его, то услышали бы от него о таких науках, знаниях и тайнах, которые никогда не приходили им на ум и которых они не нашли бы ни в одной книге».
Сиди аль-Хаджж Абд аль-Ваххаб ибн аль-Ахмар10, сопровождавший Сиди Али в этом путешествии вплоть до его кончины, рассказывал:
«Когда он произнёс Величайшее Имя, которому научил его наш Шейх, поставив условие не произносить его нигде, кроме того благословенного места (гробницы Посланника Аллаха, мир ему и милость Аллаха), силы покинули его и всё его существо было сокрушено. Когда его поили молоком, из пор его тела выступал пот — и это было молоко, в том же виде, в каком он его выпил».
После отъезда Сиди Али Харазима Шейх взял на себя содержание его жены и детей и заботился о них до конца собственной жизни.
О Сиди Али Харазиме можно было бы рассказать ещё многое, но пока ограничимся изложенным.
«А те, которые пришли после них, говорят: “Господь наш! Прости нас и наших братьев, которые уверовали раньше нас! Не насаждай в наших сердцах ненависти и зависти к тем, кто уверовал. Господь наш! Воистину, Ты — Сострадательный, Милосердный”» (59:10)
1191 год хиджры охватывает части 1777 и 1778 годов григорианского календаря. ↩︎
Почётное именование Идриса II (ум. 213 г. х. (828 г.)), прямого потомка Посланника Аллаха, мир ему и милость Аллаха. Второй правитель династии Идрисидов. Одна из ключевых фигур ранней исламской истории и традиции Магриба. Его полная родословная: Идрис б. Идрис б. Абдулла аль-Камиль б. Хасан аль-Мусанна б. Хасан б. Али б. Абу Талиб, мир им. Основатель города Фес. ↩︎
Поскольку самостоятельный тарикат Тиджанийя в то время ещё не был основан. ↩︎
Высшее духовное раскрытие — непосредственное, прямое и опытное познание Аллаха. ↩︎
Аш-Шейх Шариф Мухаммад ибн Мухаммад ибн аль-Мишри аль-Хасани (ум. 1224 г. х. (1809 г.)) — учёный и один из близких учеников Шейха Ахмада ат-Тиджани, собиратель и передатчик его наставлений. Автор «Аль-Джами‘» — собрания высказываний, ответов и поучений Шейха, служащего одним из основных источников по ранней истории и учению тариката Тиджанийя. На протяжении многих лет был при Шейхе Ахмаде ат-Тиджани и некоторое время руководил молитвой в его присутствии. Скончался в Айн-Мади, на территории современного Алжира. ↩︎
Аш-Шейх Мухаммад аль-Араби ибн Мухаммад ас-Саих аш-Шарки аль-Умари (ум. 1309 г. х. (1892 г.)) — марокканский учёный и суфийский наставник тариката Тиджанийя, живший в Рабате. Автор «Бугьят аль-мустафид ли-шарх Муньят аль-мурид» («Стремление ищущего пользы: комментарий к “Желанию ученика”»), известного под сокращённым названием «Бугья». Это сочинение представляет собой подробный комментарий к поэме о духовном пути Тиджанийи и служит одним из важных источников по учению братства, правилам духовного воспитания и отношениям между наставником и учеником. ↩︎
Исм аль-а‘зам («Величайшее имя») — величайшее имя Аллаха, с которым в исламской традиции связывается особая действенность молитвенного обращения: согласно хадисам, Аллах отвечает тому, кто взывает к Нему этим именем. Единого мнения о том, какое именно имя или сочетание имён является величайшим, нет. В суфийской традиции его познание нередко рассматривается как особый духовный дар. ↩︎
Аш-Шейх Шариф Мухаммад ат-Таййиб ас-Суфьяни аль-Хасани (ум. 1259 г. х. (1843–1844 гг.)) — марокканский суфий, один из близких учеников Шейха Ахмада ат-Тиджани, живший в Фесе. Составитель «аль-Ифада аль-Ахмадийя ли-мурид ас-са‘ада аль-абадийя» («Ахмадовы наставления для стремящегося к вечному счастью») — сборника изречений и наставлений своего учителя. ↩︎
Сиди аль-Хаджж Абд аль-Ваххаб ибн аль-Ахмар (ум. 1269 г. х. (1853 г.)) — один из близких учеников Шейха Ахмада ат-Тиджани. По поручению Шейха сопровождал Сиди Али Харазима в путешествии в Хиджаз и после его погребения в Бадре вернулся в Фес. В тиджанийских источниках выступает как очевидец и передатчик рассказа о состоянии Сиди Али Харазима перед погребением. ↩︎
Вся хвала принадлежит Аллаху, Господу миров, Всемилостивейшего, Милостивого, Властелину Дня воздаяния! Тебе одному мы поклоняемся и Тебя одного молим о помощи. Веди нас прямым путём — путём тех, кого Ты облагодетельствовал, не тех, на кого пал гнев, и не заблудших.
Источник: предисловие к книге «Кашиф аль-Ильбас», с некоторыми сокращениями.
Во имя Аллаха, Милостивого, Милосердного. Да ниспошлёт Аллах благословение нашему Господину Мухаммаду, лучшему из творений, — тайне Божественной Сущности, тому, через кого раскрываются Божественные Имена и Атрибуты, — а также его семье и сподвижникам. Да ниспошлёт им Аллах источники благодати (фадль2) и щедрые дары (фудуят3).
Это лишь малая часть жизнеописания автора, да будет доволен им Аллах.
Шейх Ибрахим Ньясс. Архивная фотография. Источник: Anatomy of Sufism.
Духовный статус и величие личности
Он — Шейх всех духовных степеней и высокого положения. Глашатай призыва к Аллаху в своё время и свет своей эпохи. Уникальный в своём роде, он — тот, кому Аллах явил особую заботу среди Своих творений. Он — открытая дверь для всех, кто желает прийти к Аллаху. Наш век не знает равных ему в знаниях и богобоязненности. Он стал истинным знамением четырнадцатого столетия после переселения Пророка Мухаммада ﷺ.
Он — наставник для жаждущих на духовном пути, сокровищница знаний для ведомых истиной и венец тех, кто достиг глубин познания (аль-мухаккикин). Он — украшение дней и сияние ночей, неоспоримый довод познавших Аллаха (аль-арифин) и великая гордость общины Мухаммада ﷺ.
Тот, кто принёс победу тарикату Ахмадийя Ибрахимийя Ханифийя4 (Тиджанийя), являясь его ярчайшим светочем. Он — восходящее солнце наук явных и сокровенных, чей лик озарён проницательностью и глубоким постижением Аллаха. Он — неприступная крепость и надёжное прибежище, жемчужина в венце благородных борцов за Истину.
На нём — драгоценное ожерелье святости, перешедшее к нему от любимейших рабов Всевышнего. Он — тот, чья рука воздвигла знамя чести пред взором мира. Он стяжал в единый венец крупицы знаний, кои время рассыпало по столетиям, и воссоединил то, что доселе было разобщено и сокрыто. Его облик исполнен благодати, а его характер является живым отражением совершенных качеств Пророка Мухаммада ﷺ
По милости Всещедрого и Многодарующего Господа он постиг саму суть священных наук. Его познание Творца настолько глубоко и подлинно, что человеческое слово оказывается бессильным описать масштаб его личности.
Это редчайший дар, не знающий равных ни в прошлом, ни в настоящем.
Вобрав в себя духовное наследие Пророка ﷺ и пройдя путь воспитания под сенью Печати Святых — Сиди Ахмада ат-Тиджани, он достиг вершин чистоты и совершенства. Его мудрость подобна драгоценному венцу, где каждое слово — редкая жемчужина. Его наставления точны и глубоки, а каждое разъяснение ясно и неоспоримо.
Таков наш Шейх, наш наставник на пути к Аллаху, величайший мудрец и познавший Истину — Шейх Ибрахим б. аль-Хаджж Абдаллах ат-Тиджани б. Сайид Мухаммад б. Мудмиб б. Бакр б. Мухаммад аль-Амин б. Санаб б. ар-Рида5. Да будет доволен Аллах ими всеми, и да ниспошлёт Он нам и нашим близким благодать посредством него. Аминь
Воспитание и путь познания
Он родился в четверг, вскоре после полуденной молитвы, в середине Раджаба 1318 года хиджры (ноябрь 1900 года)6, в Тайбе — деревне, построенной его отцом. И будто само имя этого места стало предвестием его судьбы: Тайба — «восхитительная доброта». Люди прозорливые усматривали в этом указание свыше, ибо в Тайбе появился на свет имам, «Ближайший друг» (аль-Халил7), носитель высшего духовного авторитета.
С ранних лет он находился под опекой своего отца, перенимая от него лучшие черты: достоинство, целомудрие, искреннюю набожность, доблесть и порядочность. Его духовный путь начался с Книги Аллаха — он в совершенстве овладел Кораном под руководством отца, достигнув мастерства в чтении по методу Варша. Уже в юности в нём была видна поразительная мудрость: он стремился быть полезным обществу, и признаки великого призвания проявились в нём задолго до совершеннолетия.
Запечатлев в сердце священный Коран, он всём существом обратился к истокам исламской мысли. Он не просто изучал тексты — он проникал в самую суть их смыслов, стремясь к безупречному пониманию. Аллах одарил его редчайшей способностью: за поразительно краткий срок он не только овладел всеми дисциплинами, но и стал в них признанным мастером. В нём открылся дар, ставший милостью для современников и вечным благом для всей Уммы.
Начало этому великому пути положил его отец — человек кристальной чести и глубочайшей мудрости. Под его опекой он обрёл твёрдую опору в Шариате, впитал чистоту духовных тайн (асрар) и тонкость священных поминаний (азкар).
Но истинный расцвет наступил тогда, когда Всевышний удостоил его совершенного духовного раскрытия (фатх). Это было знание, ниспосланное из сокровищницы Божественной милости, — мудрость, которую невозможно обрести через обычное ученичество. Его наставником стал Сам Всеведущий Господь, озарив его сердце светом прямого вдохновения (ильхам).
С этого момента его жизнь превратилась в непрерывное служение Истине. К нему, словно к чистому источнику, устремились тысячи ищущих со всех концов земли. Его мудрость питала и начинающих учеников, и великих учёных, которые смиренно признавали его превосходство. Благо его наставлений охватило всю общину, а его духовная степень возвысилась над всеми, кто жил в его эпоху, став незыблемым ориентиром для будущих веков.
Тарикат Тиджанийя
Свои первые шаги по суфийскому пути великого Шейха Ахмада ат-Тиджани он совершил под руководством выдающегося мужа своей эпохи, ставшего для современников живым воплощением истины. Его наставником и здесь выступил отец — Сиди аль-Хаджж Абдаллах ибн Сайид Мухаммад, неисчерпаемый кладезь тиджанийских молитв и сокровенных тайн, чьё сердце было озарено светом поминания Аллаха. Великий учёный и мудрый пример для подражания, он был истинным преемником (халифа) Шейха ат-Тиджани и нёс его знамя в землях Магриба. В его личности гармонично соединились строгость Священного Закона (шариат) и глубина Божественной Реальности (хакикат), что сделало его искуснейшим проводником на пути к Аллаху. Да возвысит его Господь до самого похвального положения (аль-макам аль-ахмад).
Когда свет Тариката коснулся чистой и возвышенной души юного Шейха, в ней вспыхнуло пламя небывалого устремления. Его духовная энергия (химма) пробудилась с такой мощью, что способна была сокрушить незыблемые горы, обрати он к ним свой взор. Этот порыв привёл его к сокровенным плодам Божественных наук (аль-улум аль-хакканийя), к благодатным вкушениям небесных миров (аль-азвак аль-малакутийя) и тайнам высшего могущества (аль-асрар аль-джабарутийя). Он стяжал такую полноту познания, равной которой история едва ли знала.
Обретя этот бесценный дар, он всецело посвятил себя великому служению — возвращению сердец к их Создателю. Этому труду он отдавал себя без остатка: в сиянии полдня и в безмолвии ночи, на заре и в сумерках, став для искателей Истины неугасимым светилом.
Знания и нрав
Его понимание Корана и Сунны, его проницательность и мастерство в науках были столь совершенны, что он казался в них единственным в своём роде. Сравнивать его познания с чьими-то иными — всё равно что пытаться измерить глубину океана, стоя на берегу. Учёные его времени, как из близких земель, так и из дальних, единодушно признавали его авторитет. Когда он начинал говорить, даже мастера красноречия замолкали, боясь упустить хотя бы слово.
Он одинаково глубоко владел и рациональными, и передаваемыми науками. Он не просто цитировал тексты — он извлекал из них живую суть в мгновение ока. В мире Божественных истин и сокровенного опыта он был не просто знатоком, а истинным проводником: тем самым светом, что указывает путь ищущим в темноте.
При всём своём величии, он обладал сердцем необычайной доброты. О нуждающихся он заботился с той искренностью, с какой мать бережёт своё дитя. Вся его жизнь была посвящена поиску довольства Всевышнего, а его ученики, глядя на него, обретали не только знания, но и духовную зрелость. Слава о его нраве и мудрости разнеслась далеко за пределы его родины, став для людей незыблемым ориентиром. Никаких книг не хватит, чтобы описать всё благо, которое он принёс в этот мир.
Научное и литературное наследие
Шейх обладал непревзойдённым красноречием. Его проза и поэзия ставят его в один ряд с величайшими мастерами слова в истории Ислама. Среди его литературных трудов:
«Рух аль-хубб фи мадх аль-кутб» («Дух любви в похвалу Полюсу [святости]»).
«Кашиф аль-ильбас ан файдат аль-хатм Аби аль-Аббас» («Устранение покровов с духовного излияния Печати [святых] Абу аль-Аббаса»).
«Ас-Сирр аль-акбар ва-ль-кибрит аль-ахмар» («Величайшая тайна и Красная сера»).
«Тухфат аль-атфаль фи хакаик аль-аф’аль фи-с-сарф» («Дар детям: об истинах глагольных форм в морфологии»).
«Аль-Файд аль-ахмади фи-ль-мавлид аль-мухаммади» («Ахмадийское излияние в честь Рождения [Пророка] Мухаммада»).
«Табсират аль-анам фи джаваз ру’йат аль-Бари фи-ль-якза ва-ль-манам» («Наставление людям о возможности лицезрения Творца наяву и во сне»).
Обладатель степени Величайшего Духовного Излияния (Файда)
Он — средоточие (махаль) Божественных благ для тех, чьи сердца истомились на духовном пути. Он — светоч надежды для ищущих и прибежище для страждущих, опора для обездоленных и духовная пища для алчущих Истины. Аллах наделил его степенью Преизобильной Благодати (Файда), о приходе которой указал Скрытый Полюс (Кутб аль-Мактум) и Печать Мухаммадовой святости — наш господин и духовная опора Ахмад ибн Мухаммад ат-Тиджани.
Это Излияние, начавшееся в преддверии последних времён, распространяется по земле неудержимым потоком. Под его наставничеством тысячи душ достигли совершенства и обрели опытное познание Аллаха (аль-марифа аль-аянийя аш-шухудийя). Люди всех рас и народов, от востока до запада, стекаются к нему, чтобы приобщиться к тарикату Тиджанийя — сокровищнице милости и Божественных даров. И каждый, кто искренне принимает от него этот великий вирд, неизменно обретает поддержку Свыше и открывает для себя врата к таинствам познания Творца.
Воистину, в это время Шейх Ибрахим явился тем, кто несёт бремя духовного наставничества, следуя пророческому наследию. Он — знаменосец пути духовного возвышения, воплотивший в себе совершенную авраамическую модель (аль-таркийа аль-ахмадийа аль-ибрахимийа). Шейх стал сокровищницей сокровенных тайн (асрар), мистических вкушений (азвак), божественных озарений (анвар), духовных состояний (ахваль) и стоянок (макамат), являя собой проявление Печати святости (аль-таджалийат аль-хатмия).
Справедливость этих слов не вызывает сомнений, ибо свидетельства тому были даны виднейшими потомками наших великих учителей. Эти люди, составляющие саму основу Пути (тариката), устремились к нему, чтобы пребывать в его обществе, внимать его наставлениям и принять Тиджанийский вирд из его рук. Среди этих благородных мужей — потомки Шейха Мухаммада аль-Хафиза8, ас-Сайида Мухамди9, Шейха Мавлюда Фала10, Шейха Мухаммада Аль б. [Аль-Фатх] и Шейха Мухаммада аль-Ханафа.
Шейх Ибрахим даровал им совершенное воспитание (тарбия), направив их по кратчайшему и верному пути к Господу. Под его руководством они: вошли в крепость Божественной власти, испили вино Божественного присутствия, достигли состояния «фана» (исчезновения своего «я»), пребывая в этом мире лишь ради Него.
Я дважды поздравляю этих выдающихся мастеров. Во-первых, за их родство с великими Шейхами нашего наставника и поборника истины. Во-вторых, за то, что это высокое происхождение не ослепило их и не помешало признать совершенство Шейха Ибрахима как величайшего человека своего времени. В то время как многие современники (как и люди прошлых эпох) оказались скованы гордыней своего происхождения, эти праведники проявили искренность и покорность.
О Аллах! Устрани преграды на нашем пути, освободи нас от ложных привязанностей и оков, как Ты сделал это для тех, кого благословил истинным пониманием — людей правдивости и твёрдой убеждённости. Неустанно возводи нас к высшим ступеням прямого познания (марифа) Тебя.
Даруй успех каждому, кто примкнет к этому Шейху, кто искренне полюбит его и уверует в его миссию, кто признает его авторитет и проявит покорность. Пусть весть о нём разносится по всем уголкам земли, дабы мир узрел: он не имеет равных в деле духовного воспитания и ведения душ к Возвышенному Священному Присутствию.
Личные качества
Что касается его скромности и той благородной красоты, которая проявлялась в его отношении к творениям, то в готовности прощать, оправдывать и покрывать чужие недостатки ему не было равных. Не было ему равных и в щедрости, терпении, справедливости, кротости, достоинстве, любви, надёжности, служении, верности, сострадании и благородстве нрава по отношению ко всякому созданию Аллаха. Не было ему равных и в искренней преданности Сунне Пророка — лучшего из созданий, средоточия мудрости и источника света.
Нет нужды распространяться о красоте и чистоте его внешнего облика. Подобно тому как его внутреннее естество было приведено к совершенству светом Божественного дара, так и его внешний облик был украшен отблеском Божественной красоты. Да не лишит нас Аллах радости созерцать его и пребывать рядом с ним — и в мире сокровенных смыслов, и в мире зримых форм. От сияния его света, от его красоты и от лучезарности его радостного лика даже полная луна словно заимствует свой блеск среди непроглядного мрака ночи.
Он поддерживал добрые отношения со своими собратьями, воздавал каждому творению должное по праву и являл в своём нраве отражение качеств своего Господа — Творца, Щедрого, Дающего, Наставляющего, Доброго и Милосердного. Этим он пленял сердца и поражал разум даже самых искушённых знатоков. Он неукоснительно соблюдал религиозные установления как в отношении близких, так и в отношении далёких, как с родственниками, так и с посторонними, и неизменно стоял на страже прав своих преданных друзей. Он достиг высочайших степеней смирения, покорности, воздержанности и сокрушения перед Аллахом — как в уединении, так и среди людей. Все свои дела он полностью вверял Аллаху, питая о Нём наилучшее мнение, и отрешился от всего, кроме Него. Поэтому люди из близких и дальних краёв — учёные и простые верующие — единодушно признали его особое достоинство и высокий духовный ранг.
Что же касается его любви к Посланнику Аллаха и к членам его благословенного семейства, то Аллах оказал ему в этом особую милость и даровал ему в этой любви редкое и исключительное достоинство.
Что касается его щедрости и милосердия, обилия его благодеяний, Божественных даров, ниспосланных ему, а также его благородства и великодушия, то они подобны безбрежному океану и проливному дождю. Перед величием его даров меркнет даже слава Хатима ат-Таи, и пример его щедрости предаётся забвению рядом с ним.
Да не умолкают слова благодарности в его честь, и да не перестают люди вспоминать и передавать повествования о его славных деяниях и благородных подвигах.
Основание Мадины
Первое время Шейх жил в отцовском доме в Каолаке (Сенегал), Аллах поддержал его через тех, кто был ему близок. Однако вскоре к нему начали стекаться люди из самых разных стран, привлечённые тем особенным духовным даром, которым Аллах наделил его, — даром, не имевшим равных среди современников. Прежнее место стало тесным из-за огромного множества последователей, чьи сердца устремились к нему.
Тогда Шейх приступил к строительству нового города за пределами Каолака, назвав его Мадинат аль-Джадид (Новый город). Именно здесь поселился Несравненный Полюс (аль-Кутб аль-Фарид).
В центре нового города он воздвиг мечеть-завию, основание которой было заложено в благословенный день понедельника, в середине священного месяца Зуль-Каада 1349 года хиджры (апрель 1931 года). Несмотря на величину этого сооружения, строительство было завершено в поразительно короткий срок, оно совершалось ради Аллаха, и Аллах поддержал его Своей помощью, так что всякое иное объяснение этому чуду представляется излишним.
Там совершались пять обязательных молитв, ежедневно читалась коллективная вазифа тариката Тиджанийя, и поминание Аллаха не прекращалось ни днём ни ночью и индивидуально и коллективно. Поэтому среди людей это место стало известно как прибежище тех, кто поминает Аллаха (завийат ахль аз-зикр).
Его благородные родители
Отец: Сиди аль-Хаджж Абдаллах ибн ас-Сайид Мухаммад
Его отец был истинным доводом Ислама и светом во тьме, хранителем Священного Закона и возродителем Духовного Пути после того, как огни его начали угасать. Он восстановил здание и минарет этого Пути после обрушения его основ. Он был образцом набожности, обладал проницательным суждением и отвагой героя, воссоединив то, что было разрознено.
Среди выдающихся деятелей своего времени он был величайшим Шейхом, прославленным святым и истинным суфием — наш господин аль-Хаджж Абдаллах ибн ас-Сайид Мухаммад. Он был глубоким знатоком всех наук, как фундаментальных, так и вспомогательных, особо выделяясь в толковании Корана и пророческих хадисов. В одной из его биографий упоминается, что он разъяснял смыслы Корана некоторым выдающимся людям более ста раз.
Он совершил паломничество и посетил могилу Пророка ﷺ, неустанно трудясь ради довольства Аллаха и пробуждая беспечные сердца. По благословенной милости этого почтенного Шейха мы получили всякое благо, достаток и успех, потому мы просим Аллаха даровать ему от нас наилучшую награду. Примеры его благих дел, высоких устремлений, аскетизма и набожности слишком многочисленны, чтобы можно было перечислить их здесь полностью. Да позволит Аллах нам и всем нашим близким обрести от него истинную пользу, и да изольёт Он на нас Свои благословения и благоухающие дары вплоть до Судного дня. Аминь, о Господь миров.
Мать: Айша бинт Ибрахим
Его мать (да будет доволен ею Аллах) — уникальная жемчужина и бесценный камень веры. Она была праведна, аскетична и внимательна к обязанностям перед своим Господом. Строго следуя Сунне, она славилась благородством речей и праведностью дел. Сияющая светом истины, наша мать Айша бинт Ибрахим прочно держалась за вервь Аллаха.
С того момента, как она вошла в дом Сиди аль-Хаджжа Абдаллаха, она была образцом преданности. Она никогда не делала того, что могло бы огорчить мужа, никогда не возвышала при нём голоса и всегда стремилась доставить ему радость, заботясь о его родственниках и соседях. Она оставалась верной и покорной ему до самого его ухода в высшую обитель. Он покинул этот мир, будучи полностью довольным ею. Свидетельство об этом единодушно дают и друзья, и недруги. Она жива и по сей день — да ниспошлёт Аллах нам радость от её долгой жизни.
Достопочтенный учёный, познавший Аллаха, Абу Бакр ибн аль-Хаджж Абдаллах (Ньясс)11 передал мне рассказ своей матери. В первый месяц беременности Шейхом Ибрахимом она увидела сон: она стояла над глубоким колодцем, как вдруг луна раскололась на востоке и её сияние пало прямо на неё. Охваченная трепетом, она рассказала об этом мужу. Шейх Абдаллах велел ей хранить это в строгом секрете, сказав: «Никогда более ни с кем об этом не говори».
Когда ребёнок родился, отец спросил Айшу: «Возлагаешь ли ты надежды на этого сына?» Она ответила: «Да, я надеюсь на лучшее для него — что он будет благородным и благочестивым». Шейх Абдаллах подтвердил: «Я тоже на это надеюсь и знаю, что это сбудется по воле Аллаха».
Также передают слова Сиди аль-Хаджжа Абдаллаха о том, что Айша непременно родит ему сына, который унаследует от него совершенное духовное наследие. Он говорил: «Если этого не произойдёт с ней, то не произойдёт ни с кем, ибо среди женщин нашего времени нет никого лучше неё». Поистине, не хватит страниц, чтобы описать её добродетели и милосердие ко всем творениям Аллаха.
Заключение
Я изложил здесь ровно столько, сколько позволило время, стремясь к краткости, дабы не утомлять читателя. То, что мы скрыли, подобно океану в сравнении с каплей воды, ибо мы стремимся оберегать сокровенные тайны. Мы молим Аллаха помочь нам в будущем составить отдельный труд, посвященный славным подвигам нашего Шейха.
Степенью Пророка ﷺ и святости я молю Аллаха, чтобы мы и наши братья получили пользу от нашего Шейха — пользу всеобщую и вечную. Пусть океаны его безграничной благодати (фуюдат) и поддержки (амдад) накроют нас. Аминь, о Господь миров!
Завершено в городе Каолак, в среду, 19-го числа священного месяца Зуль-Хиджа 1352 года хиджры (4 апреля 1934 года). Я, бедный и нуждающийся в милости Аллаха раб, умоляю своего Господа даровать мне духовную чистоту и духовные высоты, вводящие в ряды избранных.
Сиди Али Сиссе б. Сайид аль-Хасан б. Андал б. Сайид Ибрахим, да будет доволен ими Аллах.
Сиди Али б. Сайид аль-Хасан Сиссе (ум. 5-го Рамадана 1402 года хиджры (примерно 27 июня 1982 года)) — выдающийся исламский учёный, суфийский наставник и одна из центральных фигур в истории братства Тиджанийя в XX веке, особенно в рамках движения «Файда ат-Тиджанийя». Он наиболее известен как ближайший соратник, первый ученик, «правая рука», зять и преемник Шейха Ибрахима Ньясса. ↩︎
Это то благо, которое Аллах даёт человеку не просто в качестве «справедливой платы» за его дела, а сверх того — по Своей безграничной щедрости. ↩︎
Это слово является множественным числом от арабского «Файд» (излияние, поток). В духовной традиции это одно из важнейших понятий. Это духовные озарения, знания и состояния, которые «изливаются» из Божественного источника в сердце человека. Это не то, что можно выучить по книгам. Это свет, который наполняет душу. ↩︎
Прямой потомок Укбы ибн Нафи аль-Фихри аль-Кураши (ум. 63 г. х. (682–683 гг.)) — выдающийся арабский полководец, государственный деятель и ключевая фигура в истории исламского Магриба. Его часто называют «завоевателем Африки» за его решающую роль в распространении ислама на территориях современного Туниса, Алжира и Марокко. ↩︎
В переводе указан 1320 год хиджры (Раджаб этого года приходится на 1902 год). Правильная дата рождения Шейха — середина Раджаба 1318 года хиджры (ноябрь 1900 года). ↩︎
Сиди Мухаммад аль-Хафиз аль-Аляви аш-Шынкыти (ум. 1248 г. х. (1832–1833 гг.)) — учёный и один из ранних крупнейших носителей тариката Тиджанийя, прямой ученик Шейха Ахмада ат-Тиджани и распространитель ордена в Мавритании и Западной Африке. Происходил из племени Идав Али, являлся прямым потомком нашего господина Хасана ибн Али ибн Абу Талиба, мир им обоим. ↩︎
Мухамди (Бадди) б. Сидина аль-Аляви (ум. 1264 г. х. (1847–1848 гг.)) — Он был одним из трёх главных духовных наследников (халифов) Шейха Мухаммада аль-Хафиза аль-Аляви аш-Шынкыти. Шейх Мухаммади снискал известность как выдающийся поэт, за что был удостоен почётного прозвища Хассан ат-Тарик («Хассан Пути»). Этот титул представляет собой явную отсылку к Хассану ибн Сабиту — прославленному сподвижнику и «поэту Пророка» ﷺ. Подобное именование свидетельствует о редком даре Шейха Мухаммади воспевать духовные истины и защищать ценности тариката силой поэтического слова. ↩︎
Мавлюд Фаль аль-Якуби ат-Таййар аль-Хашими (ум. 1276 г. х. (1859–1860 гг.)) — Ближайший ученик Шейха Мухаммада аль-Хафиза аль-Аляви аш-Шынкыти, он сыграл важнейшую роль в распространении тариката за пределами Мавритании и племени Идав Али. Его влияние распространилось на земли современной Нигерии, Судана и Сенегала. Являлся прямым потомком нашего господина Джафара ибн Абу Талиба, да будет доволен им Аллах. ↩︎
Младший брат Шейха Ибрахима и его последователь. ↩︎
